Возможное эмбарго на российскую нефть и гипотетические проблемы для нашего бюджета (который, все вдруг вспомнили , чрезвычайно зависит от экспорта углеводородов) заставили многих на Мангилик Ел судорожно
вспоминать азы географии и искать варианты продажи нефти в обход труб Каспийского трубопроводного консорциума.
К примеру, NCOC, разрабатывающий Кашаган, устами своего управляющего директора
Оливье Лазара сообщил о желании экспортировать нефть по железной дороге — при том, что
собственных погрузочных возможностей компания не имеет. В свою очередь, гендиректор консорциума Karachaganak Petroleum Operating
Джанкарло Рую считает, что Казахстану «необходимо серьезно диверсифицировать маршруты экспорта нефти и газа, гарантируя иностранным инвесторам дополнительную гибкость в данном вопросе». Какие-то
меры в консорциуме уже были приняты в этом году, но все они оказались не более чем временным решением.
Более постоянный вариант был предложен премьером
Алиханом Смаиловым. По его словам, с 2023 года РК будет ежегодно экспортировать полтора миллиона тонн нефти через Азербайджан по нефтепроводу Баку — Тбилиси — Джейхан. В перспективе эти объёмы могут вырасти до 6-6,5 млн тонн. Поставки будут осуществляться танкерами по Каспийскому морю, а затем уже заливаться в трубу.
Планы грандиозные, что тут скажешь. Но штука тут в том, что в 2022 году вспоминать про альтернативные маршруты можно только в преддверии выборов, чтобы успокоить следящее за доходной частью бюджета меньшинство. Потому что возможности наладить альтернативные поставки найдутся не только лишь у всех.
Экспорт казахстанской нефти составляет 68 млн тонн в год, из которых по КТК идёт 53 млн тонн. Что из этого объёма реально поставить по альтернативным путям?
Все понимают, что
пропускные возможности Баку-Тбилиси-Джейхан ограничены — несколько миллионов тонн в год. У этого направления есть и дополнительные сложности, например,
нежелание азербайджанцев мешать иностранные сорта (худшие по качеству) со своей Azeri Light, а также несанкционированные врезки, чем особенно «знаменита» Грузия.
Ну и главное,
для серьёзных объёмов нужен серьёзный танкерный флот. Где его взять? Провести большие танкеры через Волго-Донской канал будет сложно. Остаётся строить только на месте, но существующим
верфям в Астрахани, Баку и Ирана потребуются, возможно, десятилетия, если нужно закрыть спрос со стороны казахстанских экспортёров в полном объёме. К тому времени уже и актуальность проблемы может сойти на нет.
Другие варианты —
экспорт в Китай или поставки по железной дороге также имеют свои ограничения. Китаю сейчас выгоднее закупать нефть из России с серьёзной скидкой, а в случае поставок по ж/д зависимость от РФ так или иначе сохранится, что многим может показаться неудовлетворительным вариантом. Да и
загрузка железных дорог что в России, что в Закавказье не оставляет лишних мощностей пропускной способности. О проблемах КТЖ, про которые мы активно рассказываем в последние годы, писать заново не будем, прочитайте сами (
тут).
Один из возможных интересных вариантов — поставки нефти в Иран. Звучит странно, но
Исламская республика разделена труднопроходимыми горными цепями на несколько регионов. В частности,
прикаспийский север страны стандартно энергодефицитен и нуждается в завозе топлива. Казахстанская нефть для этих территорий будет значительно дешевле той, что добывает Тегеран. Но и тут есть несколько ограничений, связанных с логистикой и строительством новых транспортных коридоров.