Марк Солонин — Путин велик (итоги минских переговоров)
Абсолютный чемпион мира – это кто? Тот, кто пробежал «стометровку» с абсолютно максимальной скоростью 300.000 км в секунду? Нет. Тот, кто пробежал её быстрее, чем кто-либо раньше за всю историю человечества? Тоже нет (мы же не знаем, с какой скоростью древний африканский охотник гонялся за антилопами). Чемпион – это тот, кто бегает быстрее всех ныне живущих. Поэтому не будем сравнивать В.В. Путина с Черчиллем и Александром Македонским, но среди нынешних – он самый выдающийся политический деятель, идущий от победы к победе.
А теперь – к итогам 14-часовых переговоров в Минске. Итоги эти предлагаю рассмотреть с двух сторон: формально-юридической и сугубо практической.
С точки зрения «буквы» документы составлены так, что Россия ни в одной запятой не представлена как СТОРОНА КОНФЛИКТА. Слово «Россия, российская (армия), российский» появляется лишь один раз, причем в малозначимом пункте Приложения («содействие со стороны центральных органов власти трансграничному сотрудничеству в отдельных районах Донецкой и Луганской областей с регионами Российской Федерации»). О присутствии на территории Украины российских военнослужащих и российской боевой техники, о поставках боеприпасов и ведении разведывательно-диверсионных мероприятий, о мощнейшей анти-украинской пропаганде в российских СМИ не сказано ни слова.
Президент России подписал совместную с лидерами Германии и Франции декларацию лишь в качестве одного из многих политиков, глубоко озабоченных беспорядками в Украине и неизменно приверженных идеям мирного сотрудничества, диалога, уважения суверенитета и пр. Более того, Россия даже не обещает «оплатить банкет»; восстанавливать разрушенное войной почему-то обязали других («Германия и Франция окажут техническую поддержку для восстановления сегмента банковской системы в затронутых конфликтом районах»).
Да, среди «Комплекса мер» можно отыскать и п. 8 («вывод всех иностранных вооруженных формирований, военной техники, а также наемников с территории Украины под наблюдением ОБСЕ»), но если на сей момент Меркель, Олланд и Тальявини так и не смогли обнаружить и зафиксировать в документе наличие на территории Украины российских вооруженных формирований и российской военной техники, то с трудом верится в то, что некие «наблюдатели ОБСЕ» окажутся более наблюдательными.
Не основан на «букве документа» и странный (наигранный) оптимизм по поводу освобождения Надежды Савченко. Пункт 6 «Комплекса мер» предполагает «обеспечить освобождение и обмен всех заложников и незаконно удерживаемых лиц», но, как известно всем и каждому, Н.Савченко находится в московском СИЗО по решению российского суда, в соответствии со статьями и параграфами российских законов; соответственно, она никак не подпадает под определение «незаконно удерживаемые лица». А вот про обмен ВОЕННОПЛЕННЫМИ в документе не сказано ничего, и это вполне резонно, так как войны-то в документах нет, а есть некий сугубо внутренний вооруженный конфликт в Украине.
Для полноты юридической картины остается только добавить, что «Комплекс мер» подписан совершенно фарсовыми фигурами: бывший президент, а ныне безработный пенсионер Кучма, два господина с необъявленными должностями (некие Захарченко и Плотницкий) и посол неизвестно чего Тальявини. Кому и где можно предъявить претензии за невыполнение таких соглашений? У Кучмы на даче? Или у Захарченко в шахте?
Что же касается практической стороны дела, то она исчерпывающе описана в п. 9 «Комплекса мер», а именно: «Восстановление полного контроля над государственной границей со стороны правительства Украины… после всеобъемлющего политического урегулирования (местные выборы в отдельных районах Донецкой и Луганской областей на основании Закона Украины и конституционная реформа) к концу 2015 года при условии выполнения пункта 11 – в консультациях и по согласованию с представителями отдельных районов Донецкой и Луганской областей в рамках Трехсторонней Контактной группы». То есть никогда.
При таком положении дел на границе нет смысла даже упоминать – тем паче обсуждать — все прочие пункты и подпункты. Через открытую настежь границу продолжат свое движение «гуманитарные караваны», закупленные в «Военторге» танки и батальонно-тактические группы российских «отпускников» (благо, впереди лето – самый сезон для активного офицерского отдыха на свежем воздухе), соответственно, ничего на Донбассе не изменится. Точнее говоря – ничего не изменится без согласия Путина.
Резюме: Порошенко потерпел в Минске унизительное поражение, а Путин одержал убедительную победу. Теперь у него полностью развязаны руки для ЛЮБЫХ решений: можно «заморозить конфликт» в его нынешнем состоянии вялотекущей войны, можно активно диктовать свои условия Киеву через формирование в Донбассе марионеточной «автономии», можно подбросить еще пару эшелонов с танками и (когда земля подсохнет после весенней распутицы) начать новое наступление. А можно и выйти из игры, предоставив Донбасс его незавидной судьбе, но при этом с гордым видом победителя, который «не позволил украм утопить в крови восставших русских». Тоже вариант, ничуть не хуже других – особенно с учетом нарастающего экономического кризиса в РФ.
Была ли альтернатива? И тут мы переходим к глубочайшей и очень старой проблеме: что делать жертве, если насилие неизбежно? На мой взгляд, правильный ответ был дан в ТОРЕ, 25 веков назад. Честная девушка (равно как и замужняя женщина) должна сказать «Нет». Никто не требует, да и не ждет от слабой женщины, чтобы она могучим ударом пятки разбила голову здоровенному мужлану. Но слово «Нет» она должна сказать твердо, громко и отчетливо. И только произнесение этого слова переводит её из категории подлежащей наказанию «прелюбодейки» в заслуживающую сочувствия и помощи жертву изнасилования.
Но Порошенко не сказал «Нет». Он сказал: «Да, Володя, но не так быстро». ОК. Владимир Владимирович согласился действовать медленно и печально. «До конца 2015 года при условии выполнения пункта».
