Филистимляне
- Автор темы Кныш
- Дата начала
Digger
Цензор
А что Вас собственно смущает? Там же написано:
"Археологические находки подтверждают крито-макенское происхождение филистимлян. Прежде всего, материальные памятники филистимской культуры резко отличаются от ханаанских. Они появляются не ранее слоя, примерно соответствующего нашествию на Египет Народов Моря. И самое главное, филистимская керамика, архитектура, оружие необычайно похожи на крито-микенские, хотя и имеются кое-какие отличия."
"Археологические находки подтверждают крито-макенское происхождение филистимлян. Прежде всего, материальные памятники филистимской культуры резко отличаются от ханаанских. Они появляются не ранее слоя, примерно соответствующего нашествию на Египет Народов Моря. И самое главное, филистимская керамика, архитектура, оружие необычайно похожи на крито-микенские, хотя и имеются кое-какие отличия."
Тут не совсем понятно даже кем были сами пеласги. Это обсуждалось здесь:
http://bardguild.com1.ru/forum/index.php?s...=486&hl=Пеласги
Меня смущает прежде всего то, что филистимляне неоднократно упоминаемые в Библии и египетских текстах, практически остаются одним из самых загадочных народов древности на ближнем востоке. Нам не известен ни их язык, ни имена правителей, ни общественное устройство и обычаи.
Digger
Цензор
По меньшей мере нам хорошо известна их материальная культура, что даёт широкое поле для интерпретаций и спекуляций.
О том, что представлял из себя их язык в момент прибытия в Ханаан можно строить предположения на основании археологических находок, проливающих свет на происхождение филистимлян. Учёными было выдвинуто множество предположений касательно происхождения филистимлян. В Библии родиной филистимлян назван Кафтор, что, возможно, соответствует Криту (Ам. 9:7; Иер. 47:4. Ср. также Цфан. 2:5; Иех. 25:16. Выражение "крети и пплети" (в русской традиции - "хелефеи и фелефеи") из 2 Сам. 15:18 относится, по всей видимости, к критянам и филистимлянам).
Большинство свидетельств указывает на Анатолийское побережье (Иония) иили эгейский мир как на родину различных "народов моря". Некоторые филистимские личные имена и термины, зафиксированные в Библии, выглядят родственными лувийскому языку, распространённому на западном побережье Анатолии, но никак нельзя полагаться на точность таких фактов. Археологические данные указывают на микенское происхождение филистимлян. В качестве восточных пределов их странствий постоянно фигурирует Кипр, но сложно сказать, был ли он их родиной. Явное сходство керамики Микены IIICIB из Филистеи (где она и изготавливалась) с кипрской керамикой наталкивает на мысль, что здесь существовали поселения мигрантов общего происхождения. Те группы "народов моря", которые поселились на Кипре, учёные называют "ахейцами", соотнося их с беженцами из Микен; в Филистее производителей керамики Микены IIIС следует называть филистимлянами. Отсюда можно сделать вывод, что филистимляне были группой микенских греков, которые мигрировали на восток, столкнулись с египтянами в восьмой год правления Раамсеса III, а в последствии заселили Филистею. На первоначальном этапе их жизни в Ханаане они продолжали изготовлять на новом месте привычную им монохромную керамику. Через несколько десятилетий, в результате знакомства с местными ханаанскими и египетскими художественными традициями, пришельцы перешли к иному стилю, двуцветному, известному также как "филистимский", поскольку он зародился в Филистее.
Филистимская двуцветная керамика.
В течение железного века 1А филистимляне сохраняли верность микенским традициям, основывая те самые городские центры Филистеи, которые упоминаются в Библии. Их первое поселение в Ашдоде было хорошо распланировано, но не укреплено. Только к концу 11 в. филистимляне опоясывают Ашдод, разросшийся от 20 акров 100 акров, мощной стеной, видимо в связи с обострением конфликтов с израильскими племенами. Подобная картина наблюдается и в Тель Микне (Экрон) который разросшись был укреплён стеной только в начале 10 в. В Тель Мор филистимляне основали на месте разрушенной египетской крепости неукреплённую деревню, служившую по всей видимости портом Ашдода. Поселения филистимлян обнаружены и на севере Шфелы (Гезер, Тель Баташ(Тимна?) и Бейт-Шемеш) что подтверждает библейскую традицию о попытках филистимлян проникнуть в глубь Ханаана. Филистимляне также преобладали среди прочих групп населения в северо-западном Негеве и на юге Прибрежной равнины.
Филистимская архитектура достаточно необычна для Ханаана. В Тель Микне было обнаружены 2 здания, в центре зал которых находились кирпичные оштукатуренные, свободностоящие очаги одного типа. Такой тип очагов неизвестен в ханаанской архитектуре, зато распространён в Анатолии и Эгейском мире и на Кипре. Также чужда ханаанской архитектуре и практика сооружения вспомогательного маленького храма подле главного святилища, отмеченная в Тель Касиле. Зато она находит соответствия в Эгейском мире и на Кипре, где такие комплексы известны в 13-12 в. (Микены, Филакопи на острове Мелос и Китион на Кипре). Также культовые глиняные статуэтки сидящих богинь или женщин из Ашдода имеют явное микенское происхождение и свидетельствуют о преобладании микенского религиозного наследия. На двух печатях из Ашдода, изготовленных здесь же, есть краткие надписи. Они выполнены линейным письмом, напоминающим доселе не расшифрованное кипро-минойское письмо позднего бронзового века с Кипра. Хотя известно всего несколько знаков, они доказывают наличие филистимской системы письма, вероятно, эгейского происхождения.
Подобная «чужеродность» наблюдается и в погребальной практике. В Азоре зафиксированы следы кремации, чуждой ханаанской практике поздней бронзы. Но пока сложно сказать насколько кремация была распространена среди «народов моря». Другой вид погребений характеризующий филистимлян обнаружен в могильнике 600 около Тель эль-Фара (южн.) в северном Негеве. Здесь использовались погребальные ямы в высеченных в скалах пещерах. Также широко распространена была практика погребения в антропоморфных саркофагах обнаруженных в Тель эль-Фара (южн.), Дейр эль-Балахе и Бейт Шеане (Скитополис). Крышки этих гротескного вида саркофагов удивительным образом похожи на знаменитую «маску Агамемнона» обнаруженную Шлиманом в Микенах, хотя в некоторых из них ощущается и египетское влияние, видимо, в следствии того, что филистимляне долгое время были наёмниками в египетской армии (как минимум до конца второй трети 12 в.)
Антропоморфные филистимские саркофаги из Дейр эль-Балах.
Крышки филистимских антропоморфных саркофагов из Бейт-Шеана.
"Маска Агамемнона" из Микен.
Филистимское пятиградье включало в себя Газу, Ашкелон, Ашдод, Гат (Тель эс-Сафи) и Экрон (Тель Микне). Похоже, что они составляли коалицию городов, напоминавшую существовавшую в бронзовом веке в Греции. Во главе каждого города стоял серен; термин этот, возможно, связан с греческим словом тюранос («тиран»).
Пришельцы не вытеснили местное ханаанское население, но превратились скорее в весьма ограниченную численно военную и гражданскую правящую верхушку, господствовавшую над местными жителями. Контакты между двумя группами населения породили эклектическую культуру. Изолированные от корней своей изначальной культуры, филистимляне подпали под воздействие местной традиции и постепенно растворились в ней. Это был долгий и постепенный процесс.
Культурная ассимиляция филистимлян, однако, не привела к полному изменению их самоидентификации. Независимость их городов-государств сохранялась на протяжении железного века 2, что явствует как из политической истории, так и из свидетельств материальной культуры. Важно отметить, что растворяясь в ханаанской среде, они принимали семитские имена (Авимелех, царь Грара) и к моменту, когда до них добрались ассирийские войска все цари филистимских городов имели западносемитские имена, что явствует из ассирийских документов начиная с 8 в.
О том, что представлял из себя их язык в момент прибытия в Ханаан можно строить предположения на основании археологических находок, проливающих свет на происхождение филистимлян. Учёными было выдвинуто множество предположений касательно происхождения филистимлян. В Библии родиной филистимлян назван Кафтор, что, возможно, соответствует Криту (Ам. 9:7; Иер. 47:4. Ср. также Цфан. 2:5; Иех. 25:16. Выражение "крети и пплети" (в русской традиции - "хелефеи и фелефеи") из 2 Сам. 15:18 относится, по всей видимости, к критянам и филистимлянам).
Большинство свидетельств указывает на Анатолийское побережье (Иония) иили эгейский мир как на родину различных "народов моря". Некоторые филистимские личные имена и термины, зафиксированные в Библии, выглядят родственными лувийскому языку, распространённому на западном побережье Анатолии, но никак нельзя полагаться на точность таких фактов. Археологические данные указывают на микенское происхождение филистимлян. В качестве восточных пределов их странствий постоянно фигурирует Кипр, но сложно сказать, был ли он их родиной. Явное сходство керамики Микены IIICIB из Филистеи (где она и изготавливалась) с кипрской керамикой наталкивает на мысль, что здесь существовали поселения мигрантов общего происхождения. Те группы "народов моря", которые поселились на Кипре, учёные называют "ахейцами", соотнося их с беженцами из Микен; в Филистее производителей керамики Микены IIIС следует называть филистимлянами. Отсюда можно сделать вывод, что филистимляне были группой микенских греков, которые мигрировали на восток, столкнулись с египтянами в восьмой год правления Раамсеса III, а в последствии заселили Филистею. На первоначальном этапе их жизни в Ханаане они продолжали изготовлять на новом месте привычную им монохромную керамику. Через несколько десятилетий, в результате знакомства с местными ханаанскими и египетскими художественными традициями, пришельцы перешли к иному стилю, двуцветному, известному также как "филистимский", поскольку он зародился в Филистее.
Филистимская двуцветная керамика.
В течение железного века 1А филистимляне сохраняли верность микенским традициям, основывая те самые городские центры Филистеи, которые упоминаются в Библии. Их первое поселение в Ашдоде было хорошо распланировано, но не укреплено. Только к концу 11 в. филистимляне опоясывают Ашдод, разросшийся от 20 акров 100 акров, мощной стеной, видимо в связи с обострением конфликтов с израильскими племенами. Подобная картина наблюдается и в Тель Микне (Экрон) который разросшись был укреплён стеной только в начале 10 в. В Тель Мор филистимляне основали на месте разрушенной египетской крепости неукреплённую деревню, служившую по всей видимости портом Ашдода. Поселения филистимлян обнаружены и на севере Шфелы (Гезер, Тель Баташ(Тимна?) и Бейт-Шемеш) что подтверждает библейскую традицию о попытках филистимлян проникнуть в глубь Ханаана. Филистимляне также преобладали среди прочих групп населения в северо-западном Негеве и на юге Прибрежной равнины.
Филистимская архитектура достаточно необычна для Ханаана. В Тель Микне было обнаружены 2 здания, в центре зал которых находились кирпичные оштукатуренные, свободностоящие очаги одного типа. Такой тип очагов неизвестен в ханаанской архитектуре, зато распространён в Анатолии и Эгейском мире и на Кипре. Также чужда ханаанской архитектуре и практика сооружения вспомогательного маленького храма подле главного святилища, отмеченная в Тель Касиле. Зато она находит соответствия в Эгейском мире и на Кипре, где такие комплексы известны в 13-12 в. (Микены, Филакопи на острове Мелос и Китион на Кипре). Также культовые глиняные статуэтки сидящих богинь или женщин из Ашдода имеют явное микенское происхождение и свидетельствуют о преобладании микенского религиозного наследия. На двух печатях из Ашдода, изготовленных здесь же, есть краткие надписи. Они выполнены линейным письмом, напоминающим доселе не расшифрованное кипро-минойское письмо позднего бронзового века с Кипра. Хотя известно всего несколько знаков, они доказывают наличие филистимской системы письма, вероятно, эгейского происхождения.
Подобная «чужеродность» наблюдается и в погребальной практике. В Азоре зафиксированы следы кремации, чуждой ханаанской практике поздней бронзы. Но пока сложно сказать насколько кремация была распространена среди «народов моря». Другой вид погребений характеризующий филистимлян обнаружен в могильнике 600 около Тель эль-Фара (южн.) в северном Негеве. Здесь использовались погребальные ямы в высеченных в скалах пещерах. Также широко распространена была практика погребения в антропоморфных саркофагах обнаруженных в Тель эль-Фара (южн.), Дейр эль-Балахе и Бейт Шеане (Скитополис). Крышки этих гротескного вида саркофагов удивительным образом похожи на знаменитую «маску Агамемнона» обнаруженную Шлиманом в Микенах, хотя в некоторых из них ощущается и египетское влияние, видимо, в следствии того, что филистимляне долгое время были наёмниками в египетской армии (как минимум до конца второй трети 12 в.)
Антропоморфные филистимские саркофаги из Дейр эль-Балах.
Крышки филистимских антропоморфных саркофагов из Бейт-Шеана.
"Маска Агамемнона" из Микен.
Филистимское пятиградье включало в себя Газу, Ашкелон, Ашдод, Гат (Тель эс-Сафи) и Экрон (Тель Микне). Похоже, что они составляли коалицию городов, напоминавшую существовавшую в бронзовом веке в Греции. Во главе каждого города стоял серен; термин этот, возможно, связан с греческим словом тюранос («тиран»).
Пришельцы не вытеснили местное ханаанское население, но превратились скорее в весьма ограниченную численно военную и гражданскую правящую верхушку, господствовавшую над местными жителями. Контакты между двумя группами населения породили эклектическую культуру. Изолированные от корней своей изначальной культуры, филистимляне подпали под воздействие местной традиции и постепенно растворились в ней. Это был долгий и постепенный процесс.
Культурная ассимиляция филистимлян, однако, не привела к полному изменению их самоидентификации. Независимость их городов-государств сохранялась на протяжении железного века 2, что явствует как из политической истории, так и из свидетельств материальной культуры. Важно отметить, что растворяясь в ханаанской среде, они принимали семитские имена (Авимелех, царь Грара) и к моменту, когда до них добрались ассирийские войска все цари филистимских городов имели западносемитские имена, что явствует из ассирийских документов начиная с 8 в.
Digger, спасибо за обстоятельное разьяснение относительно происхождения и культурных традиций филистимлян, но у меня остается ряд вопросов и я буду Вам благодарен, если Вы ответите на них. Итак, по всей видимости, филистимляне изначально говорили на каком-то древнем индоевропейском языке, а возможно ли что в их состав входили не только этнически близкие ахейцам элементы, но и выходцы из Северного Причерноморья или даже из Центральной Европы (ведь например именно там была широко распространена кремация встречающаяся и в погребениях филистимлян)?
Digger
Цензор
Я лично плохо знаком с материальной культурой этих районов в данный период и имею только общие знания о ней. Поэтому не возьмусь судить. Основываясь же на том, что мне известно о материальной культуре Северного Причерноморья и Центральной Европы, я пока не вижу индикаций, позволяющих связать какой-либо из "народоморских" племён с этими регионами. Что же касается кремации, то пока есть только отдельные примеры из Азора и, как я уже сказал, вообще сложно сказать не только насколько она характеризует "народоморцев", но и к какому именно племени её нужно отнести. В том же Азоре и Тель Зероре (близ библейского Дора, известного по "Свитку Ун-Амона и папирусу Анастази, как поселение племени сикулу из группы "народов моря") "народоморцы" хоронили и в грунтовых ямах и в прямоугольных каменных ящиках и даже в "саркофагах" образованных путём соединения двух больших глиняных сосудов с отбитыми шейками. Если Вам известна подобная практика в Европе или Северном Причерноморье то, возможно это даст ответ на вопрос. В данном же случае кремации в Азоре я считаю необходимым обратить внимание на следующий момент. В районе аэропорта города Аммана (столица Иордании) было обнаружено загадочное здание. Некогда это было изолированное строение, расположенное в нескольких километрах от ханаанского городища в Аммане. Здание было хорошо распланировано, это была массивная (15х15 м.) квадратная в плане конструкция с помещениями, окружавшими центральную часть (возможно, крытый зал или открытый внутренний двор). Найденный в центре этого пространства камень попеременно определяли то как алтарь, то как основание для священного столпа или просто для колонны, поддерживавшей крышу. В этом строении были обнаружены разнообразные находки: множество привозной микенской или минойской керамики, египетских каменных сосудов, скарабеоидов, цилиндрических печатей и золотых украшений, что говорит о важности здания. Кроме того были найдены груды обожжённых человеческих костей как взрослых, так и детей. По поводу функции этого здания выдвигалось множество гипотез: Дж. Б.Хеннесси считал здание храмом, видя в костях свидетельство детских жертвоприношений; Дж. Э.Райт и Э.Ф. Кэмпбелл полагали, что этот объект был религиозным центром племенного союза в Заиорданье; Райт выдвинул также предположение, что это был "храм огня" иранского типа; В.Фриц отрицает религиозное назначение здания и считает, что оно служило для жилья; Л.Г.Херр показал, что большинство найденных во время раскопок костей - это кости взрослых людей, и по этой причине счёл, что строение это использовалось для кремации. Как я уже говорил, практика кремации была неизвестна ханаанеям, но применялась индоевропейцами - в том числе хеттами, которые могли поселится в Заиорданье во время 13 в.
Если мы обратимся к фиванскому описанию похода "народов моря" то обнаружим, что Раамсес 3 пишет, что нашествие это началось из земель хеттов, из Киликии (Коде), из западной Анатолии (Арзавы) и с Кипра (Алашии). В первых трёх районах практика кремации была известна в поздний бронзовый век. Не оттуда ли родом были люди кремированные в Азоре и возможно в Аммане?
Digger
Цензор
Значит так.
1) Ямные захоронения различных типов имелись как у ханаанеев. так и у "народов моря".
2) То же самое касается и катакомбного или пещерного захоронения.
3) В свою очередь саркофаги из кувшинов могут рассматриваться как своего рода урны. Нужно отметить, что захоронения в в кувшинах были известны и в Ханаане, но только в другие периоды - в период средней бронзы и в железном веке 2. В первом случае они характеризовали ханаанское население, а во втором то ли израильское, то ли опять же ханаанское, растворившееся в израильском. Но в обоих случаях подобная практика использовалась исключительно для захоронения грудных младенцев под полами жилых домов, что визможно носило ритуальный характер. Но тем не менее такая практика исчезла у ханаанеев в период поздней бронзы, но появляется у "народов моря", причём хоронят в кувшинах не детей, а взрослых и захоронения происходят вне жилых комплексов. В связи с этим. мне кажется, что можно принять урновый вид захоронений, как аналог "народоморских" захоронений в саркофагах из кувшинов. Нужно отметить, что в микенской культуре была известна практика захоронений в керамических саркофагах- ларнаксах. Подобные захоронения относящиеся к концу поздней бронзы были обнаружены в Акко и Гезере. Так нельзя ли предаоложить, что захоронения в кувшинах, это не что иное, как более дешёвый вариант урнового захоронения, упомянутый Вами? В таком случае его можно было бы считать индикатором происхождения тех людей, которые были захоронены подобным образом в Ханаане.
Digger
Цензор
Так. Чтобы Вы могли размышлять дальше я изложу Вам в следующих постах как можно подробнее, всё, что на сегодняшний день известно о материальной культуре филистимлян, а Вы уж решайте сами - с чем это можно связать, и нам не забудьте сказать. 
Итак.
ПОСЕЛЕНИЯ ФИЛИСТИМЛЯН И ДРУГИХ "НАРОДОВ МОРЯ" В ЖЕЛЕЗНОМ ВЕКЕ I
Прибытие в Левант и расселение на его территории тех этнических групп, которые собирательно называются в науке "народами моря", является одним из самых интересных эпизодов в истории железного века I. Это событие явилось производным от глубокого культурного кризиса, постигшего регион Эгейского моря и Анатолии в конце 13 века до н.э. Из этих народов более других известны филистимляне, но следует помнить, что они были лишь одной из групп мигрантов в Восточном Средиземноморье. Поскольку сохранившиеся исторические источники чрезвычайно скудны, свидетельства археологов приобретают первостепенное значение. Историческое и археологическое изучение филистимлян и прочих "народов моря" началось уже на рубеже нашего столетия, но достигло особого размаха в последние десятилетия, благодаря раскопкам в главных филистимских центрах, а также обобщающим трудам ученых, в первую очередь благодаря работам Т.Дотан .
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
Начиная с 14 века до н.э., египтяне уже встречались с представителями "народов моря" - либо в качестве наемников в египетских войсках, либо в качестве противников в войсках вражеских. В документах из Амарны встречается слово "шердэна" для обозначения наемников на службе в египетской армии, а народ "лукка" именуется пиратским. Во время правления Рамсеса II шердэна служили в египетской армии; известно об их участии в битве при Кадеше против хеттов. При фараоне Мернептахе существовал союз пяти народов, воевавших на стороне ливийцев против Египта; в их число входили шердэна, шекелеш. лукка, турша и ашваша, все они обозначены как "иноземцы из-за моря". Наиболее значительным источником, сообщающем о прибытии этих народов, является монументальный рельеф и надписи на стенах в гробнице Рамсеса III в Фивах (Мединет-Абу), где повествуется о битвах против этих народов на восьмом году правления фараона Рамсеса III.
Главная надпись в Фивах описывает в поэтической форме ужасающее нашествие этих племен
Главная надпись в Фивах описывает в поэтической форме ужасающее нашествие этих племен из земель хеттов, из Киликии (Коде), из западной Анатолии (Арзавы) и с Кипра (Алашии). Земля Амуру (в Ливане) упоминается в качестве главной базы. Описывается, как Рамсес готовился к отпору этим иноземцам, и как он разгромил их в двух битвах: на суше и в устье реки (возможно, имеется в виду Нильская дельта), где ожидалось нападение со стороны моря. В конце надписи прославляется великая победа египтян над вторгшимся врагом.
В надписях Мединет-Абу упоминается семь разных народов. В главном тексте сообщается пять имен: плст (филистимляне), хорошо известные по Библии; шекелеш и уэшэш. Тьекел (или шкл) упоминаются как морские пираты в письме из Угарита, а в сказании египетского жреца Ун-Амона начала 11 века до н.э. говорится о жителях Дора (из названия этого народа выводится слово "Сицилия"). Наконец, упоминается здесь народ "дин" (деньен), известный также как "днним", который обитал в Киликии (на юге современной Турции). Как явствует из найденной в Кара-Тепе надписи Азитивады (8 до н.э.), этот народ был в эллинистические времена известен под именем данайцев. Шердэна и турша (последние, возможно, родственны позднейшим этрускам) также упоминаются в надписях, повествующих об этом нашествии.
И наземная и морская битвы изображены в фиванских рельефах. Нос и корма судов "народов моря" были украшены изображениями птичьих голов. Квадратные паруса этих судов свернуты, так что можно предположить, что во время битвы корабли стояли неподвижно. Головы воинов, находящихсяна трех кораблях, украшены неким убором, часто обозначаемым как "шлем из перьев". По нижней части этого "шлема" шла горизонтальная полоса с разнообразным геометрическим орнаментом, а поверх этой полосы вертикальными линиями, возможно, изображались полоски кожи. В другой сцене пленники в таких головных уборах изображают филистимлян, дануна и тьекел. На двух других судах видны воины в рогатых шлемах, которые, как известно из более ранних рельефов, носили шердэна. Оружие "народов моря" состояло из длинных прямых мечей, копий и круглых щитов.
В изображении наземной битвы мы видим воинов "народов моря" в "перьевых шлемах" на боевых колесницах с колесами о шести спицах. В каждой колеснице, запряженной парой коней, едут трое воинов, двое из которых держат копья или дротики. Пешие воины, вооруженные дротиками, длинными мечами и круглыми щитами, изображены группами по четыре. Семьи воинов (женщины и дети) вместе с поклажей едут в тяжелых повозках, с цельными деревянными колесами, запряженных быками. Таким образом, на фиванских рельефах "народы моря" предстают мигрантами, а не просто войском захватчиков. Несмотря на то, что большинство воинов "народов моря" представлено на рельефах гладко выбритыми, среди пленников можно видеть несколько бородатых филистимлян и тьекел. Эти бородатые мужчины напоминают два современных изображения из Энкоми, важнейшего города того времени на Кипре. На одном из этих изображений, на крышке шкатулки из слоновой кости, представлен местный правитель в колеснице, а рядом с ним - бородатый воин в "перьевом шлеме", держащий боевой топор и другое оружие. Еще одно изображение бородатого воина с круглым щитом есть на одной из печатей. Обе эти находки обладают чрезвычайной ценностью, поскольку позволяют связать "народы моря" с Кипром.
Исход битв египтян с "народами моря" описан в Папирусе Харриса I, где говорится, что египтяне отбросили врага. Однако многие из иноземцев остались в Египте в качестве наемников:
"Я поразил деньен на их островах, а тьекел и филистимляне повергнуты во прах. Шердэна и уэшэш, пришедшие с моря, не существуют более, пленены они все и приведены в Египет, все множество их, как песчинки на берегу моря. Я поселил их в крепостях, связал их именем своим. Воинство их исчислялось сотнями тысяч. Я назначил им содержание: и еду, и одежду [повелел выдавать] из хранилищ и амбаров каждый год".
Несмотря на хвастовство Рамсеса, скорее всего вторжение "народов моря" и их расселение в египетском царстве было одним из факторов, которые вели Египет к упадку и приближали конец египетского владычества в Ханаане. Два египетских источника того времени связаны со статусом "народов моря". В Ономастиконе Аменопе, энциклопедическом перечне, составленном в конце 12 века до н.э., упоминаются шердэна, тьекел и филистимляне. Здесь же перечислены три главнейших филистимских города: Ашкелон, Ашдод и Газа. Выходит, что перечисленные в Ономастиконе народы уже жили тогда в Ханаане. Вторым источником является сказание Ун-Амона, литературное произведение о злоключениях египетского чиновника, который около 1100 года до н.э. побывал в Ханаане, направляясь для покупки кедрового леса в Библ (ивр. Гвал). Ун-Амон останавливался на некоторое время в Доре среди тьекел. Похоже, они были основной группой "народов моря", расселившейся к северу от филистимлян в Саронской долине, тогда как шердэна, вероятно, населяли северные равнины и долины Палестины.
Из сказания Ун-Амона мы узнаем, что осевшие в восточном Средиземноморье "народы моря" занимались мореходством: Ун-Амон сообщает об одиннадцати кораблях тьекел, которые преследовали его до Библа. Он описал также правителей побережья, которые, видимо, возглавляли филистимские города-государства. Их имена отличаются от исконно ханаанских имен. Таким образом, казывается, что филистимляне и тьекел контролировали прибрежную торговлю и судоходство
вдоль восточного берега Средиземного моря, поддерживая контакты с растущими финикийскими : городами-государствами: Библом, Тиром и Сидоном на ливанском побережье.
В нашем распоряжении имеется единственный письменный источник, свидетельствующий о дальнешей истории филистимлян, это, конечно, Библия. Филистимское пятиградье включало в себя: Газу, Ашкелон, Ашдод, Гат (очевидно, Тель Сафит [Тель эс-Сафи]) и Экрон (Тель Микне); похоже, что они составляли коалицию городов, напоминавшую существовавшую в бронзовом веке в Греции. Во главе каждого города стоял серен; термин этот, возможно, связан с греческим словом тюранос ("тиран"). Сложные и напряженные отношения между филистимлянами и израильтянами в то время известны нам по книгам Судей и пророка Самуила. В центре конфликтов обычно стояла проблема контроля над районом Шфелы. Кроме того, филистимляне пытались проникнуть в нагорную страну и остановить укрепление израильского царства, создававшегося Саулом (Шаулом).
Учеными было выдвинуто множество предположений касательно происхождения филистимлян и родственных им "народов моря". В Библии родиной филистимлян назван Кафтор, что, возможно, соответствует Криту (Ам. 9:7; Иер. 47:4. Ср. Также Цфан. 2:5 Иех. 25:16. Выражение "крети и плети" (в русской традиции - "хелефеи и фелефеи") из II Сам. 15:18 относится, по всей видимости, к критянам и филистимлянам).
Большинство свидетельств указывает на Анатолийское побережье (Иония) и/или на эгейский мир как на родину различных "народов моря". Некоторые филистимские личные имена и термины, зафиксированные в Библии, выглядят родственными лувийскому языку, распространенному на западном побережье Анатолии, но никак нельзя полагаться на точность таких фактов. Первостепенной важностью обладают археологические данные, которые рассмотрены в следующих разделах книги. Эти данные указывают на микенское происхождение если не всех "народов моря" то, по крайней мере, филистимлян. В качестве восточных пределов их странствий постоянно фигурирует Кипр, но, вероятно, он не был их родиной.
Итак.
ПОСЕЛЕНИЯ ФИЛИСТИМЛЯН И ДРУГИХ "НАРОДОВ МОРЯ" В ЖЕЛЕЗНОМ ВЕКЕ I
Прибытие в Левант и расселение на его территории тех этнических групп, которые собирательно называются в науке "народами моря", является одним из самых интересных эпизодов в истории железного века I. Это событие явилось производным от глубокого культурного кризиса, постигшего регион Эгейского моря и Анатолии в конце 13 века до н.э. Из этих народов более других известны филистимляне, но следует помнить, что они были лишь одной из групп мигрантов в Восточном Средиземноморье. Поскольку сохранившиеся исторические источники чрезвычайно скудны, свидетельства археологов приобретают первостепенное значение. Историческое и археологическое изучение филистимлян и прочих "народов моря" началось уже на рубеже нашего столетия, но достигло особого размаха в последние десятилетия, благодаря раскопкам в главных филистимских центрах, а также обобщающим трудам ученых, в первую очередь благодаря работам Т.Дотан .
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
Начиная с 14 века до н.э., египтяне уже встречались с представителями "народов моря" - либо в качестве наемников в египетских войсках, либо в качестве противников в войсках вражеских. В документах из Амарны встречается слово "шердэна" для обозначения наемников на службе в египетской армии, а народ "лукка" именуется пиратским. Во время правления Рамсеса II шердэна служили в египетской армии; известно об их участии в битве при Кадеше против хеттов. При фараоне Мернептахе существовал союз пяти народов, воевавших на стороне ливийцев против Египта; в их число входили шердэна, шекелеш. лукка, турша и ашваша, все они обозначены как "иноземцы из-за моря". Наиболее значительным источником, сообщающем о прибытии этих народов, является монументальный рельеф и надписи на стенах в гробнице Рамсеса III в Фивах (Мединет-Абу), где повествуется о битвах против этих народов на восьмом году правления фараона Рамсеса III.
Главная надпись в Фивах описывает в поэтической форме ужасающее нашествие этих племен
Главная надпись в Фивах описывает в поэтической форме ужасающее нашествие этих племен из земель хеттов, из Киликии (Коде), из западной Анатолии (Арзавы) и с Кипра (Алашии). Земля Амуру (в Ливане) упоминается в качестве главной базы. Описывается, как Рамсес готовился к отпору этим иноземцам, и как он разгромил их в двух битвах: на суше и в устье реки (возможно, имеется в виду Нильская дельта), где ожидалось нападение со стороны моря. В конце надписи прославляется великая победа египтян над вторгшимся врагом.
В надписях Мединет-Абу упоминается семь разных народов. В главном тексте сообщается пять имен: плст (филистимляне), хорошо известные по Библии; шекелеш и уэшэш. Тьекел (или шкл) упоминаются как морские пираты в письме из Угарита, а в сказании египетского жреца Ун-Амона начала 11 века до н.э. говорится о жителях Дора (из названия этого народа выводится слово "Сицилия"). Наконец, упоминается здесь народ "дин" (деньен), известный также как "днним", который обитал в Киликии (на юге современной Турции). Как явствует из найденной в Кара-Тепе надписи Азитивады (8 до н.э.), этот народ был в эллинистические времена известен под именем данайцев. Шердэна и турша (последние, возможно, родственны позднейшим этрускам) также упоминаются в надписях, повествующих об этом нашествии.
И наземная и морская битвы изображены в фиванских рельефах. Нос и корма судов "народов моря" были украшены изображениями птичьих голов. Квадратные паруса этих судов свернуты, так что можно предположить, что во время битвы корабли стояли неподвижно. Головы воинов, находящихсяна трех кораблях, украшены неким убором, часто обозначаемым как "шлем из перьев". По нижней части этого "шлема" шла горизонтальная полоса с разнообразным геометрическим орнаментом, а поверх этой полосы вертикальными линиями, возможно, изображались полоски кожи. В другой сцене пленники в таких головных уборах изображают филистимлян, дануна и тьекел. На двух других судах видны воины в рогатых шлемах, которые, как известно из более ранних рельефов, носили шердэна. Оружие "народов моря" состояло из длинных прямых мечей, копий и круглых щитов.
В изображении наземной битвы мы видим воинов "народов моря" в "перьевых шлемах" на боевых колесницах с колесами о шести спицах. В каждой колеснице, запряженной парой коней, едут трое воинов, двое из которых держат копья или дротики. Пешие воины, вооруженные дротиками, длинными мечами и круглыми щитами, изображены группами по четыре. Семьи воинов (женщины и дети) вместе с поклажей едут в тяжелых повозках, с цельными деревянными колесами, запряженных быками. Таким образом, на фиванских рельефах "народы моря" предстают мигрантами, а не просто войском захватчиков. Несмотря на то, что большинство воинов "народов моря" представлено на рельефах гладко выбритыми, среди пленников можно видеть несколько бородатых филистимлян и тьекел. Эти бородатые мужчины напоминают два современных изображения из Энкоми, важнейшего города того времени на Кипре. На одном из этих изображений, на крышке шкатулки из слоновой кости, представлен местный правитель в колеснице, а рядом с ним - бородатый воин в "перьевом шлеме", держащий боевой топор и другое оружие. Еще одно изображение бородатого воина с круглым щитом есть на одной из печатей. Обе эти находки обладают чрезвычайной ценностью, поскольку позволяют связать "народы моря" с Кипром.
Исход битв египтян с "народами моря" описан в Папирусе Харриса I, где говорится, что египтяне отбросили врага. Однако многие из иноземцев остались в Египте в качестве наемников:
"Я поразил деньен на их островах, а тьекел и филистимляне повергнуты во прах. Шердэна и уэшэш, пришедшие с моря, не существуют более, пленены они все и приведены в Египет, все множество их, как песчинки на берегу моря. Я поселил их в крепостях, связал их именем своим. Воинство их исчислялось сотнями тысяч. Я назначил им содержание: и еду, и одежду [повелел выдавать] из хранилищ и амбаров каждый год".
Несмотря на хвастовство Рамсеса, скорее всего вторжение "народов моря" и их расселение в египетском царстве было одним из факторов, которые вели Египет к упадку и приближали конец египетского владычества в Ханаане. Два египетских источника того времени связаны со статусом "народов моря". В Ономастиконе Аменопе, энциклопедическом перечне, составленном в конце 12 века до н.э., упоминаются шердэна, тьекел и филистимляне. Здесь же перечислены три главнейших филистимских города: Ашкелон, Ашдод и Газа. Выходит, что перечисленные в Ономастиконе народы уже жили тогда в Ханаане. Вторым источником является сказание Ун-Амона, литературное произведение о злоключениях египетского чиновника, который около 1100 года до н.э. побывал в Ханаане, направляясь для покупки кедрового леса в Библ (ивр. Гвал). Ун-Амон останавливался на некоторое время в Доре среди тьекел. Похоже, они были основной группой "народов моря", расселившейся к северу от филистимлян в Саронской долине, тогда как шердэна, вероятно, населяли северные равнины и долины Палестины.
Из сказания Ун-Амона мы узнаем, что осевшие в восточном Средиземноморье "народы моря" занимались мореходством: Ун-Амон сообщает об одиннадцати кораблях тьекел, которые преследовали его до Библа. Он описал также правителей побережья, которые, видимо, возглавляли филистимские города-государства. Их имена отличаются от исконно ханаанских имен. Таким образом, казывается, что филистимляне и тьекел контролировали прибрежную торговлю и судоходство
вдоль восточного берега Средиземного моря, поддерживая контакты с растущими финикийскими : городами-государствами: Библом, Тиром и Сидоном на ливанском побережье.
В нашем распоряжении имеется единственный письменный источник, свидетельствующий о дальнешей истории филистимлян, это, конечно, Библия. Филистимское пятиградье включало в себя: Газу, Ашкелон, Ашдод, Гат (очевидно, Тель Сафит [Тель эс-Сафи]) и Экрон (Тель Микне); похоже, что они составляли коалицию городов, напоминавшую существовавшую в бронзовом веке в Греции. Во главе каждого города стоял серен; термин этот, возможно, связан с греческим словом тюранос ("тиран"). Сложные и напряженные отношения между филистимлянами и израильтянами в то время известны нам по книгам Судей и пророка Самуила. В центре конфликтов обычно стояла проблема контроля над районом Шфелы. Кроме того, филистимляне пытались проникнуть в нагорную страну и остановить укрепление израильского царства, создававшегося Саулом (Шаулом).
Учеными было выдвинуто множество предположений касательно происхождения филистимлян и родственных им "народов моря". В Библии родиной филистимлян назван Кафтор, что, возможно, соответствует Криту (Ам. 9:7; Иер. 47:4. Ср. Также Цфан. 2:5 Иех. 25:16. Выражение "крети и плети" (в русской традиции - "хелефеи и фелефеи") из II Сам. 15:18 относится, по всей видимости, к критянам и филистимлянам).
Большинство свидетельств указывает на Анатолийское побережье (Иония) и/или на эгейский мир как на родину различных "народов моря". Некоторые филистимские личные имена и термины, зафиксированные в Библии, выглядят родственными лувийскому языку, распространенному на западном побережье Анатолии, но никак нельзя полагаться на точность таких фактов. Первостепенной важностью обладают археологические данные, которые рассмотрены в следующих разделах книги. Эти данные указывают на микенское происхождение если не всех "народов моря" то, по крайней мере, филистимлян. В качестве восточных пределов их странствий постоянно фигурирует Кипр, но, вероятно, он не был их родиной.
Digger
Цензор
ПЕРВОНАЧАЛЬНОЕ РАССЕЛЕНИЕ "НАРОДОВ МОРЯ"
После волны разрушений, которая прокатилась по Греции в конце 13 века до н.э., там возникли новые формы микенской керамики. В основном эти новые формы базировались на старых традициях, но появились стилистические нововведения и местные особенности, характерные для разных центров. Эта новая фаза обозначена как "Микены III С", она имеет еще более подробную рубрикацию в соответствии с хронологическими и региональными отличительными чертами. Одна такая подгруппа, обозначенная как "Микены IIIС1В", была особенно распространена на Кипре. Ученые связывают это обстоятельство с тем, что на острове поселились беженцы из разрушенных городов Греции. Сосуды этой подгруппы имеют типично микенскую форму. На светлом, иногда зеленоватом фоне одной лишь коричнево-черной краской изображались характерные микенские мотивы: спирали, геометрические узоры, птицы, рыбы. Посуда, идентичная найденной на Кипре, была обнаружена и при раскопках фили-стимских городов Ашдод и Экрон, в слоях, относящихся к самому началу обживания "народами моря" этих мест (Ашдод, слой XIII, и Экрон, слой VII) . В обоих городах эти слои непосредственно перекрывают последний горизонт поздней бронзы. Нейтронный анализ показал, что керамика Микены IIIС1В, найденная в Ашдоде и Экроне, была изготовлена на месте . Подобная микенская керамика из группы Микены IIIС была обнаружена в Акко и Бет-Шеане, хотя и в меньших количествах, а также вдоль побережья Сирии и Ливана.
Явное сходство керамики Микены IIIС1В из Филистеи с кипрской керамикой, а также большое количество керамических изделий в обоих этих районах наталкивают на мысль, что здесь существовали поселения мигрантов общего происхождения. Те группы "народов моря", которые поселились на Кипре, ученые называют "ахейцами", соотнося их с беженцами из Микен; в Филистее производителей керамики Микены ШС следует считать филистимлянами . Отсюда можно сделать вывод, что филистимляне были группой микенских греков, которые мигрировали на восток, столкнулись с египтянами в восьмой год правления Рамсеса III, а впоследствии заселили Филистею. На первоначальном этапе их жизни в Ханаане они продолжали изготовлять на новом месте привычную им монохромную керамику. Через несколько десятилетий, в результате знакомства с местными ханаанскими и египетскими художественными традициями, пришельцы перешли к иному стилю, двуцветному, известному также как "филистимский", поскольку он зародился в Филистее. Таким образом, первоначальная фаза фили-стимского расселения должна быть датирована временем между восьмым годом правления Рамсеса III и концом египетского владычества в Ханаане (около 1150 года до н.э.). В течение этого периода - железный век IА - филистимляне сохраняли верность микенским традициям, основывая те самые городские центры Филистеи, которые упоминаются в Библии, - пять городов, где правили сераны.
После волны разрушений, которая прокатилась по Греции в конце 13 века до н.э., там возникли новые формы микенской керамики. В основном эти новые формы базировались на старых традициях, но появились стилистические нововведения и местные особенности, характерные для разных центров. Эта новая фаза обозначена как "Микены III С", она имеет еще более подробную рубрикацию в соответствии с хронологическими и региональными отличительными чертами. Одна такая подгруппа, обозначенная как "Микены IIIС1В", была особенно распространена на Кипре. Ученые связывают это обстоятельство с тем, что на острове поселились беженцы из разрушенных городов Греции. Сосуды этой подгруппы имеют типично микенскую форму. На светлом, иногда зеленоватом фоне одной лишь коричнево-черной краской изображались характерные микенские мотивы: спирали, геометрические узоры, птицы, рыбы. Посуда, идентичная найденной на Кипре, была обнаружена и при раскопках фили-стимских городов Ашдод и Экрон, в слоях, относящихся к самому началу обживания "народами моря" этих мест (Ашдод, слой XIII, и Экрон, слой VII) . В обоих городах эти слои непосредственно перекрывают последний горизонт поздней бронзы. Нейтронный анализ показал, что керамика Микены IIIС1В, найденная в Ашдоде и Экроне, была изготовлена на месте . Подобная микенская керамика из группы Микены IIIС была обнаружена в Акко и Бет-Шеане, хотя и в меньших количествах, а также вдоль побережья Сирии и Ливана.
Явное сходство керамики Микены IIIС1В из Филистеи с кипрской керамикой, а также большое количество керамических изделий в обоих этих районах наталкивают на мысль, что здесь существовали поселения мигрантов общего происхождения. Те группы "народов моря", которые поселились на Кипре, ученые называют "ахейцами", соотнося их с беженцами из Микен; в Филистее производителей керамики Микены ШС следует считать филистимлянами . Отсюда можно сделать вывод, что филистимляне были группой микенских греков, которые мигрировали на восток, столкнулись с египтянами в восьмой год правления Рамсеса III, а впоследствии заселили Филистею. На первоначальном этапе их жизни в Ханаане они продолжали изготовлять на новом месте привычную им монохромную керамику. Через несколько десятилетий, в результате знакомства с местными ханаанскими и египетскими художественными традициями, пришельцы перешли к иному стилю, двуцветному, известному также как "филистимский", поскольку он зародился в Филистее. Таким образом, первоначальная фаза фили-стимского расселения должна быть датирована временем между восьмым годом правления Рамсеса III и концом египетского владычества в Ханаане (около 1150 года до н.э.). В течение этого периода - железный век IА - филистимляне сохраняли верность микенским традициям, основывая те самые городские центры Филистеи, которые упоминаются в Библии, - пять городов, где правили сераны.
Digger
Цензор
ПЛАНЫ И СТРАТИГРАФИЯ ГОРОДОВ
Из пяти главнейших филистимских городов три: Газа, Ашкелон и Ашдод, - расположены на Прибрежной равнине, первые два непосредственно на побережье, а третий в трех километрах от моря, за полосой дюн. Гат и Экрон располагались в нижней Шфеле. Из этих пяти городов лишь в Ашдоде и Экроне (Тель Микне), а также отчасти в Ашкелоне археологические раскопки были доведены до филистимских слоев.
В Ашдоде первое филистимское поселение (слой XIII), хотя и не имело крепостных стен, было хорошо спланировано и представляло собой густонаселенный город, занимавший площадь примерно в двадцать акров. Наряду с местной керамикой в ханаанских традициях здесь производились и сосуды в стиле Микены IIIС1В. Следующие слои (ХII-ХI) показывают последовательную перестройку филистимского города в 12 и 11 столетиях до н.э. В слое XII развалины укреплений последнего города бронзового века II (слой XIV) послужили основой для мощной городской стены. К концу 11 века до н.э. (слой X) Ашдод вырос до площади в сто акров и стал, таким образом, одним из крупнейших городов в стране. В это время он был окружен прочной крепостной стеной с мощными воротами. В таком виде город существовал долго еще в железном веке II .
Идентификация Экрона с Тель Микне основана на библейском описании северной границы колена Иехуды (ИбН. 15:10-11). В соответствии с этим описанием, Экрон был расположен к западу от Бет-Шеана и Тимны, на юг от ручья Сорек. Тель Микне, занимающий площадь около 50 акров, является одним из крупнейших городищ железного века в Палестине. Широко представленная в Тель Микне керамика Микены IIIС1В показывает, что уже в первоначальный период своего проживания в этой местности филистимляне заселили всю площадь городища (слой VII). Уже в это время (первая половина 12 века до н.э.) Экрон стал важным городским центром и продолжал процветать до начала 10 века, что видно по находкам в следующих трех слоях (VI-VI). В это время город был укреплен, в нем были построены большие общественные здания и ремесленные кварталы. Искусные изделия, относящиеся к этому периоду, указывают на постоянные связи Экрона с Кипром и Эгейским миром. В слоях VI-V широко представлена типичная филистимская двуцветная керамика, а в слое IV она уступает место новому стилю, отличительной чертой которого является коричневато-красный ангоб . В Ашкелоне, третьем филистимском городе, где производились раскопки, до сих пор были обнаружены лишь незначительные остатки филистимских слоев.
О существовании филистимских поселений в центральной части Филистеи у нас по-прежнему очень мало сведений. За исключением только что перечисленных городов, где производились раскопки, ученые обследовали весьма немногочисленные поселения, а результаты полевых исследований еще не были тщательно проанализированы. В Тель Море на месте разрушенной египетской крепости возникла неукрепленная деревня (слои IV-III), которая, возможно, служила портом Ашдода. Тель Циппор на юге Прибрежной равнины, к востоку от Ашкелона, является единственным примером маленького сельского поселения, где жизнь продолжалась еще со времен поздней бронзы.
Филистимляне заселили также ряд мест вдоль реки Яркон. Среди них наиболее значительным был Тель Касиле, который представлял собой уникальный пример городского поселения, основанного филистимлянами на необжитом месте . Город располагался на северном берегу Яркона, на куркаре примерно в двух километрах от моря. Выбор места, по-видимому, был связан с тем, что филистимляне занимались мореходством: в устье реки Яркой была удобная гавань. Три археологических уровня (слои ХII-Х) соответствуют нескольким этапам строительства, ранний из которых начался во второй половине 12 века до н.э. Город был разрушен страшным пожаром, возможно, в 10 столетии до н.э., т.е. во время завоевания этой области израильтянами при царе Давиде (?). Другие поселения филистимлян на Ярконе, Афек и Тель Гериза, были, скорее всего, малолюдны и не имели особого значения. Удивительно, но и Яффа, естественный порт к югу от Яркона, также в ту эпоху практически не использовалась, зато в близлежащем Азоре обнаружено кладбище, свидетельствующее о существовании здесь значительного филистимского поселения.
Три городища на севере Шфелы: Гезер, Тель Баташ и Бет-Шемеш - подтверждают, что филистимляне проникли и в этот регион. В Гезере железному веку I соответствуют четыре слоя, один из которых довольно беден и датируется желез-ным веком IА, т.е. до появления двуцветной филистимской керамики. Три другие (слои ХIII-ХI) свидетельствуют о развитии города в 12-11 веках до н.э., хотя никаких укреплений этого периода не обнаружено. Филистимская керамика фигурирует лишь в весьма незначительных количествах,
что позволяет предположить, что Гезер оставался в основном ханаанским городом, отчасти населенным филистимлянами или теми, кто находился под их управлением.
Тель Баташ, располагавшийся на берегу ручья Сорек, в девяти километрах к югу от Гезера и в семи километрах к востоку от Экрона, идентифицируется с Тимной - филистимским городом, который упомянут в Книге Судей в связи с Самсоном (Суд. 14-15). Эта идентификация основана на описании северных границ земель колена Иехуды в Книге Иехошуа бин-Нуна (ИбН. 15:10); согласно этому описанию, Тимна располагалась между Бет-Шемешем и Экроном. Был выявлен лишь один жилой слой, относящийся к филистимлянам (слой V). В то время это был густонаселенный, издавна процветавший город. Сохранились остатки его фортификационной системы; в изобилии встречается филистимская расписная керамика .
В Бет-Шемеше, в семи километрах к востоку, единственный слой железного века I (слой III) содержит множество филистимской керамики. Бет-Шемеш упоминается в Библии как израильский город эпохи Судей (I Сам. 6:9-15 и др.); по своей материальной культуре это поселение не отличается от соседнего филистимского города Тимны. Этот феномен показывает, что определить этническую принадлежность на основе памятников материальной культуры бывает совсем не просто.
Свидетельства о филистимских поселениях в южной Шфеле довольно противоречивы. Лахиш, главный ханаанский город этого региона, не был всегда населен: после разрушения города в середине 12 века до н.э. (слой VI) он пустовал вплоть до эпохи Объединенного царства. Однако в городищах Шфелы встречаются филистимские находки. В Тель Эйтуне, к юго-востоку от Лахиша, в богатых пещерных гробницах были найдены великолепные образцы филистимской керамики. Хотя петрографический анализ этой керамики позволил установить, что она из района Прибрежной равнины, находки в этих богатых захоронениях подтверждают присутствие филистимлян в Тель Эйтуне. Сходная керамика была обнаружена в Тель Бет-Мирсиме (слой ВII) и в Тель Халифе (слой VII), где в железном веке существовали неукрепленные и лишь частично заселенные поселения . В целом определить степень заселения филистимлянами этого региона довольно сложно.
В северо-западном Негеве и на юге Прибрежной равнины филистимляне, скорее всего, преобладали среди прочих групп населения. В Тель Сере в слое VII был раскопан филистимский неукрепленный город, относящийся к 11 веку до н.э. В Тель эль-Джемехе было раскрыто несколько жилых слоев; среди них археологи обнаружили керамическую мастерскую с печью, которая может считаться единственной бесспорно филистимской из всех известных на сегодняшний день. В Тель ал-Фаре (южн.) филистимляне, по-видимому, с конца позднего бронзового века использовали египетскую крепость, поэтому могильник, прилегающий к холму, представляет значительный интерес. Также и в Дейр эль-Балахе поверх развалин египетской крепости времен позднего бронзового века были обнаружены остатки бедного филистимского поселения.
Таким образом, филистимляне составляли основу динамического и живого поселенческого процесса в Филистее, в ходе которого возникали большие, покину построенные города и маленькие деревни. И напротив, основные ханаанские города, такие, как Хацор и Лахиш, в это же самое время были оставлены жителями. Следовательно, филистимляне, а возможно и другие "народы моря", были основными городскими жителями в Палестине в 12-11 веках до н.э. Этот аспект культуры "народов моря" важен для определения их происхождения, ибо городской образ жизни должен быть частью их культурного наследия.
Керамика Микены IIIС1В, обозначающая начальную стадию филистимского заселения страны, найдена лишь в Ашдоде и Экроне, принадлежавших к филистимскому пятиградью. Во всех прочих поселениях присутствие филистимлян началось лишь на этапе филистимской двуцветной керамики, которая появилась лишь после окончания египетскогo владычества в середине 12 века до н.э. Итак, мы наблюдаем процесс проникновения филистимлян из их главных городов в окраинные области Филистеи. Процесс этот, вероятно, не означал уничтожения местного ханаанского населения, но скорее, замену египетской власти филистимской.
Из пяти главнейших филистимских городов три: Газа, Ашкелон и Ашдод, - расположены на Прибрежной равнине, первые два непосредственно на побережье, а третий в трех километрах от моря, за полосой дюн. Гат и Экрон располагались в нижней Шфеле. Из этих пяти городов лишь в Ашдоде и Экроне (Тель Микне), а также отчасти в Ашкелоне археологические раскопки были доведены до филистимских слоев.
В Ашдоде первое филистимское поселение (слой XIII), хотя и не имело крепостных стен, было хорошо спланировано и представляло собой густонаселенный город, занимавший площадь примерно в двадцать акров. Наряду с местной керамикой в ханаанских традициях здесь производились и сосуды в стиле Микены IIIС1В. Следующие слои (ХII-ХI) показывают последовательную перестройку филистимского города в 12 и 11 столетиях до н.э. В слое XII развалины укреплений последнего города бронзового века II (слой XIV) послужили основой для мощной городской стены. К концу 11 века до н.э. (слой X) Ашдод вырос до площади в сто акров и стал, таким образом, одним из крупнейших городов в стране. В это время он был окружен прочной крепостной стеной с мощными воротами. В таком виде город существовал долго еще в железном веке II .
Идентификация Экрона с Тель Микне основана на библейском описании северной границы колена Иехуды (ИбН. 15:10-11). В соответствии с этим описанием, Экрон был расположен к западу от Бет-Шеана и Тимны, на юг от ручья Сорек. Тель Микне, занимающий площадь около 50 акров, является одним из крупнейших городищ железного века в Палестине. Широко представленная в Тель Микне керамика Микены IIIС1В показывает, что уже в первоначальный период своего проживания в этой местности филистимляне заселили всю площадь городища (слой VII). Уже в это время (первая половина 12 века до н.э.) Экрон стал важным городским центром и продолжал процветать до начала 10 века, что видно по находкам в следующих трех слоях (VI-VI). В это время город был укреплен, в нем были построены большие общественные здания и ремесленные кварталы. Искусные изделия, относящиеся к этому периоду, указывают на постоянные связи Экрона с Кипром и Эгейским миром. В слоях VI-V широко представлена типичная филистимская двуцветная керамика, а в слое IV она уступает место новому стилю, отличительной чертой которого является коричневато-красный ангоб . В Ашкелоне, третьем филистимском городе, где производились раскопки, до сих пор были обнаружены лишь незначительные остатки филистимских слоев.
О существовании филистимских поселений в центральной части Филистеи у нас по-прежнему очень мало сведений. За исключением только что перечисленных городов, где производились раскопки, ученые обследовали весьма немногочисленные поселения, а результаты полевых исследований еще не были тщательно проанализированы. В Тель Море на месте разрушенной египетской крепости возникла неукрепленная деревня (слои IV-III), которая, возможно, служила портом Ашдода. Тель Циппор на юге Прибрежной равнины, к востоку от Ашкелона, является единственным примером маленького сельского поселения, где жизнь продолжалась еще со времен поздней бронзы.
Филистимляне заселили также ряд мест вдоль реки Яркон. Среди них наиболее значительным был Тель Касиле, который представлял собой уникальный пример городского поселения, основанного филистимлянами на необжитом месте . Город располагался на северном берегу Яркона, на куркаре примерно в двух километрах от моря. Выбор места, по-видимому, был связан с тем, что филистимляне занимались мореходством: в устье реки Яркой была удобная гавань. Три археологических уровня (слои ХII-Х) соответствуют нескольким этапам строительства, ранний из которых начался во второй половине 12 века до н.э. Город был разрушен страшным пожаром, возможно, в 10 столетии до н.э., т.е. во время завоевания этой области израильтянами при царе Давиде (?). Другие поселения филистимлян на Ярконе, Афек и Тель Гериза, были, скорее всего, малолюдны и не имели особого значения. Удивительно, но и Яффа, естественный порт к югу от Яркона, также в ту эпоху практически не использовалась, зато в близлежащем Азоре обнаружено кладбище, свидетельствующее о существовании здесь значительного филистимского поселения.
Три городища на севере Шфелы: Гезер, Тель Баташ и Бет-Шемеш - подтверждают, что филистимляне проникли и в этот регион. В Гезере железному веку I соответствуют четыре слоя, один из которых довольно беден и датируется желез-ным веком IА, т.е. до появления двуцветной филистимской керамики. Три другие (слои ХIII-ХI) свидетельствуют о развитии города в 12-11 веках до н.э., хотя никаких укреплений этого периода не обнаружено. Филистимская керамика фигурирует лишь в весьма незначительных количествах,
что позволяет предположить, что Гезер оставался в основном ханаанским городом, отчасти населенным филистимлянами или теми, кто находился под их управлением.
Тель Баташ, располагавшийся на берегу ручья Сорек, в девяти километрах к югу от Гезера и в семи километрах к востоку от Экрона, идентифицируется с Тимной - филистимским городом, который упомянут в Книге Судей в связи с Самсоном (Суд. 14-15). Эта идентификация основана на описании северных границ земель колена Иехуды в Книге Иехошуа бин-Нуна (ИбН. 15:10); согласно этому описанию, Тимна располагалась между Бет-Шемешем и Экроном. Был выявлен лишь один жилой слой, относящийся к филистимлянам (слой V). В то время это был густонаселенный, издавна процветавший город. Сохранились остатки его фортификационной системы; в изобилии встречается филистимская расписная керамика .
В Бет-Шемеше, в семи километрах к востоку, единственный слой железного века I (слой III) содержит множество филистимской керамики. Бет-Шемеш упоминается в Библии как израильский город эпохи Судей (I Сам. 6:9-15 и др.); по своей материальной культуре это поселение не отличается от соседнего филистимского города Тимны. Этот феномен показывает, что определить этническую принадлежность на основе памятников материальной культуры бывает совсем не просто.
Свидетельства о филистимских поселениях в южной Шфеле довольно противоречивы. Лахиш, главный ханаанский город этого региона, не был всегда населен: после разрушения города в середине 12 века до н.э. (слой VI) он пустовал вплоть до эпохи Объединенного царства. Однако в городищах Шфелы встречаются филистимские находки. В Тель Эйтуне, к юго-востоку от Лахиша, в богатых пещерных гробницах были найдены великолепные образцы филистимской керамики. Хотя петрографический анализ этой керамики позволил установить, что она из района Прибрежной равнины, находки в этих богатых захоронениях подтверждают присутствие филистимлян в Тель Эйтуне. Сходная керамика была обнаружена в Тель Бет-Мирсиме (слой ВII) и в Тель Халифе (слой VII), где в железном веке существовали неукрепленные и лишь частично заселенные поселения . В целом определить степень заселения филистимлянами этого региона довольно сложно.
В северо-западном Негеве и на юге Прибрежной равнины филистимляне, скорее всего, преобладали среди прочих групп населения. В Тель Сере в слое VII был раскопан филистимский неукрепленный город, относящийся к 11 веку до н.э. В Тель эль-Джемехе было раскрыто несколько жилых слоев; среди них археологи обнаружили керамическую мастерскую с печью, которая может считаться единственной бесспорно филистимской из всех известных на сегодняшний день. В Тель ал-Фаре (южн.) филистимляне, по-видимому, с конца позднего бронзового века использовали египетскую крепость, поэтому могильник, прилегающий к холму, представляет значительный интерес. Также и в Дейр эль-Балахе поверх развалин египетской крепости времен позднего бронзового века были обнаружены остатки бедного филистимского поселения.
Таким образом, филистимляне составляли основу динамического и живого поселенческого процесса в Филистее, в ходе которого возникали большие, покину построенные города и маленькие деревни. И напротив, основные ханаанские города, такие, как Хацор и Лахиш, в это же самое время были оставлены жителями. Следовательно, филистимляне, а возможно и другие "народы моря", были основными городскими жителями в Палестине в 12-11 веках до н.э. Этот аспект культуры "народов моря" важен для определения их происхождения, ибо городской образ жизни должен быть частью их культурного наследия.
Керамика Микены IIIС1В, обозначающая начальную стадию филистимского заселения страны, найдена лишь в Ашдоде и Экроне, принадлежавших к филистимскому пятиградью. Во всех прочих поселениях присутствие филистимлян началось лишь на этапе филистимской двуцветной керамики, которая появилась лишь после окончания египетскогo владычества в середине 12 века до н.э. Итак, мы наблюдаем процесс проникновения филистимлян из их главных городов в окраинные области Филистеи. Процесс этот, вероятно, не означал уничтожения местного ханаанского населения, но скорее, замену египетской власти филистимской.
Digger
Цензор
ФИЛИСТИМСКАЯ
ДВУЦВЕТНАЯ КЕРАМИКА
Типичная филистимская двуцветная керамика развилась из местной разновидности сосудов типа Микены IIIC1В, которые характерны для первой фазы филистимского заселения. Новый стиль появился около середины 12 века до н.э. и сохранился с некоторыми незначительными изменениями до конца 11 века. Хотя основное влияние было микенским, ханаанские традиции также прослеживаются в этой керамике, особенно в использовании двух цветов: красного и черного, что было неизвестно микенским мастерам; кроме того, в некоторых особенностях формы и декора можно усмотреть и египетское влияние. Словом, этот стиль был весьма эклектичен.
Большинство сосудов сохраняло традиционно микенскую форму. Чаще других встречаются ко-локоловидные чаши с двумя горизонтально расположенными ручками; кратеры, напоминающие по форме чаши, но более крупные и с выделенными венчиками; "стремневидные" сосуды, кувшины с цедилками и цилиндрические пиксиды . Два вида "бутылей" напоминают современные им кипрские сосуды: узкие, высокие емкости и "бутыли" в форме рога. Лишь несколько из найденных сосудов, чьи формы были позаимствованы из местного ханаанского ассортимента (кувшины определенной формы и фляги), были расписаны по канонам филистимского декора.
Переход от монохромных изделий в стиле Микены IIIС местного изготовления к новому стилю, отличительной чертой которого был черно-красный узор по белесому светлому ангобу, был стратиграфически и стилистически выделен в Тель Микне (слой VI), где самая ранняя двуцветная филистимская керамика фигурировала наряду с местной монохромной посудой (Микены IIIС). Несколько сосудов (особенно кувшин из Тель Эйтуна и колоколовидная чаша из Ашкелона) четко показывают этот переход, поскольку их двуцветный декор весьма сходен с монохромной росписью типа Микены IIIС.
Филистимская керамика обычно расписывалась фризами, каждый пояс изображений был ограничен несколькими горизонтальными линиями. Часто также вертикальные линии делили фризы на триглифы и метопы. Большей частью, стилизованные мотивы этих росписей восходили к микенским прототипам, особенно это заметно в изображениях птиц. Птицы явно считались священными, поскольку их изображения украшали и корабли филистимлян на рельефах Мединет-Абу, а они известны также по филистимским культовым сосудам. Рыбы, довольно частые в керамике Микены ШС, в мотивах филистимской продукции встречаются редко. Среди геометрических мотивов, заимствованных из Микен, наиболее характерны спирали, как отдельные, так и представленные зеркальными парами. Известны примеры натуралистического изображения египетского лотоса, но, как правило, мотив лотоса передается схематически в виде ряда вытянутых треугольников. Лишь немногие мотивы можно счесть исконно ханаанскими.
Во второй половине 11 века до н.э. имело место незначительное снижение качества филистимской керамики, а некоторые мотивы, например птицы, исчезли. Тем не менее, стиль просущестовал до конца столетия .
Филистимскую керамику всегда находят вместе с комплексом, типичным для железного века I, связанным с традициями ханаанского гончарства.
В Тель Касиле, например, расписная филистимская керамика составляет около 20% от всех находок. Вся филистимская и прочая керамика изготовлялась на месте (возможно, в одних и тех же мастерских), что удалось показать нейтронным анализом. По всей видимости, хотя бы некоторые из мастеров, производивших филистимскую керамику, были местного, ханаанского происхождения; они усвоили эгейские вкусы завоевателей и производили керамику нового филистимского типа так же хорошо, как свою местную.
ДВУЦВЕТНАЯ КЕРАМИКА
Типичная филистимская двуцветная керамика развилась из местной разновидности сосудов типа Микены IIIC1В, которые характерны для первой фазы филистимского заселения. Новый стиль появился около середины 12 века до н.э. и сохранился с некоторыми незначительными изменениями до конца 11 века. Хотя основное влияние было микенским, ханаанские традиции также прослеживаются в этой керамике, особенно в использовании двух цветов: красного и черного, что было неизвестно микенским мастерам; кроме того, в некоторых особенностях формы и декора можно усмотреть и египетское влияние. Словом, этот стиль был весьма эклектичен.
Большинство сосудов сохраняло традиционно микенскую форму. Чаще других встречаются ко-локоловидные чаши с двумя горизонтально расположенными ручками; кратеры, напоминающие по форме чаши, но более крупные и с выделенными венчиками; "стремневидные" сосуды, кувшины с цедилками и цилиндрические пиксиды . Два вида "бутылей" напоминают современные им кипрские сосуды: узкие, высокие емкости и "бутыли" в форме рога. Лишь несколько из найденных сосудов, чьи формы были позаимствованы из местного ханаанского ассортимента (кувшины определенной формы и фляги), были расписаны по канонам филистимского декора.
Переход от монохромных изделий в стиле Микены IIIС местного изготовления к новому стилю, отличительной чертой которого был черно-красный узор по белесому светлому ангобу, был стратиграфически и стилистически выделен в Тель Микне (слой VI), где самая ранняя двуцветная филистимская керамика фигурировала наряду с местной монохромной посудой (Микены IIIС). Несколько сосудов (особенно кувшин из Тель Эйтуна и колоколовидная чаша из Ашкелона) четко показывают этот переход, поскольку их двуцветный декор весьма сходен с монохромной росписью типа Микены IIIС.
Филистимская керамика обычно расписывалась фризами, каждый пояс изображений был ограничен несколькими горизонтальными линиями. Часто также вертикальные линии делили фризы на триглифы и метопы. Большей частью, стилизованные мотивы этих росписей восходили к микенским прототипам, особенно это заметно в изображениях птиц. Птицы явно считались священными, поскольку их изображения украшали и корабли филистимлян на рельефах Мединет-Абу, а они известны также по филистимским культовым сосудам. Рыбы, довольно частые в керамике Микены ШС, в мотивах филистимской продукции встречаются редко. Среди геометрических мотивов, заимствованных из Микен, наиболее характерны спирали, как отдельные, так и представленные зеркальными парами. Известны примеры натуралистического изображения египетского лотоса, но, как правило, мотив лотоса передается схематически в виде ряда вытянутых треугольников. Лишь немногие мотивы можно счесть исконно ханаанскими.
Во второй половине 11 века до н.э. имело место незначительное снижение качества филистимской керамики, а некоторые мотивы, например птицы, исчезли. Тем не менее, стиль просущестовал до конца столетия .
Филистимскую керамику всегда находят вместе с комплексом, типичным для железного века I, связанным с традициями ханаанского гончарства.
В Тель Касиле, например, расписная филистимская керамика составляет около 20% от всех находок. Вся филистимская и прочая керамика изготовлялась на месте (возможно, в одних и тех же мастерских), что удалось показать нейтронным анализом. По всей видимости, хотя бы некоторые из мастеров, производивших филистимскую керамику, были местного, ханаанского происхождения; они усвоили эгейские вкусы завоевателей и производили керамику нового филистимского типа так же хорошо, как свою местную.
Digger
Цензор
АРХИТЕКТУРА
Укрепление и планировка городов, жилые здания
Главные города филистимлян были хорошо укреплены. В Ашдоде в слое XII зафиксированы остатки городской стены; ее постройка следует за периодом существования неукрепленного поселения, соответствовавшего первой стадии филистим-ского завоевания Ханаана (слой XIII). Мощная филистимская стена была возведена на руинах крепостной стены с казематами, относившейся к позднему бронзовому веку (слой XIV). В Экроне филистимский город окружала толстая кирпичная стена, но пограничный город Тимну, видимо, защищала весьма скромная ограда.
О филистимской городской планировке мы можем судить, главным образом, по Тель Касиле и в некоторой степени по Ашдоду. В Тель Касиле на площади в четыре акра прослеживается постепенное развитие города в трех последовательных уровнях. Самый ранний слой (XII) свидетельствует о довольно плотной застройке в центральной части города, тогда как ближе к окраинам дома стояли значительно реже. Городское святилище было обнесено стеной протяженностью 25 м с востока на запад. Далее к югу стояло общественное здание. В следующем слое (XI) город был застроен более плотно, появилось множество новых домов. Существенные изменения в городском устройстве наблюдаются в третьем "филистимском" слое (слой X, сер. 11 века до н.э.), где впервые была обнаружена сеть улиц, пересекающихся под прямым углом, которая разделяла город на отдельные кварталы.
Филистимские некультовые общественные здания известны нам лишь по находкам в Тель Касиле и в Тель Микне (Экроне). Здание в Тель Касиле располагалось в раннем слое (XII); в нем был большой зал (внутренняя длина 6,7 м), построенный из оштукатуренного сырцового кирпича. Вдоль стен располагались выложенные из кирпича скамьи. В центре зала находился кирпичный оштукатуренный очаг. Строение в Тель Микне (слой У-1У, конец 11 - начало 10 веков до н.э.) было, видимо, дворцом или жилищем знатного горожанина. В него входили большая зала (или внутренний двор), где остались основания двух колонн и свободностоящий очаг; три квадратные комнаты в восточной части выходили в этот главный зал. Примечательно наличие очагов одного типа в обоих этих зданиях: в ханаанской архитектуре они неизвестны, зато распространены в Анатолии и Эгейском мире, кроме того, в это же время они употреблялись на Кипре. Эта архитектурная деталь, видимо, была принесена филистимлянами из их родных краев.
Жилые дома в Тель Касиле (слой X) в большинстве своем схожи в плане: это были квадратные или прямоугольные строения средних размеров 10 х 10 м, они включали в себя внутренний двор, где находился ряд деревянных колонн на необработанных каменных базах. Одна часть двора оставалась открытой, а другая, с навесом, служила загоном для домашних животных. За двором, иногда параллельно ему, располагались жилые помещения. Столбы во дворе были постоянной архитектурной чертой в типичном жилище железного века, которое, соответственно, называется "строение со столбами"; некоторые из них относятся к разновидности "четырехкомнатных" домов, распространенных с 11 века до н.э. Во дворах размещались печи, ткацкие станки (от которых сохранились лишь глиняные грузила), а также устройства для обработки сельскохозяйственной продукции (злаков, оливок и винограда). В Ашдоде единственное полностью раскопанное жилое здание имело совершенно другой план (что, возможно, отражало иноземные традиции): оно состояло из большого зала, крыша которого поддерживалась двумя опорами, и комнат по бокам от него.
Храмы в Тель Касиле
При раскопках в Тель Касиле был обнаружен единственный на сегодняшний день филистим-ский культовый центр. В трех последовательных слоях (ХII-Х) были обнаружены три храма. Самый ранний слой (XII) представлял собой небольшое кирпичное строение (внешние размеры 6,4 х 6,6 м), которое состояло из одного-единственного зала, вход в который располагался с восточной стороны. Напротив двери было устроено возвышение, где стояла статуя божества, а вдоль стен шли скамьи для приношений. К востоку от храма располагался широкий двор, в котором было несколько слоев пепла, органических В следующий период кирпичное здание было заменено каменным строением, несколько большим, чем предыдущее (внешние размеры 5,75 х 8,50 м). На этот раз вход был устроен в северо-восточном крае. Вдоль стен по-прежнему шли сплошные скамьи, а в западной стороне на ходилось маленькое помещение, служившее сокровищницей храма: в ней было обнаружено множество культовых предметов и приношений. К западу от главного храма было построено вспомогательное святилище - небольшое однокомнатное помещение со смещенным по оси входом, скамьями вдоль стен и возвышением в углу. Возможно, это был храм какого-то второстепенного божества, не исключено, что "супруги" главного бога. Эта практика сооружения вспомогательного маленького храма подле главного святилища была неизвестна в ханаанской архитектуре, но находит соответствия в Эгейском мире и на Кипре, где такие комплексы известны в 13-12 веках до н.э. В последней фазе слоя XI во дворе была выкопана яма-ботрос для ритуального захоронения культовых предметов, отслуживших свой срок. В ней было найдено множество керамических сосудов и костей животных.
В третий период (слой X) храм был перестроен с использованием трех старых внешних стен. Пол был приподнят, а при входе было пристроено небольшое помещение, за счет чего возникал эффект "смещенного по оси" входа. Вдоль стен располагались оштукатуренные скамьи, в западной части зала находилось возвышение, а за ним -сокровищница. Потолок главного зала покоился на двух кедровых колоннах, стоявших на хорошо вытесанных цилиндрических базах из известняка. Храмовой двор был окружен каменными стенами, которые отделяли его от остальной части города. Внутри двора находился квадратный алтарь для жертвоприношений. Маленький храм с западной
стороны, выстроенный еще в предыдущий период, продолжал служить и в этот; теперь к нему был пристроен отдельный двор.
Три храма в Тель Касиле различаются между собой по плану, но относятся к одной культуре и были построены приблизительно в одно время - между сооружением первого и третьего прошло не более 150 лет. Такие вариации в храмовой архитектуре раньше в Ханаане не встречались; напротив, единый тип культового здания сохранялся здесь на протяжении долгого времени. Поэтому можно предположить, что фшшстимское население, так же, как и микенское, не имело своей четкой традиции религиозной архитектуры. Планы храмов в Тель Касиле, в целом, не соответствуют ханаанской традиции, хотя и отражают некоторые тенденции храмов позднего бронзового века в Палестине, например, храмов в Лахише или святилища в Тель Меворахе. С другой стороны, очевидно сходство храмов Тель Касиле с храмами Эгейского региона (в Микенах и в Филакопи на острове Мелос) и Кипра (Китион). Все эти сооружения датируются 13-12 веками до н.э. и не имеют более ранних корней в эгейской архитектурной традиции. Храмы такого типа появились еще в поздний бронзовый век в Ханаане, но, как мы указывали выше, они достаточно нетипичны для самого Ханаана и, по всей видимости, не являются основным архитектурным видом ханаанских храмов. Остается пока неясным, существовала ли взаимосвязь между храмовой архитектурой Леванта, Кипра и Эгейского мира, и в каком направлении шло влияние. Так или иначе, безусловно, что в конце микенского периода и во время переселения "народов моря" в Восточное Средиземноморье существовали некоторые общие черты в храмовой архитектуре.
Укрепление и планировка городов, жилые здания
Главные города филистимлян были хорошо укреплены. В Ашдоде в слое XII зафиксированы остатки городской стены; ее постройка следует за периодом существования неукрепленного поселения, соответствовавшего первой стадии филистим-ского завоевания Ханаана (слой XIII). Мощная филистимская стена была возведена на руинах крепостной стены с казематами, относившейся к позднему бронзовому веку (слой XIV). В Экроне филистимский город окружала толстая кирпичная стена, но пограничный город Тимну, видимо, защищала весьма скромная ограда.
О филистимской городской планировке мы можем судить, главным образом, по Тель Касиле и в некоторой степени по Ашдоду. В Тель Касиле на площади в четыре акра прослеживается постепенное развитие города в трех последовательных уровнях. Самый ранний слой (XII) свидетельствует о довольно плотной застройке в центральной части города, тогда как ближе к окраинам дома стояли значительно реже. Городское святилище было обнесено стеной протяженностью 25 м с востока на запад. Далее к югу стояло общественное здание. В следующем слое (XI) город был застроен более плотно, появилось множество новых домов. Существенные изменения в городском устройстве наблюдаются в третьем "филистимском" слое (слой X, сер. 11 века до н.э.), где впервые была обнаружена сеть улиц, пересекающихся под прямым углом, которая разделяла город на отдельные кварталы.
Филистимские некультовые общественные здания известны нам лишь по находкам в Тель Касиле и в Тель Микне (Экроне). Здание в Тель Касиле располагалось в раннем слое (XII); в нем был большой зал (внутренняя длина 6,7 м), построенный из оштукатуренного сырцового кирпича. Вдоль стен располагались выложенные из кирпича скамьи. В центре зала находился кирпичный оштукатуренный очаг. Строение в Тель Микне (слой У-1У, конец 11 - начало 10 веков до н.э.) было, видимо, дворцом или жилищем знатного горожанина. В него входили большая зала (или внутренний двор), где остались основания двух колонн и свободностоящий очаг; три квадратные комнаты в восточной части выходили в этот главный зал. Примечательно наличие очагов одного типа в обоих этих зданиях: в ханаанской архитектуре они неизвестны, зато распространены в Анатолии и Эгейском мире, кроме того, в это же время они употреблялись на Кипре. Эта архитектурная деталь, видимо, была принесена филистимлянами из их родных краев.
Жилые дома в Тель Касиле (слой X) в большинстве своем схожи в плане: это были квадратные или прямоугольные строения средних размеров 10 х 10 м, они включали в себя внутренний двор, где находился ряд деревянных колонн на необработанных каменных базах. Одна часть двора оставалась открытой, а другая, с навесом, служила загоном для домашних животных. За двором, иногда параллельно ему, располагались жилые помещения. Столбы во дворе были постоянной архитектурной чертой в типичном жилище железного века, которое, соответственно, называется "строение со столбами"; некоторые из них относятся к разновидности "четырехкомнатных" домов, распространенных с 11 века до н.э. Во дворах размещались печи, ткацкие станки (от которых сохранились лишь глиняные грузила), а также устройства для обработки сельскохозяйственной продукции (злаков, оливок и винограда). В Ашдоде единственное полностью раскопанное жилое здание имело совершенно другой план (что, возможно, отражало иноземные традиции): оно состояло из большого зала, крыша которого поддерживалась двумя опорами, и комнат по бокам от него.
Храмы в Тель Касиле
При раскопках в Тель Касиле был обнаружен единственный на сегодняшний день филистим-ский культовый центр. В трех последовательных слоях (ХII-Х) были обнаружены три храма. Самый ранний слой (XII) представлял собой небольшое кирпичное строение (внешние размеры 6,4 х 6,6 м), которое состояло из одного-единственного зала, вход в который располагался с восточной стороны. Напротив двери было устроено возвышение, где стояла статуя божества, а вдоль стен шли скамьи для приношений. К востоку от храма располагался широкий двор, в котором было несколько слоев пепла, органических В следующий период кирпичное здание было заменено каменным строением, несколько большим, чем предыдущее (внешние размеры 5,75 х 8,50 м). На этот раз вход был устроен в северо-восточном крае. Вдоль стен по-прежнему шли сплошные скамьи, а в западной стороне на ходилось маленькое помещение, служившее сокровищницей храма: в ней было обнаружено множество культовых предметов и приношений. К западу от главного храма было построено вспомогательное святилище - небольшое однокомнатное помещение со смещенным по оси входом, скамьями вдоль стен и возвышением в углу. Возможно, это был храм какого-то второстепенного божества, не исключено, что "супруги" главного бога. Эта практика сооружения вспомогательного маленького храма подле главного святилища была неизвестна в ханаанской архитектуре, но находит соответствия в Эгейском мире и на Кипре, где такие комплексы известны в 13-12 веках до н.э. В последней фазе слоя XI во дворе была выкопана яма-ботрос для ритуального захоронения культовых предметов, отслуживших свой срок. В ней было найдено множество керамических сосудов и костей животных.
В третий период (слой X) храм был перестроен с использованием трех старых внешних стен. Пол был приподнят, а при входе было пристроено небольшое помещение, за счет чего возникал эффект "смещенного по оси" входа. Вдоль стен располагались оштукатуренные скамьи, в западной части зала находилось возвышение, а за ним -сокровищница. Потолок главного зала покоился на двух кедровых колоннах, стоявших на хорошо вытесанных цилиндрических базах из известняка. Храмовой двор был окружен каменными стенами, которые отделяли его от остальной части города. Внутри двора находился квадратный алтарь для жертвоприношений. Маленький храм с западной
стороны, выстроенный еще в предыдущий период, продолжал служить и в этот; теперь к нему был пристроен отдельный двор.
Три храма в Тель Касиле различаются между собой по плану, но относятся к одной культуре и были построены приблизительно в одно время - между сооружением первого и третьего прошло не более 150 лет. Такие вариации в храмовой архитектуре раньше в Ханаане не встречались; напротив, единый тип культового здания сохранялся здесь на протяжении долгого времени. Поэтому можно предположить, что фшшстимское население, так же, как и микенское, не имело своей четкой традиции религиозной архитектуры. Планы храмов в Тель Касиле, в целом, не соответствуют ханаанской традиции, хотя и отражают некоторые тенденции храмов позднего бронзового века в Палестине, например, храмов в Лахише или святилища в Тель Меворахе. С другой стороны, очевидно сходство храмов Тель Касиле с храмами Эгейского региона (в Микенах и в Филакопи на острове Мелос) и Кипра (Китион). Все эти сооружения датируются 13-12 веками до н.э. и не имеют более ранних корней в эгейской архитектурной традиции. Храмы такого типа появились еще в поздний бронзовый век в Ханаане, но, как мы указывали выше, они достаточно нетипичны для самого Ханаана и, по всей видимости, не являются основным архитектурным видом ханаанских храмов. Остается пока неясным, существовала ли взаимосвязь между храмовой архитектурой Леванта, Кипра и Эгейского мира, и в каком направлении шло влияние. Так или иначе, безусловно, что в конце микенского периода и во время переселения "народов моря" в Восточное Средиземноморье существовали некоторые общие черты в храмовой архитектуре.