В последнее время некоторыми специалистами в области социологии высказываются мнения о том, что якобы благополучие и изобилие всего для человечества не только не нужно, но даже и вредно, и что если человечеству дать всё, что только можно пожелать, оно обязательно выродится и вымрет, потому как, дескать, никакого стимула к развитию, а впоследствии и к жизни не будет, когда есть всё готовое, люди станут ленивыми и ничего не будут делать, и угасание и деградация будут якобы неизбежны.
И в качестве доказательства этого часто приводят результаты нашумевшего эксперимента «Вселенная-25».
Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали, как считается, райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Однако в результате вся колония мышей вымерла.
Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60–70-х годах двадцатого века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, «поведенческая раковина» (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности.
Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Рассмотрим его описание и трактовку результатов самого автора, а потом представим свою. Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Кэлхун построил вроде бы настоящий рай для мышей в условиях лаборатории. Был создан бак размерами два на два метра и высотой полтора метра, откуда подопытные не могли выбраться (запомним это на будущее). Внутри бака поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20 °C), присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю бак очищался и поддерживался в постоянной чистоте, были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось появление в баке хищников или возникновение массовых инфекций. Подопытные мыши были под постоянным контролем ветеринаров, состояние их здоровья постоянно отслеживалось. Система обеспечения кормом и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли бы одновременно питаться, не испытывая никакого дискомфорта, и 6144 мышей потреблять воду, также не испытывая никаких проблем. Пространства для мышей было более чем достаточно, первые проблемы отсутствия укрытия могли возникнуть только при достижении численности популяции свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей никогда в баке не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.
Эксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака четырех пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы освоиться, осознать, в какую (якобы) мышиную сказку они попали, и начать ускоренно размножаться. Период освоения Кэлхун назвал фазой А, однако с момента рождения первых детенышей началась вторая стадия B. Это стадия экспоненциального роста численности популяции в баке в идеальных (по мнению учёных) условиях, число мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало собой вступление в третью фазу C. В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было ранее.
Появилась категория «отверженных», которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «отверженных» можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных (по мнению учёных) условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества «отверженных», либо на любых других мышей.
Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.
Вскоре началась последняя стадия существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.
Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременном изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно деградировали и вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».
Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун при помощи коллеги доктора Х. Марден провел ряд экспериментов на третьей стадии фазы смерти. Из бака были изъяты несколько маленьких групп мышей и переселены в столь же идеальные (по мнению учёных) условия, но еще и в условиях минимальной населенности и неограниченного свободного пространства. Никакой скученности и внутривидовой агрессии. По сути, «красивым» и самкам-одиночкам были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в баке экспоненциально размножались и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и самки-одиночки свое поведение не поменяли, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с репродукцией. В итоге не было новых беременностей и мыши умерли от старости. Подобные одинаковые результаты были отмечены во всех переселенных группах. В итоге все подопытные мыши умерли, находясь в идеальных (по мнению учёных) условиях.
Джон Кэлхун создал по результатам эксперимента теорию двух смертей. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда новорожденным особям не стало находиться места в социальной иерархии «мышиного рая», то наметился недостаток социальных ролей в идеальных (по мнению учёных) условиях с неограниченными ресурсами, возникло открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, увеличился уровень немотивированной агрессии. Растущая численность популяции, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, всё это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных только к простейшему поведению. В условиях идеального (по мнению учёных) мира, в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей только ели, пили, спали, ухаживали за собой. Мышь — простое животное, для него самые сложные поведенческие модели — это процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. От всего вышеперечисленного сломленные психологически мыши отказались. Кэлхун называет подобный отказ от сложных поведенческих паттернов «первой смертью» или «смертью духа». После наступления первой смерти физическая смерть («вторая смерть» по терминологии Кэлхуна) неминуема и является вопросом недолгого времени. В результате «первой смерти» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».
Попробуем проанализировать итог эксперимента, используя здравый рассудок и трезвую логику. Хорошо известно, как завершился похожий эксперимент в больших масштабах с разведением кроликов в естественных условиях в Австралии — после попадания в условия с неограниченным количеством ресурсов и отсутствием естественных врагов, они (гибридные кролики — результат скрещивания кроликов местных и привезённых из Европы) размножились так, что от них не стало никакого спасу — весь континент стал буквально кишеть кроликами, и массово производимые отстрелы и широкое использование ловушек и капканов почти никак не сказывались на численности популяции. Лишь распространение болезней и вирусов помогло остановить рост кроличьего поголовья и уменьшить его до приемлемого уровня.
Главный вопрос — почему кролики распространялись в таких неимоверных количествах, а мыши нет, хотя вроде бы имели неограниченные ресурсы — имеет очевидный ответ. Кролики в Австралии размножались в открытой естественной природной экосистеме, без ограничений, без вредных искусственных полей, без металлических экранов, а мыши Кэлхуна — пусть они и имели неограниченное количество еды и воды и комфортные условия, но содержались в искусственно замкнутом пространстве в отрыве от естественной окружающей среды, фактически в изоляции, в железном баке! А ведь давно известно, что именно такие условия — искусственные ограничения и изоляция — в значительной степени способствуют как раз деградации и вырождению, что и проявлялось у мышей чем дальше, тем больше в каждом следующем поколении, по сути изменяло их психику, и в результате изменило так, что они попросту перестали размножаться — и ресурсы здесь вовсе не при чём. А ведь еще в 1785 году ботаник Гардини выявил отрицательное воздействие на рост живых существ экранировки естественных электрических полей. Искусственная ограниченная изолированная среда способствует изменению сознания, также можно сказать, что она провоцирует вредные мутации. Можно не сомневаться, что если бы мышей содержали не в изолированном железном баке, а на необитаемом острове с изобилием ресурсов и отсутствием естественных врагов, наблюдался бы весьма похожий эффект, как и с кроликами в Австралии — они бы расплодились до невероятного количества. Все отклонения от нормы — в частности, возникновение агрессивных и нарциссичных особей — есть результат деградации и вырождения, которое всегда сопровождает проживание в искусственных изолированных (и уже этим значительно неблагоприятных) условиях. Мыши, конечно не люди, но можно не сомневаться, что таков общий закон для всех живых существ — это справедливо и для людей также, что даже при условии неограниченности ресурсов, но в изоляции от естественной окружающей природной среды вырождение и деградация неизбежно будут усиливаться от поколения к поколению, что в общем и наблюдается сегодня в крупных городах.
Похоже, что кому-то было очень выгодно проводить подобные эксперименты (хотя, зная вышеописанные причины, исход здесь можно было предугадать с самого начала), с целью поддержать и научно обосновать миф о том, что на самом деле всеобщее изобилие и благоденствие не только не нужно, но даже и вредно — очередная попытка манипуляции массовым сознанием с использованием НЛП технологий. Если нормальные люди получат изобилие ресурсов, они немедленно займутся (в свободное время) творчеством, творением и созиданием, улучшая этим и себя и качество своего потомства, тем самым задавая пример для подражания другим. Но — обязательно в условиях свободы! Давно известно, что многие животные, пойманные на свободе, в неволе не живут вообще — просто отказываются от пищи и воды и умирают. А Кэлхун на самом деле создал вовсе не рай для мышей, а лагерную тюрьму с хорошей кормёжкой. К большому сожалению, существующая цивилизация сейчас идёт именно таким путём, с реализацией именно такой концепции жизни (искусственная чрезмерная скученность на очень малой площади за заграждениями и загородками в условиях изобилия ресурсов), и можно отметить, что в человеческом обществе развиваются точно такие же пороки, и точно такие же формы деградации и вырождения, что наблюдались и у мышей. И здесь следует очень простой вывод — если люди не прекратят вести подобный образ жизни и реализовывать подобную концепцию, то итог будет точно таким же, как и у мышей Кэлхуна — тотальная деградация и вырождение, нулевая рождаемость и вконец полное вымирание от старости. Для справки — у мышей по последним исследованиям порядка 98% из известных генов совпадают с человеческими.
end of civilization
И в качестве доказательства этого часто приводят результаты нашумевшего эксперимента «Вселенная-25».
Для популяции мышей в рамках социального эксперимента создали, как считается, райские условия: неограниченные запасы еды и питья, отсутствие хищников и болезней, достаточный простор для размножения. Однако в результате вся колония мышей вымерла.
Американский ученый-этолог Джон Кэлхун провел ряд удивительных экспериментов в 60–70-х годах двадцатого века. В качестве подопытных Д. Кэлхун неизменно выбирал грызунов, хотя конечной целью исследований всегда было предсказание будущего для человеческого общества. В результате многочисленных опытов над колониями грызунов Кэлхун сформулировал новый термин, «поведенческая раковина» (behavioral sink), обозначающий переход к деструктивному и девиантному поведению в условиях перенаселения и скученности.
Свой самый известный эксперимент, заставивший задуматься о будущем целое поколение, он провел в 1972 году совместно с Национальным институтом психического здоровья (NIMH). Рассмотрим его описание и трактовку результатов самого автора, а потом представим свою. Целью эксперимента «Вселенная-25» был анализ влияния плотности популяции на поведенческие паттерны грызунов. Кэлхун построил вроде бы настоящий рай для мышей в условиях лаборатории. Был создан бак размерами два на два метра и высотой полтора метра, откуда подопытные не могли выбраться (запомним это на будущее). Внутри бака поддерживалась постоянная комфортная для мышей температура (+20 °C), присутствовала в изобилии еда и вода, созданы многочисленные гнезда для самок. Каждую неделю бак очищался и поддерживался в постоянной чистоте, были предприняты все необходимые меры безопасности: исключалось появление в баке хищников или возникновение массовых инфекций. Подопытные мыши были под постоянным контролем ветеринаров, состояние их здоровья постоянно отслеживалось. Система обеспечения кормом и водой была настолько продумана, что 9500 мышей могли бы одновременно питаться, не испытывая никакого дискомфорта, и 6144 мышей потреблять воду, также не испытывая никаких проблем. Пространства для мышей было более чем достаточно, первые проблемы отсутствия укрытия могли возникнуть только при достижении численности популяции свыше 3840 особей. Однако такого количества мышей никогда в баке не было, максимальная численность популяции отмечена на уровне 2200 мышей.
Эксперимент стартовал с момента помещения внутрь бака четырех пар здоровых мышей, которым потребовалось совсем немного времени, чтобы освоиться, осознать, в какую (якобы) мышиную сказку они попали, и начать ускоренно размножаться. Период освоения Кэлхун назвал фазой А, однако с момента рождения первых детенышей началась вторая стадия B. Это стадия экспоненциального роста численности популяции в баке в идеальных (по мнению учёных) условиях, число мышей удваивалось каждые 55 дней. Начиная с 315 дня проведения эксперимента темп роста популяции значительно замедлился, теперь численность удваивалась каждые 145 дней, что ознаменовало собой вступление в третью фазу C. В этот момент в баке проживало около 600 мышей, сформировалась определенная иерархия и некая социальная жизнь. Стало физически меньше места, чем было ранее.
Появилась категория «отверженных», которых изгоняли в центр бака, они часто становились жертвами агрессии. Отличить группу «отверженных» можно было по искусанным хвостам, выдранной шерсти и следам крови на теле. Отверженные состояли, прежде всего, из молодых особей, не нашедших для себя социальной роли в мышиной иерархии. Проблема отсутствия подходящих социальных ролей была вызвана тем, что в идеальных (по мнению учёных) условиях бака мыши жили долго, стареющие мыши не освобождали места для молодых грызунов. Поэтому часто агрессия была направлена на новые поколения особей, рождавшихся в баке. После изгнания самцы ломались психологически, меньше проявляли агрессию, не желали защищать своих беременных самок и исполнять любые социальные роли. Хотя периодически они нападали либо на других особей из общества «отверженных», либо на любых других мышей.
Самки, готовящиеся к рождению, становились все более нервными, так как в результате роста пассивности среди самцов они становились менее защищенными от случайных атак. В итоге самки стали проявлять агрессию, часто драться, защищая потомство. Однако агрессия парадоксальным образом не была направлена только на окружающих, не меньшая агрессивность проявлялась по отношению к своим детям. Часто самки убивали своих детенышей и перебирались в верхние гнезда, становились агрессивными отшельниками и отказывались от размножения. В результате рождаемость значительно упала, а смертность молодняка достигла значительных уровней.
Вскоре началась последняя стадия существования мышиного рая — фаза D или фаза смерти, как ее назвал Джон Кэлхун. Символом этой стадии стало появление новой категории мышей, получившей название «красивые». К ним относили самцов, демонстрирующих нехарактерное для вида поведение, отказывающихся драться и бороться за самок и территорию, не проявляющих никакого желания спариваться, склонных к пассивному стилю жизни. «Красивые» только ели, пили, спали и очищали свою шкурку, избегая конфликтов и выполнения любых социальных функций. Подобное имя они получили потому, что в отличие от большинства прочих обитателей бака на их теле не было следов жестоких битв, шрамов и выдранной шерсти, их нарциссизм и самолюбование стали легендарными. Также исследователя поразило отсутствие желания у «красивых» спариваться и размножаться, среди последней волны рождений в баке «красивые» и самки-одиночки, отказывающиеся размножаться и убегающие в верхние гнезда бака, стали большинством.
Средний возраст мыши в последней стадии существования мышиного рая составил 776 дней, что на 200 дней превышает верхнюю границу репродуктивного возраста. Смертность молодняка составила 100%, количество беременностей было незначительным, а вскоре составило 0. Вымирающие мыши практиковали гомосексуализм, девиантное и необъяснимо агрессивное поведение в условиях избытка жизненно необходимых ресурсов. Процветал каннибализм при одновременном изобилии пищи, самки отказывались воспитывать детенышей и убивали их. Мыши стремительно деградировали и вымирали, на 1780 день после начала эксперимента умер последний обитатель «мышиного рая».
Предвидя подобную катастрофу, Д. Кэлхун при помощи коллеги доктора Х. Марден провел ряд экспериментов на третьей стадии фазы смерти. Из бака были изъяты несколько маленьких групп мышей и переселены в столь же идеальные (по мнению учёных) условия, но еще и в условиях минимальной населенности и неограниченного свободного пространства. Никакой скученности и внутривидовой агрессии. По сути, «красивым» и самкам-одиночкам были воссозданы условия, при которых первые 4 пары мышей в баке экспоненциально размножались и создавали социальную структуру. Но к удивлению ученых, «красивые» и самки-одиночки свое поведение не поменяли, отказались спариваться, размножаться и выполнять социальные функции, связанные с репродукцией. В итоге не было новых беременностей и мыши умерли от старости. Подобные одинаковые результаты были отмечены во всех переселенных группах. В итоге все подопытные мыши умерли, находясь в идеальных (по мнению учёных) условиях.
Джон Кэлхун создал по результатам эксперимента теорию двух смертей. «Первая смерть» — это смерть духа. Когда новорожденным особям не стало находиться места в социальной иерархии «мышиного рая», то наметился недостаток социальных ролей в идеальных (по мнению учёных) условиях с неограниченными ресурсами, возникло открытое противостояние взрослых и молодых грызунов, увеличился уровень немотивированной агрессии. Растущая численность популяции, увеличение скученности, повышение уровня физического контакта, всё это, по мнению Кэлхуна, привело к появлению особей, способных только к простейшему поведению. В условиях идеального (по мнению учёных) мира, в безопасности, при изобилии еды и воды, отсутствии хищников, большинство особей только ели, пили, спали, ухаживали за собой. Мышь — простое животное, для него самые сложные поведенческие модели — это процесс ухаживания за самкой, размножение и забота о потомстве, защита территории и детенышей, участие в иерархических социальных группах. От всего вышеперечисленного сломленные психологически мыши отказались. Кэлхун называет подобный отказ от сложных поведенческих паттернов «первой смертью» или «смертью духа». После наступления первой смерти физическая смерть («вторая смерть» по терминологии Кэлхуна) неминуема и является вопросом недолгого времени. В результате «первой смерти» значительной части популяции вся колония обречена на вымирание даже в условиях «рая».
Попробуем проанализировать итог эксперимента, используя здравый рассудок и трезвую логику. Хорошо известно, как завершился похожий эксперимент в больших масштабах с разведением кроликов в естественных условиях в Австралии — после попадания в условия с неограниченным количеством ресурсов и отсутствием естественных врагов, они (гибридные кролики — результат скрещивания кроликов местных и привезённых из Европы) размножились так, что от них не стало никакого спасу — весь континент стал буквально кишеть кроликами, и массово производимые отстрелы и широкое использование ловушек и капканов почти никак не сказывались на численности популяции. Лишь распространение болезней и вирусов помогло остановить рост кроличьего поголовья и уменьшить его до приемлемого уровня.
Главный вопрос — почему кролики распространялись в таких неимоверных количествах, а мыши нет, хотя вроде бы имели неограниченные ресурсы — имеет очевидный ответ. Кролики в Австралии размножались в открытой естественной природной экосистеме, без ограничений, без вредных искусственных полей, без металлических экранов, а мыши Кэлхуна — пусть они и имели неограниченное количество еды и воды и комфортные условия, но содержались в искусственно замкнутом пространстве в отрыве от естественной окружающей среды, фактически в изоляции, в железном баке! А ведь давно известно, что именно такие условия — искусственные ограничения и изоляция — в значительной степени способствуют как раз деградации и вырождению, что и проявлялось у мышей чем дальше, тем больше в каждом следующем поколении, по сути изменяло их психику, и в результате изменило так, что они попросту перестали размножаться — и ресурсы здесь вовсе не при чём. А ведь еще в 1785 году ботаник Гардини выявил отрицательное воздействие на рост живых существ экранировки естественных электрических полей. Искусственная ограниченная изолированная среда способствует изменению сознания, также можно сказать, что она провоцирует вредные мутации. Можно не сомневаться, что если бы мышей содержали не в изолированном железном баке, а на необитаемом острове с изобилием ресурсов и отсутствием естественных врагов, наблюдался бы весьма похожий эффект, как и с кроликами в Австралии — они бы расплодились до невероятного количества. Все отклонения от нормы — в частности, возникновение агрессивных и нарциссичных особей — есть результат деградации и вырождения, которое всегда сопровождает проживание в искусственных изолированных (и уже этим значительно неблагоприятных) условиях. Мыши, конечно не люди, но можно не сомневаться, что таков общий закон для всех живых существ — это справедливо и для людей также, что даже при условии неограниченности ресурсов, но в изоляции от естественной окружающей природной среды вырождение и деградация неизбежно будут усиливаться от поколения к поколению, что в общем и наблюдается сегодня в крупных городах.
Похоже, что кому-то было очень выгодно проводить подобные эксперименты (хотя, зная вышеописанные причины, исход здесь можно было предугадать с самого начала), с целью поддержать и научно обосновать миф о том, что на самом деле всеобщее изобилие и благоденствие не только не нужно, но даже и вредно — очередная попытка манипуляции массовым сознанием с использованием НЛП технологий. Если нормальные люди получат изобилие ресурсов, они немедленно займутся (в свободное время) творчеством, творением и созиданием, улучшая этим и себя и качество своего потомства, тем самым задавая пример для подражания другим. Но — обязательно в условиях свободы! Давно известно, что многие животные, пойманные на свободе, в неволе не живут вообще — просто отказываются от пищи и воды и умирают. А Кэлхун на самом деле создал вовсе не рай для мышей, а лагерную тюрьму с хорошей кормёжкой. К большому сожалению, существующая цивилизация сейчас идёт именно таким путём, с реализацией именно такой концепции жизни (искусственная чрезмерная скученность на очень малой площади за заграждениями и загородками в условиях изобилия ресурсов), и можно отметить, что в человеческом обществе развиваются точно такие же пороки, и точно такие же формы деградации и вырождения, что наблюдались и у мышей. И здесь следует очень простой вывод — если люди не прекратят вести подобный образ жизни и реализовывать подобную концепцию, то итог будет точно таким же, как и у мышей Кэлхуна — тотальная деградация и вырождение, нулевая рождаемость и вконец полное вымирание от старости. Для справки — у мышей по последним исследованиям порядка 98% из известных генов совпадают с человеческими.
end of civilization
Социо-химия получается, люди реагируют как химические вещества..
