Общая теория??
Чего и зачем? Новая наука? Мало наук?
Теория развития человечества… Мировая наука ищет её вторую сотню лет, и вот - нет даже концепции, то есть подхода к теме. Наук много, и все они разглядывают человека и человечество через своё окошко, с одной стороны. Они знают «это своё» в настоящем времени, знают немного о прошлом, но ни одна не знает будущего человечества. Причина проста – мы не знаем законов развития. Нет-нет, некоторые закономерности, тенденции прослеживаются в каждой области знания, но они не определяют общей картины. Теорий детерминизма было множество, и все давно отброшены. Уже признано: человечеством управляет единая система законов и механизмов, но пока неудачны даже попытки приблизится к ней. Все согласны при этом, что в основе системы лежат общие законы живой Природы, законы Жизни. Однако у биологов нет такой системы и нет задачи поиска. Поэтому мировая наука попыталась «скрестить» биологию с социологией. От этой крошки, социобиологии, протянули ниточку к психологии – и застряли. Концепции не получается! А причина проста: нужна именно новая наука, включающая все науки о Человеке, но не кучей, а в рамках системы, единой концепции - основы этой науки. Однако начнем всё же с биологии.
В системе организации Жизни уровень вида занимает особое место. Он завершает структурно физиологические уровни созданием целостного организма - индивида и закладывает основу всех высших уровней организации жизни – созданием вида. Физиология переходит в биологию с высокой долей социологии. Здесь индивид «совмещается» с видом, что выглядит естественным и малоинтересным. Но если присмотреться…
1. Уровень вида двойственен уже тем, что индивид конкретен, тогда как вид по сути абстрактен на всех уровнях организации вида, от «одиночки» до популяции.
2. Из определения Жизни (воспроизводство подобного) следует различие целей воспроизводства (в-ва) для вида и индивида. Цель самого индивида проста – самосохранение, то есть длительное в-во самого себя. Для вида она существенно иная. Обе задачи решаются общей системой наследственности, она едина, но явно не «единодушна».
3. Цели индивида начинаются с простого «жизнеобеспечения», что содержит иерархию конкретных целей (питание, защита от врагов, комфорт и пр), ощущаемых субъективно. Есть и объективная цель – «вечная жизнь» индивида, но мудрая природа не дала животным сознания как осознания времени жизни и собственной смертности. Животные живут «вечно» каждую секунду бытия. Для вида напротив смертность индивида как таковая полезна. Она не всегда была необходима (завры были вечны), но затем сменяемость поколений стала необходимым условием развития вида и его приспособляемости. Главная причина очевидна – дефицит ресурсов, но она не единственная.
4. Цели вида также начинаются с простого – продления вида, с «создания подобного», то есть с прямой реализации сущности Жизни. Выполнять эту задачу приходится индивиду (больше некому) при том, что она ему объективно не нужна, вредна и даже опасна. Поэтому Природа закладывает в наследственность мощнейший инстинкт размножения - индивиду не отвертеться. Однако возникает масса проблем и противоречий.
5. Прежде всего это проблема количества – сколько надо? Конечно же, В части минимума она решается отбором – кто ошибся, недобрал, уже вымер. Есть мнение учёных, что количество потомства регулируется расходом, потерями роста, но такого механизма не найдено. Ведь расход (потери потомства) весьма различен в разных условиях, подчас многократно. Потому неизбежна «перестраховка», и в нормальных условиях избыток многократен, создавая «расширенное воспроизводство». А далее самое интересное.
а) Первое очевидное следствие – внутривидовая конкуренция за ресурсы, прежде всего в самом «новом поколении», но вскоре и между ним и «стариками». Слабые умирают – начинается «естественный отбор», один из способов отбора.
б) Второе – дефицит ресурсов на имеющейся территории активизирует экспансию на «свободные земли».
в) Активизируется и межвидовая конкуренция на территории популяции – всегда есть «общие ресурсы».
В итоге формируется «тенденция максимизации» вида, важное звено в системе законов вида. Конкуренция и отбор способствуют качественному улучшению вида в заданных условиях.
6. Тенденция максимизации нарушает баланс в пищевой сети, однако он восстанавливается «сам собой», стихийно работающим «колебательным контуром» - маятником численности вида, его ресурса пищи и его хищников, то есть всех частей ячейки вида. Механизм прост и известен: рост ресурса, численности вида и хищников происходит последовательно с некоторым лагом, а истощение ресурса приводит к «обратному ходу» маятника – падению численности и вида, и хищников. Идеальный баланс всегда мимолетен. При этом колебания в ячейке вида связаны с соседними ячейками, с видами ресурса и хищников и их собственными колебаниями численности.
7. Всё изложенное относится в основном к количественному регулированию, устойчивости вида и всей пищевой сети и достигается простым средством – избыточностью потомства, гарантирующим выживаемость видов при любых нарушениях условий, включая катастрофы. Но есть и механизм качественного развития вида. Он также прост и надежен в стихийном регулировании и стоит на двух опорах. Главный способ известен как двойная наследственность со стихийным в основном выбором из мужского или женского генома. Однако здесь возможные комбинации ограничены уже имеющимися свойствами вида. Принципиально новые свойства возникают при «повреждении генов», отклонениях, в основном стихийных. Гибель индивидов с вредными нарушениями природу не волнует (потери покрываются избытком потомства), а вот полезные, пусть и редчайшие, закрепляются как новое качество вида. Есть некоторая зависимость между резкими изменениями природных условий и количеством отклонений, но в целом механизм стихиен и отклонения происходят постоянно различными путями. Таким простым способом вид добивается развития, жертвуя индивидами. Количество жертв не критично, так как «повреждения» индивидуальны и далеко не всегда летальны. Гораздо важнее обеспечить изменяемость вида, необходимую для роста приспособляемости.
8. Важнейший момент в отношениях «вид-индивид» - время жизни индивида. Очевидно, что оно относится к количественному регулированию вида, но не только. Частая смена поколений (короткая жизнь) благоприятна для приспособляемости, но снижает устойчивость вида к резким внешним воздействиям (катастрофам). Длительность жизни должна быть достаточной и для развития полезных свойств, для их проявления в отборе (выигрыш в конкуренции). Этот момент особенно важен для высокоразвитых видов, где опыт старших и обучение молодых уже существенны для выживания вида. Высшие животные выживают и развиваются уже не за счет «расхода индивидов», но напротив – путем социального взаимодействия поколений с бережным выращиванием потомства. Тем не менее и здесь заданность времени жизни индивида является необходимым звеном в системе выживания вида.
Таким образом выживаемость вида стоит на двух китах, на завышенной рождаемости и генетической изменчивости. Первая предпосылка количественная и включает в себя важнейшим элементом срок жизни индивида в данных условиях. Обе предпосылки реализуются в механизме «качества» - конкуренции-отбора, включающим и количественные «качели». Эта простая система действительна для любого вида, но достаточна лишь для «простых» видов, для примитивного уровня. Сложные (высшие) виды с длительной историей, «дорогие в производстве», и особенно высшие животные вооружены дополнительно более сложными механизмами приспособляемости и развития.
9. Приспособленность конкретного индивида к конкретным условиям очевидно эффективнее «слепого» наследственного механизма. Анализ условий по многим факторам и выбор лучшего из многих решений требует однако развитого мозга и мышления, то есть наличия разума. Примитивный разум имеется у многих животных, но даже у высших его уровень различен. Чем выше разум, тем меньшее потомство гарантирует выживаемость вида, тем меньше потери и выше ресурсы на каждого индивида.
Принципиальное отличие разума от наследственного механизма в том, что он управляется интересом индивида прежде всего. Полезность для вида вторична и временна, так как удачные навыки передаются потомству не генетически, а только через обучение. Генетическое закрепление навыка происходит не всегда и чаще косвенно – через общее развитие разума вида. Способность к обучению является таким образом необходимой характеристикой, свойством Разума, и предпосылкой его развития. При этом обучение потомства уже является социальным процессом, легко переходящим в социальные отношения в группе индивидов. В этом случае как правило индивидуальная приспособляемость дополняется групповой, существенно повышающей выживаемость вида, а подчас и решающим образом. Самое простое групповое выживание, взаимодействие – количественное – не требует разума (стая рыб), и только разумные виды могут использовать такой эффективный инструмент как разделение функций и далее специализацию, то есть качественное взаимодействие.
Таким образом, только разумные виды способны использовать индивидуальную приспособляемость, осваивать новации в рамках популяции и групп, применять групповое взаимодействие, включая специализацию, опираясь на обучение и обмен опытом. В итоге успешность вида-популяции, его развитие определяется накопленной (освоенной) полезной информацией. Полезные новации, сохраняемые обучением, при длительном использовании могут закрепляться генетически и становиться наследуемыми свойствами вида.
10. Подводя общий итог, можно увидеть систему «законов Жизни» на уровне вида – при всей условности термина. Высший закон-цель очевидно – сохранение вида (при это имеем в виду, что сама Жизнь (воспроизведение подобного) царит над всеми уровнями организации Жизни). Количественное сохранение «вслепую» обеспечивается «избыточностью потомства», что порождает «качели» и «тенденцию максимизации». Качественное сохранение это прежде всего приспособленность к неизбежно меняющейся среде. Приспособление вида – это прежде всего изменчивость генетики как необходимое условие, что в стихийном исполнении означает случайные изменения, ошибки и повреждения генетической спирали. Отбор полезных изменений реализуется конкуренцией внутри- и межвидовой. Потери компенсируются количественным избытком потомства.
Легко увидеть, что в этой простой и красивой схеме нет индивида. Точнее – он есть, но только как средство, как конкретное отражение вида, умноженное на количество. Схема достаточна для простых видов, «недорогих в изготовлении», где потери слепого отбора легко компенсировать избытком количества. А вот для видов высокого уровня потребовался механизм принципиально иной. В действие вводится сам индивид, уже оснащённый новыми свойствами.
Важно отметить, что индивидуальная приспособляемость (ИП) не отменяет наследственной и не подменяет её, но только дополняет. Поэтому вся организация жизни разумного вида-индивида также наследственна и определяется местом в пищевой сети и прочими объективными факторами (территория, климат и пр). ИП всего лишь конкретизирует заложенную цель-задачу «сохранение индивида», воспринимая её как «жизнеобеспечение» прежде всего. Обязательная социальность разумных видов, начиная с обучения (передачи опыта) семейного и группового, позволяет использовать и групповую приспособляемость, от простой, количественной (стая птиц) до специализации внутри группы (стая волков). Полезность удачного опыта индивида переходит в полезность для вида в ближних поколениях. Сохраняется объективное противоречие интересов вида-индивида: принуждение к продолжению рода и ограничение срока жизни индивида. Отсутствие сознания даже разумных животных оставляет это противоречие пассивным (субъективное противодействие отсутствует) в пользу вида.
Напрашивается продолжение: «иначе для вида «человек»», ведь он «имеет сознание»! Действительно, противодействие природе по обоим направлениям достаточно очевидное. Ограничение потомства и активное продление жизни тем шире и успешнее, чем выше развитие нации. Означает ли это «подрыв интересов вида»? Ответ скорее «нет», просто вид «человек» так сильно изменился (по жизнеобеспечению), что для Природы это совсем другой вид, менявшийся за время существования много раз. А вот его физиология осталась прежней, как и миллионы лет назад, со времени формирования вида. Человек разумный вынужден корректировать свою Природу «под себя любимого», видимо «нарушая» интересы вида. Но так ли это и чем «ответит» вид? Тем более, что за видом «человек разумный» много «неразумностей» во вред Природе и себе как её части. Причина понятна – развитие Человека не «разумно», оно по-прежнему стихийно и подчиняется всем законам Природы. Однако у Человека есть особое качество Разума – Сознание, что сделало возможным целенаправленную деятельность, то есть Труд. Взаимодействие этих свойств позволило виду так существенно изменять способ жизнеобеспечения, что по «нормам Природы» означало каждый раз появление нового вида. Поэтому потребовался особый, дополнительный механизм «смены вида», движения по «ступеням развития». Именно этот механизм и лежит в основе «Общей теории развития». При этом по мере развития вида и неизбежного усложнения его устройства механизм тоже изменялся, становясь всё сложнее.
Есть ли у Человечества потребность «понять себя»? Увы, есть только слабые попытки. Тому много причин, начиная с политических. Однако сегодня риски стихийного развития так велики, что приход очередной ступени может оказаться катастрофичным без разумного управления. А для этого необходимо Знание, в том числе и Общей теории
Чего и зачем? Новая наука? Мало наук?
Теория развития человечества… Мировая наука ищет её вторую сотню лет, и вот - нет даже концепции, то есть подхода к теме. Наук много, и все они разглядывают человека и человечество через своё окошко, с одной стороны. Они знают «это своё» в настоящем времени, знают немного о прошлом, но ни одна не знает будущего человечества. Причина проста – мы не знаем законов развития. Нет-нет, некоторые закономерности, тенденции прослеживаются в каждой области знания, но они не определяют общей картины. Теорий детерминизма было множество, и все давно отброшены. Уже признано: человечеством управляет единая система законов и механизмов, но пока неудачны даже попытки приблизится к ней. Все согласны при этом, что в основе системы лежат общие законы живой Природы, законы Жизни. Однако у биологов нет такой системы и нет задачи поиска. Поэтому мировая наука попыталась «скрестить» биологию с социологией. От этой крошки, социобиологии, протянули ниточку к психологии – и застряли. Концепции не получается! А причина проста: нужна именно новая наука, включающая все науки о Человеке, но не кучей, а в рамках системы, единой концепции - основы этой науки. Однако начнем всё же с биологии.
В системе организации Жизни уровень вида занимает особое место. Он завершает структурно физиологические уровни созданием целостного организма - индивида и закладывает основу всех высших уровней организации жизни – созданием вида. Физиология переходит в биологию с высокой долей социологии. Здесь индивид «совмещается» с видом, что выглядит естественным и малоинтересным. Но если присмотреться…
1. Уровень вида двойственен уже тем, что индивид конкретен, тогда как вид по сути абстрактен на всех уровнях организации вида, от «одиночки» до популяции.
2. Из определения Жизни (воспроизводство подобного) следует различие целей воспроизводства (в-ва) для вида и индивида. Цель самого индивида проста – самосохранение, то есть длительное в-во самого себя. Для вида она существенно иная. Обе задачи решаются общей системой наследственности, она едина, но явно не «единодушна».
3. Цели индивида начинаются с простого «жизнеобеспечения», что содержит иерархию конкретных целей (питание, защита от врагов, комфорт и пр), ощущаемых субъективно. Есть и объективная цель – «вечная жизнь» индивида, но мудрая природа не дала животным сознания как осознания времени жизни и собственной смертности. Животные живут «вечно» каждую секунду бытия. Для вида напротив смертность индивида как таковая полезна. Она не всегда была необходима (завры были вечны), но затем сменяемость поколений стала необходимым условием развития вида и его приспособляемости. Главная причина очевидна – дефицит ресурсов, но она не единственная.
4. Цели вида также начинаются с простого – продления вида, с «создания подобного», то есть с прямой реализации сущности Жизни. Выполнять эту задачу приходится индивиду (больше некому) при том, что она ему объективно не нужна, вредна и даже опасна. Поэтому Природа закладывает в наследственность мощнейший инстинкт размножения - индивиду не отвертеться. Однако возникает масса проблем и противоречий.
5. Прежде всего это проблема количества – сколько надо? Конечно же, В части минимума она решается отбором – кто ошибся, недобрал, уже вымер. Есть мнение учёных, что количество потомства регулируется расходом, потерями роста, но такого механизма не найдено. Ведь расход (потери потомства) весьма различен в разных условиях, подчас многократно. Потому неизбежна «перестраховка», и в нормальных условиях избыток многократен, создавая «расширенное воспроизводство». А далее самое интересное.
а) Первое очевидное следствие – внутривидовая конкуренция за ресурсы, прежде всего в самом «новом поколении», но вскоре и между ним и «стариками». Слабые умирают – начинается «естественный отбор», один из способов отбора.
б) Второе – дефицит ресурсов на имеющейся территории активизирует экспансию на «свободные земли».
в) Активизируется и межвидовая конкуренция на территории популяции – всегда есть «общие ресурсы».
В итоге формируется «тенденция максимизации» вида, важное звено в системе законов вида. Конкуренция и отбор способствуют качественному улучшению вида в заданных условиях.
6. Тенденция максимизации нарушает баланс в пищевой сети, однако он восстанавливается «сам собой», стихийно работающим «колебательным контуром» - маятником численности вида, его ресурса пищи и его хищников, то есть всех частей ячейки вида. Механизм прост и известен: рост ресурса, численности вида и хищников происходит последовательно с некоторым лагом, а истощение ресурса приводит к «обратному ходу» маятника – падению численности и вида, и хищников. Идеальный баланс всегда мимолетен. При этом колебания в ячейке вида связаны с соседними ячейками, с видами ресурса и хищников и их собственными колебаниями численности.
7. Всё изложенное относится в основном к количественному регулированию, устойчивости вида и всей пищевой сети и достигается простым средством – избыточностью потомства, гарантирующим выживаемость видов при любых нарушениях условий, включая катастрофы. Но есть и механизм качественного развития вида. Он также прост и надежен в стихийном регулировании и стоит на двух опорах. Главный способ известен как двойная наследственность со стихийным в основном выбором из мужского или женского генома. Однако здесь возможные комбинации ограничены уже имеющимися свойствами вида. Принципиально новые свойства возникают при «повреждении генов», отклонениях, в основном стихийных. Гибель индивидов с вредными нарушениями природу не волнует (потери покрываются избытком потомства), а вот полезные, пусть и редчайшие, закрепляются как новое качество вида. Есть некоторая зависимость между резкими изменениями природных условий и количеством отклонений, но в целом механизм стихиен и отклонения происходят постоянно различными путями. Таким простым способом вид добивается развития, жертвуя индивидами. Количество жертв не критично, так как «повреждения» индивидуальны и далеко не всегда летальны. Гораздо важнее обеспечить изменяемость вида, необходимую для роста приспособляемости.
8. Важнейший момент в отношениях «вид-индивид» - время жизни индивида. Очевидно, что оно относится к количественному регулированию вида, но не только. Частая смена поколений (короткая жизнь) благоприятна для приспособляемости, но снижает устойчивость вида к резким внешним воздействиям (катастрофам). Длительность жизни должна быть достаточной и для развития полезных свойств, для их проявления в отборе (выигрыш в конкуренции). Этот момент особенно важен для высокоразвитых видов, где опыт старших и обучение молодых уже существенны для выживания вида. Высшие животные выживают и развиваются уже не за счет «расхода индивидов», но напротив – путем социального взаимодействия поколений с бережным выращиванием потомства. Тем не менее и здесь заданность времени жизни индивида является необходимым звеном в системе выживания вида.
Таким образом выживаемость вида стоит на двух китах, на завышенной рождаемости и генетической изменчивости. Первая предпосылка количественная и включает в себя важнейшим элементом срок жизни индивида в данных условиях. Обе предпосылки реализуются в механизме «качества» - конкуренции-отбора, включающим и количественные «качели». Эта простая система действительна для любого вида, но достаточна лишь для «простых» видов, для примитивного уровня. Сложные (высшие) виды с длительной историей, «дорогие в производстве», и особенно высшие животные вооружены дополнительно более сложными механизмами приспособляемости и развития.
9. Приспособленность конкретного индивида к конкретным условиям очевидно эффективнее «слепого» наследственного механизма. Анализ условий по многим факторам и выбор лучшего из многих решений требует однако развитого мозга и мышления, то есть наличия разума. Примитивный разум имеется у многих животных, но даже у высших его уровень различен. Чем выше разум, тем меньшее потомство гарантирует выживаемость вида, тем меньше потери и выше ресурсы на каждого индивида.
Принципиальное отличие разума от наследственного механизма в том, что он управляется интересом индивида прежде всего. Полезность для вида вторична и временна, так как удачные навыки передаются потомству не генетически, а только через обучение. Генетическое закрепление навыка происходит не всегда и чаще косвенно – через общее развитие разума вида. Способность к обучению является таким образом необходимой характеристикой, свойством Разума, и предпосылкой его развития. При этом обучение потомства уже является социальным процессом, легко переходящим в социальные отношения в группе индивидов. В этом случае как правило индивидуальная приспособляемость дополняется групповой, существенно повышающей выживаемость вида, а подчас и решающим образом. Самое простое групповое выживание, взаимодействие – количественное – не требует разума (стая рыб), и только разумные виды могут использовать такой эффективный инструмент как разделение функций и далее специализацию, то есть качественное взаимодействие.
Таким образом, только разумные виды способны использовать индивидуальную приспособляемость, осваивать новации в рамках популяции и групп, применять групповое взаимодействие, включая специализацию, опираясь на обучение и обмен опытом. В итоге успешность вида-популяции, его развитие определяется накопленной (освоенной) полезной информацией. Полезные новации, сохраняемые обучением, при длительном использовании могут закрепляться генетически и становиться наследуемыми свойствами вида.
10. Подводя общий итог, можно увидеть систему «законов Жизни» на уровне вида – при всей условности термина. Высший закон-цель очевидно – сохранение вида (при это имеем в виду, что сама Жизнь (воспроизведение подобного) царит над всеми уровнями организации Жизни). Количественное сохранение «вслепую» обеспечивается «избыточностью потомства», что порождает «качели» и «тенденцию максимизации». Качественное сохранение это прежде всего приспособленность к неизбежно меняющейся среде. Приспособление вида – это прежде всего изменчивость генетики как необходимое условие, что в стихийном исполнении означает случайные изменения, ошибки и повреждения генетической спирали. Отбор полезных изменений реализуется конкуренцией внутри- и межвидовой. Потери компенсируются количественным избытком потомства.
Легко увидеть, что в этой простой и красивой схеме нет индивида. Точнее – он есть, но только как средство, как конкретное отражение вида, умноженное на количество. Схема достаточна для простых видов, «недорогих в изготовлении», где потери слепого отбора легко компенсировать избытком количества. А вот для видов высокого уровня потребовался механизм принципиально иной. В действие вводится сам индивид, уже оснащённый новыми свойствами.
Важно отметить, что индивидуальная приспособляемость (ИП) не отменяет наследственной и не подменяет её, но только дополняет. Поэтому вся организация жизни разумного вида-индивида также наследственна и определяется местом в пищевой сети и прочими объективными факторами (территория, климат и пр). ИП всего лишь конкретизирует заложенную цель-задачу «сохранение индивида», воспринимая её как «жизнеобеспечение» прежде всего. Обязательная социальность разумных видов, начиная с обучения (передачи опыта) семейного и группового, позволяет использовать и групповую приспособляемость, от простой, количественной (стая птиц) до специализации внутри группы (стая волков). Полезность удачного опыта индивида переходит в полезность для вида в ближних поколениях. Сохраняется объективное противоречие интересов вида-индивида: принуждение к продолжению рода и ограничение срока жизни индивида. Отсутствие сознания даже разумных животных оставляет это противоречие пассивным (субъективное противодействие отсутствует) в пользу вида.
Напрашивается продолжение: «иначе для вида «человек»», ведь он «имеет сознание»! Действительно, противодействие природе по обоим направлениям достаточно очевидное. Ограничение потомства и активное продление жизни тем шире и успешнее, чем выше развитие нации. Означает ли это «подрыв интересов вида»? Ответ скорее «нет», просто вид «человек» так сильно изменился (по жизнеобеспечению), что для Природы это совсем другой вид, менявшийся за время существования много раз. А вот его физиология осталась прежней, как и миллионы лет назад, со времени формирования вида. Человек разумный вынужден корректировать свою Природу «под себя любимого», видимо «нарушая» интересы вида. Но так ли это и чем «ответит» вид? Тем более, что за видом «человек разумный» много «неразумностей» во вред Природе и себе как её части. Причина понятна – развитие Человека не «разумно», оно по-прежнему стихийно и подчиняется всем законам Природы. Однако у Человека есть особое качество Разума – Сознание, что сделало возможным целенаправленную деятельность, то есть Труд. Взаимодействие этих свойств позволило виду так существенно изменять способ жизнеобеспечения, что по «нормам Природы» означало каждый раз появление нового вида. Поэтому потребовался особый, дополнительный механизм «смены вида», движения по «ступеням развития». Именно этот механизм и лежит в основе «Общей теории развития». При этом по мере развития вида и неизбежного усложнения его устройства механизм тоже изменялся, становясь всё сложнее.
Есть ли у Человечества потребность «понять себя»? Увы, есть только слабые попытки. Тому много причин, начиная с политических. Однако сегодня риски стихийного развития так велики, что приход очередной ступени может оказаться катастрофичным без разумного управления. А для этого необходимо Знание, в том числе и Общей теории
