И поразить он мог наверное только внутреннюю общественность?
А моровой общественности (кроме заграничных спецслужб) то и другое было, думаю, "пофигу"
На страницах американской прессы активно обсуждался вопрос о том, что Столыпин был убит вследствие заговора секретной полиции, ибо только так можно было объяснить присутствие Богрова в театре в числе шести агентов охранки. При этом "The New York Times" заявляла, что Столыпин пал жертвой собственной системы репрессий и шпионажа, а "The New York Sun" воздавала хвалу премьер-министру, который, совмещая черты ультрароялиста и либерала и оставаясь просвещённым и высокоинтеллектуальным политиком, сумел восстановить порядок и процветание в стране после позорной войны и разрушительной революции, направив Россию по пути дальнейшего развития конституционализма.
...Эта тема [правомерности политического террора в борьбе с деспотическим и отсталым режимом] актуализировалась и в связи с разоблачением тайного агента Департамента полиции Е.Ф.Азефа публицистом В.Л.Бурцевым. Последний издавал в Париже журнал "Былое", посвящённый истории революционного движения. Бурцев получил информацию от бывшего директора Департамента полиции А.А.Лопухина о том, что Азеф, возглавлявший боевую организацию эсеров и причастный к организации террористических актов, жертвами которых стали высшие сановники Российской империи, включая вел.кн. Сергея Александровича, является агентом-провокатором.
История попала на страницы европейской и американской прессы и нанесла ощутимый удар по престижу официальной России. Авторы публикаций в газетах и журналах, издававшихся в США, тиражировали знакомый образ страны шпионажа и доносительства, продажных полицейских, деградирующего и беспринципного правительства, готового посредством своих тайных агентов-провокаторов действовать заодно с террористами, дабы затем казнить их без суда и следствия.
В России, подчёркивалось в американской прессе, происходит то, что не укладывается в сознании американца: министры и даже члены царской семьи могут быть принесены в жертву секретной полицией с целью ареста революционеров-террористов, а правительственные чиновники рассматривают действия агентов-провокаторов как самое надёжное оружие борьбы с радикальными группами российского общества. Параллельно обсуждалась правомерность самого поступка Лопухина, объяснявшего свои действия патриотизмом и стремлением защитить высших сановников и самого царя от Азефа. Но факт оставался фактом: бывший глава департамента полиции ведёт переговоры с революционерами, а агент-провокатор возглавляет террористическую организацию, использующую убийство как механизм разрушения режима самодержавия.
Эта политическая аномалия уже не удивляла, а пугала американских наблюдателей непредсказуемостью своих результатов.
Журавлёва В.И. Понимание России в США: образы и мифы: 1881-1914. М.: РГГУ, 2012. С.844-846.
Так что мировой (в частности, американской) общественности было не "по фигу".