Выскажусь по некоторым обсуждаемым здесь вопросам. Первое: каким образом информация о жизни на Западе попадала в СССР и становилась достоянием элиты. Разумеется, кинематограф играл здесь важную роль, но не единственную. После того, как СССР увеличил степень своей интеграции в мировую экономику, соответственно, интенсифицировались внешнеэкономические связм страны, в которые оказались вовлечены все новые и новые люди: советские менеджеры, выезжающих за рубеж с целью проведения переговоров с западными коллегами, и т.д. И в ходе этих встреч, которые, в полном соответствии с бизнес-этикетом, имели продолжения в виде приглашения домой к партнерам, убедились в более высоком уровне жизни зарубежных бизнесменов. Подчеркну: не рядовых граждан, а именно руководителей, имющих схожий статус с их советскими визави! Отсюда и крепнущее ощущение, что в рамках капиталистической системы они жили бы значительно лучше. Позднее, во время "перестройки", подобные рассуждения стали широко распространены в газетных интервью: дескать, человек "моего уровня" на Западе имеет несравнимо больше благ. До 1985г публично высказывать подобную т.зрения высказывать, разумеется, было немыслимо, но в душе у многих она уже поселилась. Это не значит, что её носители уже стали мечтать о возрождении капитализма. У них пока имелась возможность существенно улучшить свое материальное положение и в рамках советской системы. О том, как это делалось, рассказывает все тот же Алексей Сафронов в своей лекции, ссылку на которую я приводил выше. Если коротко, то эту возможность предоставляли многочисленные "эксперименты" по повышению личной заинтересованности работников, набиравшие силу в позднее СССР. Объявившие о своём участии в подобном эксперименте имели возможность, продолжая получать сырье по фиксированный государственным ценам, (причем особо оговаривалось бесперебойное снабжение им), резко увеличить размер получаемого вознаграждения за счет увеличения стоимости конечной продукции. При этом остальные "обременения", вызванные, как они считали, уществованием в рамках социалистической экономики, никуда не девались. Но это было уже что-то. Идея полностью сломать данные рамки пока ещё не приходила, но её наступление оставалось теперь практически неизбежным.