Quintus Hortensius
Эдил
См. в "Бруте" - писать речи за других - довольно обычная практика. Даже если тот, за кого пишут - оратор. Сульпиций, Котта тут у нас есть:
"(205) Речи, которые ходят под именем Сульпиция, на самом деле сочинил после его смерти Публий Кануций, мой ровесник и, по моему мнению, самый красноречивый человек из тех, кто не принадлежит к нашему сенатскому сословию. От самого Сульпиция не сохранилось ни одной речи, и я слышал не раз от него самого, что писать он не умел и не любил. Что же касается речи Котты в свою защиту, когда он был обвинен по закону Вария, то ее написал по его просьбе Луций Элий. Элий вообще был человек выдающийся, один из достойнейших римских всадников, на редкость начитанный в греческой и латинской словесности, он отлично знал римскую древность, ее события, ее памятники и сочинения ее первых писателей. Эти знания перенял от него наш Варрон, приумножил их и, благодаря своему выдающемуся дарованию и всесторонней учености, изложил их в своих книгах и подробнее и изящнее. (206) Элий же, убежденный стоик, и не стремился стать оратором и никогда им не был. Однако писать речи для других ему случалось, например, для Квинта Метелла-сына, для Квинта Цепиона, для Помпея Руфа; впрочем, этот последний и сам писал речи в свою защиту, но все же не без помощи Элия. (207) Я сам присутствовал при сочинении этих произведений, когда в дни моей юности я бывал у Элия и учился у него со всем моим старанием. До сих пор удивляюсь, почему Котта, великий оратор и совсем не глупый человек, пожелал выдать эти простенькие речи Элия за свои."
Кто подскажет, какой Метелл именно упоминается тут? "Метелл-сын" - ни о чем говорит, их же до чертовой матери.
Чисто логически - или Метелл Верный, или кто-то из сыновей Капрария, нет?
"(205) Речи, которые ходят под именем Сульпиция, на самом деле сочинил после его смерти Публий Кануций, мой ровесник и, по моему мнению, самый красноречивый человек из тех, кто не принадлежит к нашему сенатскому сословию. От самого Сульпиция не сохранилось ни одной речи, и я слышал не раз от него самого, что писать он не умел и не любил. Что же касается речи Котты в свою защиту, когда он был обвинен по закону Вария, то ее написал по его просьбе Луций Элий. Элий вообще был человек выдающийся, один из достойнейших римских всадников, на редкость начитанный в греческой и латинской словесности, он отлично знал римскую древность, ее события, ее памятники и сочинения ее первых писателей. Эти знания перенял от него наш Варрон, приумножил их и, благодаря своему выдающемуся дарованию и всесторонней учености, изложил их в своих книгах и подробнее и изящнее. (206) Элий же, убежденный стоик, и не стремился стать оратором и никогда им не был. Однако писать речи для других ему случалось, например, для Квинта Метелла-сына, для Квинта Цепиона, для Помпея Руфа; впрочем, этот последний и сам писал речи в свою защиту, но все же не без помощи Элия. (207) Я сам присутствовал при сочинении этих произведений, когда в дни моей юности я бывал у Элия и учился у него со всем моим старанием. До сих пор удивляюсь, почему Котта, великий оратор и совсем не глупый человек, пожелал выдать эти простенькие речи Элия за свои."
Кто подскажет, какой Метелл именно упоминается тут? "Метелл-сын" - ни о чем говорит, их же до чертовой матери.
Чисто логически - или Метелл Верный, или кто-то из сыновей Капрария, нет?