Наши коллеги из «Фонтанки» поговорили с Серафимой Сапрыкиной. Она рассказала, что именно руководителю школы не понравилось в творчестве Хармса и Введенского, почему она решилась предать случившееся огласке только сейчас и чего хочет добиться в итоге.
— Эти люди, по выражению директора, были заслуженно схвачены НКВД и умучены за свои «преступления», и их стихи можно обсуждать только «на ваших богемных кухнях», —
рассказала Серафима Сапрыкина. — Я пыталась что-то лепетать о реабилитации, на что присутствующий там заведующий музеем, полковник (80 лет, постоянно таскает в школу военных для укрепления патриотизма, дети уже вопят) сказал мне, что в те годы реабилитировали всех подряд. Я говорила о Мандельштаме и Гумилеве, но они тоже враги. Если я не уволюсь сама, то меня «уволят по статье утраты доверия», так как мне нельзя доверять детей, я совершенно неподконтрольна и т. д. Я никогда ничего не делала в школе без спроса. Этот урок я обговаривала с завучем, и она была от идеи в восторге.
Сапрыкина призналась, что должна была написать этот пост еще месяц назад, ведь совещание, о котором идет речь, прошло еще в декабре.
— Но я была малодушна, чего от себя не ожидала, ведь я только и делаю, что кичусь своей смелостью и честностью, — пишет учительница. — Я испугалась, как и тогда, в те времена, люди пугались и молчали. Я поняла их. Я подумала: вдруг скандал, а у меня дите малое. Это жило во мне и ело меня, я стала плохо спать, я больше не могу так.
