ХХ съезд КПСС

Val

Принцепс сената
Ну Коминтерн возник в 1919г., большинство европейских компартий (это я с детства помню) - тоже примерно в этот период.

Здесь речь идёт не о компартиях ,с которыми всё ясно. А именно о некоммунистах, симпатизирующих СССР.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Здесь речь идёт не о компартиях ,с которыми всё ясно. А именно о некоммунистах, симпатизирующих СССР.
Таковых было немало и в 20-30 годы. Бернард Шоу хотя бы.
Да и сами компартии из кого создавались - из советских симпатизантов.
Ну и указанный случай с испанской гражданской войной, в ходе которой произошел крепкий закус между марксистами-троцкистами (из ПОУМ например) со сталинскими лоялистами, что сопособствовало развалу республиканского лагеря.
 

garry

Принцепс сената
Конечно. Просто Вторая мировая война резкоувеличила их число.
Это не так. До ВМВ в идеи коммунизма верили очень многие и с симпатией к СССР относились интеллектуалы. Вот возьмем писателей. Ромен Роллан, Анатоль Франс, Андре Жид, Леон Фейхтвангер, Джон Стейнбек, Бернард Шоу писали о СССР с симпатией. Многие из них приезжали в СССР. После ВМВ практическиникто из видных западных интеллектуалов к СССР с симпатией уже не относился. На французское общественное мнение огромное влияние оказал Процесс Кравченко, который случился в 1949 году. После этого процесса симпатии к СССР высказывали во Франции только коммунисты.
 

Val

Принцепс сената
Это не так. До ВМВ в идеи коммунизма верили очень многие и с симпатией к СССР относились интеллектуалы. Вот возьмем писателей. Ромен Роллан, Анатоль Франс, Андре Жид, Леон Фейхтвангер, Джон Стейнбек, Бернард Шоу писали о СССР с симпатией. Многие из них приезжали в СССР. После ВМВ практическиникто из видных западных интеллектуалов к СССР с симпатией уже не относился. На французское общественное мнение огромное влияние оказал Процесс Кравченко, который случился в 1949 году. После этого процесса симпатии к СССР высказывали во Франции только коммунисты.

Гарри, я всё же думаю, что Вы излишне категоричны. Причина , по которой видные западные интеллектуалы после 45г не приезжали в СССР , заключалась не в том, что они вдруг к нему охладели, а в установлении "железного занавеса". Но вот, скажем ,активное участие в западных учёных в "атомном шпионаже" (название условное, понятно, что речь идёт не только об атомной проблематике - это факт. Да и визиты западных интеллектуалов в СССР в середине 50-х гг возобновились.
 

garry

Принцепс сената
Причина , по которой видные западные интеллектуалы после 45г не приезжали в СССР , заключалась не в том, что они вдруг к нему охладели, а в установлении "железного занавеса".
Роль холодной войны разумеется велика. Но в Западной Европе отношение вк СССР и перед ВМВ было плохим, хотя у многих интеллектуалов была и симпатия. После же ВМВ симпатии у интеллектуалов не стало.

Здесь не только Холодная война. Вот я акцентирую внимание на визите Стейнбека. Американский писатель Стейнбек посетил СССР в 1947 году. Его взгляды были вполне социалистическими (по американским меркам), однако в его "Русском дневнике" очень любопытные моменты. Перед визитом ему говорили:
Стейнбек твердым желанием сделать честный репортаж без комментариев, без выводов о том, что они недостаточно хорошо знают. Как только стало известно, что они едут в СССР, их начали засыпать советами и предостережениями: « Да ведь вы же пропадёте без вести, как только пересечёте границу», « Что ж, у вас неплохие отношения с Кремлём, иначе бы вас в Россию не пустили. Ясное дело - вас купили», « Что, едете в Москву, да? Захватите с собой парочку бомб и сбросьте на этих красных сволочей».
Джона и Капу замучили советами. Им советовали, что взять с собой, чтобы не умереть с голоду; предлагали тайные способы переправки готового материала. Наши путешественники обнаружили, что тысячи людей страдают острым московитисом - состоянием, при котором человек готов поверить в любой абсурд, отбросив очевидные факты. Позже, Джон и Роберт, убедились, что русские в свою очередь больны вашинкгтонитисом. Они обнаружили, что, в то время как американцы изображают русских с хвостами и рогами, русские в свою очередь так же изображают американцев.
http://www.vevivi.ru/best/-Russkii-dnevnik...g-ref40827.html
В целом после поездки Стейнбек отметил многие недостатки СССР и его слово для левых интеллектуалов в США было важным.
Перед поездкой Стейбек писал
«Ежедневно в газетах появляются тысячи слов о России. О чём думает Сталин, что планирует русский генштаб, где дислоцированы русские войска, как идут эксперименты с атомной бомбой и управляемыми ракетами, и всё это пишут люди, которые в России не были, а их источники информации далеко не безупречны. И нам вдруг пришло в голову, что в России есть много такого, о чём вообще не пишут, и именно это интересовало нас больше всего. Что там люди носят? Что у них на ужин? Бывают ли там вечеринки? Что они едят? Как русские любят, как умирают? О чём они говорят? Танцуют, поют, играют ли они? Ходят ли их дети в школу? Нам показалось, что было бы неплохо выяснить это и написать обо всём этом».
http://holit-i-leleyat.livejournal.com/8378.html
В общем-то он написал объективно, что увидел и что ему показали.
Но вот, скажем ,активное участие в западных учёных в "атомном шпионаже" (название условное, понятно, что речь идёт не только об атомной проблематике - это факт. Да и визиты западных интеллектуалов в СССР в середине 50-х гг возобновились.
Визиты западных интеллектуалов были и в 40-ые - начале 50-ых. Их правда из-за холодной войны стало меньше. Но процесс Кравченко и Русский Дневник Стейнбека как раз на неподверженных пропаганде Холодной войны оказали очень большое влияние.
 

Val

Принцепс сената
Но в Западной Европе отношение вк СССР и перед ВМВ было плохим, хотя у многих интеллектуалов была и симпатия. После же ВМВ симпатии у интеллектуалов не стало.

Вы таким образом построили эту фразу, как будто роль СССР во ВМВ могла лишь снизить симпатии к нему в мире, что очевидным образом не так.

В целом после поездки Стейнбек отметил многие недостатки СССР и его слово для левых интеллектуалов в США было важным.

Возможно. Но ведь не для всех, не так ли?



Визиты западных интеллектуалов были и в 40-ые - начале 50-ых. Их правда из-за холодной войны стало меньше. Но процесс Кравченко и Русский Дневник Стейнбека как раз на неподверженных пропаганде Холодной войны оказали очень большое влияние.

Гарри, ответом на какое моё высказывание является этот Ваш пассаж? Я писал о том, что активное сотрудничество западных (в частности, американских) учёных с советскими спецслужбами на добровольной основе является косвенным доказательсвтом симпатий к СССР. Кроме того, в Европе многие люли помнили о большой роли коммунистов в антинацистском Сопротивлении. Это ,без сомнения, тоже способствовало симпатиям к СССР. А Вы что на это отвечаете? Причём здесь визиты в СССР? Тем более что, как Вы показали на примере Стейнбека, такие визиты часто способствовали лишь разочаровнию в коммунизме, а не симпатиям к нему.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Сегодня докладу Хрущева на XX съезде 70 лет:


Напомню, прошлым летом XIX съезд КПРФ в посёлке "Снегири" его дезавуировал:

 

Rzay

Дистрибьютор добра
у а еврокоммунизм - это очередная разновидность старого доброго социал-оппортунизма.
появившаяся 50 лет назад:

3 июня 1976 года Энрико Берлингуэр (КПП: Коммунистическая партия Италии) и Жорж Марше (ФПК) провели совместный митинг у ворот Пантена на тему «Социальная Европа и еврокоммунизм». Также выступил Поль Лоран. Была организована прямая видеозапись с проекцией на большой экран.


Вскоре Берлингуэр с примкнувшими к нему западными товарищами развил идеи еврокоммунизма на проходившем в том же месяце Совещании коммунистических и рабочих партий Европы в Берлине (Восточном):

Конференция коммунистических и рабочих партий Европы представляла собой международное собрание коммунистических партий , состоявшееся в городе Восточном Берлине , столице коммунистической Восточной Германии , 29–30 июня 1976 года. [ 1 ] [ 2 ] В общей сложности в конференции приняли участие 29 партий со всей Европы (за исключением Албании , Исландии и некоторых микрогосударств ). [ 3 ]
Конференция выявила ряд важных изменений в европейском коммунистическом движении. Она продемонстрировала снижение влияния Коммунистической партии Советского Союза и расширение разрыва между независимым и ортодоксальным лагерями среди европейских коммунистических партий, а также появление нового политического течения — еврокоммунизма . [ 4 ] [ 5 ]
Хотя и без прямых полемических обменов, выступления на конференции продемонстрировали разнообразие позиций, занимаемых коммунистическими партиями. [ 20 ] [ 21 ] В своих речах Сантьяго Каррильо , Энрико Берлингер и Джордж Марше осуждали некоторые аспекты советской политической системы. [ 20 ] Берлингер заявил, что западноевропейские коммунисты выступают за демократическое государство, политический плюрализм, свободу слова, свободные профсоюзы и свободу вероисповедания. [ 13 ] В своем обращении к собравшимся делегатам югославский лидер Иосип Броз Тито заявил, что «коммунисты должны принять разные пути в борьбе за социализм, независимость, равенство и невмешательство во внутренние дела». [ 4 ] Румынский лидер Николае Чаушеску также выразил поддержку принципам независимости отдельных партий и невмешательства. [ 22 ] [ 23 ] Другие участники, отстаивавшие еврокоммунистическую позицию на конференции, были Ларс Вернер из Швеции, Гордон Макленнан из Великобритании, Эрменегильдо Гасперони из Сан-Марино и, в меньшей степени, глава финской коммунистической партии Аарне Сааринен . [ 23 ]


И третье - попытка устранить противоречие между европеизмом и антиатлантизмом, которой управлял Берлингуэр в период между 1973 и 1976 годами. Согласно последовательности, в которой подчеркивается сознательный поиск большей политической согласованности, Берлингуэр придумал формулу Европы «ни антисоветскую, ни антиамериканскую» (январь 1973 г.), а затем заявил, что ИКП отказалась от идеи убедить Италию выйти из своих альянсов (Декабрь 1974 г.) он также утверждал, что перспектива социализма на Западе, проводимая ИКП, была менее рискованной в контексте НАТО, чем в случае Варшавского договора (июнь 1976 г.). Другими словами, Берлингуэр выразил осторожное суждение о политико-военных союзах Италии. Это не изменило крайнего недоверия Генри Киссинджера (но и ведущих европейских правителей) в адрес итальянского коммунизма, рассматриваемого поочередно как тактический вариант советского коммунизма или как автономный и наиболее ненадежный феномен. Тем не менее, это была предпосылка для участия ИКП в опыте «национального единства» и, в частности, за всеобщее голосование по внешней политике Италии, высказанное парламентом в ноябре 1977 года. И тогда коммунистический европеизм перестал страдать от менее достоверного различия между Европейским союзом и НАТО, все еще живым в конце 1960-х годов, и это на самом деле должно считаться одним из ведущих успехов Берлигуэра. Тем не менее, ИКП поддержала стремление следовать политике, которая могла бы отличить себя от других национальных и европейских политических сил.

 
Верх