ria.ru
www.kommersant.ru
www.kommersant.ru
Рост спроса в результате восстановления мировой экономики; неспособность стран ОПЕК+, включая Россию, нарастить добычу в запланированных объемах; низкие запасы; опасения российско-украинского конфликта и его возможных последствий, – все сошлось, чтобы обеспечить взлет цен на нефть в начале 2022 г. На лето ведущие инвестбанки прогнозируют не меньше $100 за баррель. Но дальше должно быть полегче.
Вчера цена закрытия мартовского фьючерса на Brent составила $91,21 за баррель (+1,3%), WTI подорожала на 1,5% до $88,15. Прошедший месяц стал лучшим январем для рынка нефти по крайней мере за 30 лет, отметило агентство Bloomberg. Brent подорожала на 17,3%, и цена вернулась на уровень октября 2014 г., когда начиналось обвальное падение, спровоцированное большими объемами добычи сланцевой нефти в США.
«В последние несколько недель нервозность на рынках все возрастала. Учитывая значительный риск, который конфликт [между Россией и Украиной] может представлять для предложения сырьевых товаров, эскалация и/или сбои в экспортных поставках могут привести к дальнейшему росту цен на энергоносители, металлы, сельскохозяйственную продукцию», – написали в отчете аналитики JPMorgan. Они даже не исключили вероятности скачка цены нефти до $150 за баррель при серьезных перебоях в поставках.
Почти половина экспорта российской нефти и конденсата направляется в Европу. Возможные санкции против российского энергетического сектора и крупнейших госбанков, которые обрабатывают в том числе валютные платежи за экспортируемые энергоресурсы, входят, по сообщениям СМИ, в пакет ответных мер, который готовят западные страны.
Напряженности добавили обстрелы йеменскими повстанцами объектов в ОАЭ.
$150 за баррель – это экстремальный взгляд, но и оценки других аналитиков все чаще стремятся к $100. Morgan Stanley повысил прогноз на III квартал на $10 до $100 за Brent и $97,5 за WTI, объяснив это так:
На рынке нефти отмечаются одновременно низкие запасы, низкие свободные мощности и низкие инвестиции.
Сочетание низких запасов и небольших свободных добывающих мощностей в прошлом приводило к резким скачкам цен, отметили аналитики Goldman Sachs, например, во время войны в Персидском заливе в 1990-1991 гг. или гражданской войны в Ливии в 2011 г. Банк повысил прогноз на III квартал на $20 – до $100 за баррель Brent.
Bank of America (BofA) уже не один месяц говорит о возможности роста цены до $120, ожидая этого уровня к июлю. За последний год свободные мощности в странах ОПЕК сократились на 2,5 млн баррелей/сутки до примерно 3 млн:
К летнему пику поездок и путешествий они могут уменьшиться еще на 1-2 млн баррелей/сутки, спровоцировав еще больший рост цен на нефть.
Аналитики ждут, что спрос в этом году достигнет допандемического уровня (100 млн баррелей в сутки), поскольку волны COVID-19 все меньше сдерживают потребление нефти и нефтепродуктов; в UBS полагают, что год станет рекордным. При этом коммерческие запасы в развитых странах сокращаются, а способность стран ОПЕК+ увеличить добычу в обещанной мере вызывает сомнения. Ангола, Нигерия и Ирак испытывают производственные проблемы. В России недостаточную добычу объясняли задержками в разработке месторождений. Саудовская Аравия, у которой есть свободные мощности и которая могла бы быстро нарастить производство, пока отказывается компенсировать недоработки партнеров.
Как ожидается, на встрече в среду страны ОПЕК+ вновь решат действовать в рамках прежнего плана, увеличивая в месяц среднесуточную добычу на 400 000 баррелей. Но в январе они не смогли выполнить план, свидетельствуют подсчеты Reuters. Необходимого увеличения не происходит, подтверждает Луиза Диксон, старший нефтяной аналитик Rystad Energy, к тому же «ежемесячные увеличения на 400 000 слишком незначительны для рынка» (цитата по Reuters).
Но за фасадом дисбалансов уже скрываются тренды, которые должны восстановить более-менее нормальную ситуацию на рынке, считают в BofA и Julius Baer.
«Несмотря на попытки декарбонизации в отрасли, экономика продолжает определять процесс принятия решений в нефтедобыче», – считают в BofA, указывая, что подъем цен в 2021 г. привел к росту буровой активности. Увеличение предложения со стороны стран, не входящих в ОПЕК (составит в 2022-2027 гг. в среднем 1 млн баррелей/сутки, из них около половины – в США, 190 000 – в России, 140 000 – в Бразилии), а также в ОПЕК (в среднем на 650 000) начнет возвращать баланс на рынок. Если же будет заключено соглашение по ядерной программе Ирана, появится большой профицит.
Высокие цены стимулируют компании в США активнее наращивать добычу сланцевой нефти. На прошлой неделе в стране работала 491 нефтяная буровая вышка против 289 год назад (данные Baker Hughes).
Быстрый рост цен в ближайшие недели может продлиться, и Brent может подорожать до $100 «просто так», отмечает Норберт Рюкер, начальник отдела экономики Julius Baer:
Однако эта тревожность, как правило, длится недолго, и рыночные настроения должны вскоре нормализоваться, а фундаментальная поддержка цен в перспективе – ослабеть.
В Северной Америке и Европе спрос на нефть стабилизируется, в Китае, где дефицит энергоресурсов, отмечавшейся в последние месяцы 2021 г., в основном ликвидирован, а сектор недвижимости остается под давлением, спрос на нефть тоже вряд ли заметно вырастет. Предложение же продолжает постепенно увеличиваться за счет сланцевой добычи и смягчения ограничений в нефтедобывающих странах, отмечает Рюкер.
telegra.ph
Россия действительно могла недопоставить Европе в январе не менее трети объемов газа по сравнению с обычной практикой, как говорил 12 января директор Международного энергетического агентства (МЭА) Фатих Бироль. Он тогда обвинил Россию в том, что она способствует энергетическому кризису в Европе, одновременно создавая повышенную геополитическую напряженность вокруг Украины.
В эту зиму Европа, пережившая в 2021 г. 10-кратный рост цен на газ, по всей видимости, выкрутится за счет дополнительных объемов СПГ. Но сможет ли сжиженный газ заменить российский трубопроводный на постоянной основе?
Незаполненные трубы
Среднегодовые поставки по газопроводам из России в Европу (за исключением стран Балтии, Молдовы и Турции) составляли в 2017-2020 гг. 162,7 млрд куб. м, но в 2021 г. сократились до 135 млрд куб. м, или на 17%, по данным международного ценового агентства Argus. Особенно сильное падение наблюдалось в конце 2021 г.: в декабре Европа получила всего 10,3 млрд против 14 млрд годом ранее (-26,4%), – в январе оно продолжилось, отмечает Argus.
В первой половине января экспорт газа во все страны дальнего зарубежья был 5,4 млрд куб. м (-41,1%), сообщал «Газпром». Поставки в Европу, за исключением стран Балтии и Турции, могли составить в этот период всего 3,25 млрд куб. м, оценивает Argus на основании заявлений газовой компании.
Данных по поставкам газа из России в Европу за весь январь пока нет. Но «Газпром» сообщил 1 февраля: экспорт в страны дальнего зарубежья составил в январе 11,4 млрд куб. м, что на 41,3% (на 8 млрд куб. м) меньше, чем за тот же период 2021 г. При этом экспорт в Китай растет, отметил «Газпром», а снабжение внутреннего рынка увеличилось на 3,2% при общем росте добычи 1%. «Россия могла бы увеличить поставки в Европу по крайней мере на треть», – говорил Бироль.
«Газпром» в каждом заявлении отмечает, что выполняет все контрактные обязательства.
Переполненные терминалы
Поскольку возможности Европы по увеличению добычи газа или его импорту ограничены, «задача обеспечения Европы в случае полного прекращения поставок из России практически полностью ляжет на СПГ-терминалы, которые и так уже обеспечивают львиную долю компенсации сокращающихся российских поставок в последние месяцы», отмечает Argus.
Согласно расчетам, которые агентство предоставило VPost, доля российского газа на европейском рынке сократилась, а СПГ – сильно выросла, до рекордных 11,5 млн т в январе (предыдущий максимум был в декабре 2019 г. – 9,53 млн т).
Спас Европу в январе, в основном, американский газ: его завезли на 5,4 млн т (в декабре – 3,38 млн, в январе 2021 г. – 1 млн т). Предыдущий рекорд был в феврале 2020 г. – 3,11 млн т.
Неполноценная замена
Может ли Европа замещать российский газ сжиженным на постоянной основе? Нет, полагают эксперты.
Несмотря на фантастическую волатильность и уровень газовых котировок, спрос на газ в Европе не снижается, указывает Елена Ананькина, старший аналитический директор направления «Рейтинги инфраструктуры» S&P Global Ratings: согласно данным МЭА, он составил 552 млрд куб. м в 2021 г. – больше, чем в доковидном 2019 г. (537 млрд). Потенциал увеличения добычи в Норвегии и в самой Европе невелик, СПГ в мире в основном продается по долгосрочным контрактам, а сравнительно небольшие незаконтрактованные объемы СПГ ищут высокую премию. Разрыв между спросом и собственной добычей растет и увеличивает потребность Европы в импорте, отмечает Ананькина:
Российские поставки газа слишком велики, чтобы Европа могла их заменить быстро, полностью, всерьез и надолго: такого объема свободного газа сейчас в мире нет.
США и ЕС в последние недели активно обсуждают с другими странами возможность увеличения поставок в Европу – как в виде СПГ, в том числе с помощью пересмотра долгосрочных контрактов, так и по трубопроводам (например, из Азербайджана и Алжира). Гендиректор Royal Dutch Shell Бен ван Берден 3 февраля пообещал «сделать все возможное, чтобы обеспечить Европу» СПГ. Одна из опций – перенаправить газ из Азии, добавил он. В декабре Shell, один из крупнейших поставщиков СПГ, стала отправлять танкеры в Европу из Перу.
Но в апреле, по оценке S&P Global Ratings, газ на спотовом рынке Азии снова может стать дороже, чем в Европе, привлекая поставщиков СПГ.
Для полной замены российского газа пока не хватит ни европейских импортных СПГ-мощностей, ни производственных мощностей экспортеров, свидетельствуют данные Argus:
Даже если бы импортные терминалы СПГ работали в январе на полную мощность, то в случае полной остановки российских поставок Европе не хватило бы 1 млн т СПГ.
В 2016-2020 гг. месячные поставки российского газа колебались от 7,4 млн до 12,3 млн т в СПГ-эквиваленте, а совокупные мощности Европы по регазификации (исключая Литву и Турцию) равны 12,6 млн т в месяц. То есть январские поставки уже близки к максимально возможным. При этом не все терминалы можно задействовать для работы с незаконтрактованным газом, около 2,2 млн т в месяц поступает по долгосрочным контрактам. В результате, по оценкам Argus, свободные мощности составляют 10,1-10,6 млн т в месяц.
Что касается экспортеров, то у ближайшего из крупнейших, Катара, почти все производство ведется по долгосрочным контрактам. Совокупное производство СПГ в Атлантическом бассейне (исключая «Ямал СПГ» «Новатэка», который теоретически может подпасть под санкции) составляло в 2021 г. 8,88-11,6 млн т в месяц, и с учетом высоких цен очень многие производители работали с полной загрузкой.
Правда, у США гибкие поставки составляют около 7,2 млн т в месяц, отмечает Argus.
Но и России нечем заменить огромный европейский рынок, добавляет Ананькина:
В последние месяцы репутация России как надежного поставщика и газа как надежного топлива сильно пострадала, а фактическая цена экспорта российского газа намного ниже заоблачных спотовых цен.
Огромные месторождения «Газпрома» жестко привязаны к европейским потребителям существующими трубопроводами, причем многие длинные старые контракты скоро заканчиваются. Поэтому, несмотря на все амбиции по увеличению поставок в Азиатско-Тихоокеанский регион, «мы считаем сценарий прекращения поставок [в Европу] крайне маловероятным», резюмирует Ананькина.
telegra.ph
thebell.io
ria.ru
Сообщение 2006 года. За 15 лет ничего не изменилось
topwar.ru
«Спецоперация» на Украине аукнулась во всем мире, провоцируя ускорение инфляции и подрывая экономический рост
То, что российские власти называют «специальной операцией» на Украине, привело к стремительному росту цен на многие сырьевые товары — нефть, газ, металлы, включая алюминий и никель, сельскохозяйственную продукцию, прежде всего пшеницу. Индекс сырьевых товаров S&P GSCI подскочил на 16% на этой неделе, в результате недельный рост может оказаться самым значительным с 1970 г., с которого Refinitiv собирает данные.
Сейчас индекс находится на самом высоком уровне с 2008 г., когда сильное подорожание многих видов сырья наложилось на начинавшийся мировой финансовый кризис. Нефть тогда дорожала почти до $150 за баррель. На этой неделе цена Brent поднималась почти до $120 за баррель. К концу года она может вырасти до $185, прогнозируют в отчете аналитики JPMorgan Chase, если продолжатся перебои с поставками из России.
Международное энергетическое агентство предупредило об угрозе мировой энергетической безопасности.
По оценке аналитиков JPMorgan, около 66% российской нефти на спотовом рынке не может найти покупателей. Energy Aspect на днях оценила эту долю в 70%. «Становится все яснее, что российско-украинский конфликт ударил по спросу на российскую нефть. Все больше покупателей отказывается ее брать», — отметил аналитик ING Уоррен Пэттерсон. Россия экспортирует 5 млн баррелей в день. Рынок физических поставок, впрочем, гораздо меньше тех объемов, что продаются по долгосрочным контрактам.
Экономика
Участники рынка сами ввели санкции против нефти из России
Сильное подорожание нефти не поможет бюджету, потому что покупатели отказываются иметь дело с российскими поставками
Йон Триси, издатель инвестиционного бюллетеня Fuller Treacy Money, впрочем, сомневается в продолжении сильного роста нефти: «Когда тренд ускоряется, прогнозы о его сильном продолжении скорее отражают то, во что вложилась толпа инвесторов, чем являются хорошим индикатором того, куда будет двигаться цена». Кроме того, Иран, похоже, близок к новой сделке по своему ядерному оружию, добавляет Триси: получив «все, что хочет, он может вернуть свою нефть на мировой рынок в считанные недели, это в значительной степени подорвет нынешнее ралли».
Именно так отреагировал рынок в четверг: после сильного скачка цена откатилась назад, когда директор МАГАТЭ сообщил, что в субботу встретится с высокопоставленными представителями Ирана. Сегодня Brent торгуется в середине дня по $111.
Однако на газовом рынке облегчения пока нет. Цена фьючерсов Dutch TTF подскочила в четверг почти до €200/МВт ч ($2310 за 1000 куб. м), выше декабрьского максимума. Сейчас газ стоит около €175 ($2021). Покупатели газа у «Газпрома» по долгосрочным контрактам выбирают его в максимальных объемах, но компании с кратко-и среднесрочными контрактами начинают искать альтернативных поставщиков, что провоцирует рост спроса, сказал Financial Times Том Марзек-Менсер, директор по анализу газового рынка ICIS: «Они говорят, что нужно исключить его [«Газпром“] из поставщиков где только возможно и как можно быстрее».
