Галлия и Италия

[Attimo]

Собственно императору принадлежала не империя (её хозяевами были сенат и римский народ), а земли фиска в Галлии, управлявшийся августальным префектом Египет, а также императорские имения в других провинциях

Предполагая услышать от Вас это уточнение, я сделал выше оговорку "де факто". Юридически империя могла принадлежать сенату и римскому народу, но на практике эти "хозяева" ничего не решали. По факту вся власть оставалась за императором и его окружением.

Получается, Сиагрий был просто знатным и богатым галло-римлянином, который в силу доставшегося ему по наследству остатка влияния отца стал фактически рексом галло-римлян севера Галлии?

Видимо, так. Но в этом, пожалуй, нет ничего нового: точно также и в прежнее время римские "тираны", сколотившие свои владения на окраинах империи, передавали или пытались их передать сыновьям, если им позволяли это сделать обстоятельства. Эгидий - такой же тиран, как, например, Постум или Максим Магн, только в уменьшенном масштабе.

 

[Aurelius Sulpicius]

Тогда у меня вот какое соображение: понятно, что в середине 5-го века от Р.Х. имепраторский титул стремительно обесценился, но все-таки - почему в Италии Рицимер последовательно провозглашал определенных лиц формальными императорами, а Эгидий в Галлии и Марцеллин в Далмации не стали после гибели Майориана провозглашать себя императорами, хотя и не признавали власти Рима. Марцеллина можно понять - он был близко от Восточной империи и наверняка поддерживал с ней контакты, но Эгидий был далеко от нее.

 

[aeg]

Юридически империя могла принадлежать сенату и римскому народу, но на практике эти "хозяева" ничего не решали. По факту вся власть оставалась за императором и его окружением.

В сенатских провинциях сенат всё же имел власть. Это следует из того, что императорский фиск создавал в таких провинциях отдельные финансовые структуры во главе с прокуратором для сбора налогов, управления имуществом и произведения выплат. Император не пользовался подобными сенатскими структурами только в императорских провинциях: там их просто не было.

Сенаторы среди императорских приближённых, как правило, были. Так что уменьшения власти сената не произошло: в республиканское время реальной властью тоже обладал не весь сенат, а лишь его верхушка - принцепс и наиболее влиятельные сенаторы.

А народные собрания продолжали собираться и принимать решения весь период ранней Империи, до времени Нервы.

Когда император приходил к власти, то ему требовалась поддержка и одобрение сената. Не все решались опираться только на военную силу: принцепс сената без поддержки сената выглядел бы странно, да и расширение социальной базы режима никогда не бывает лишним.

Эгидий - такой же тиран, как, например, Постум или Максим Магн, только в уменьшенном масштабе.

Но примеру Авита он не последовал, побоялся. Так что его тирания не такая уж полноценная, раз не было похода на Рим.

 

[Attimo]

Тогда у меня вот какое соображение: понятно, что в середине 5-го века от Р.Х. имепраторский титул стремительно обесценился, но все-таки - почему в Италии Рицимер последовательно провозглашал определенных лиц формальными императорами, а Эгидий в Галлии и Марцеллин в Далмации не стали после гибели Майориана провозглашать себя императорами, хотя и не признавали власти Рима. Марцеллина можно понять - он был близко от Восточной империи и наверняка поддерживал с ней контакты, но Эгидий был далеко от нее.

Это было присуще не только Эгидию и Марцеллину.
Можно отметить, что комит Бонифаций, в 427 году отказавшийся признавать правительство Галлы Плацидии и захвативший власть в Африке, однако же не объявил себя императором.

В случае с Эгидием у меня есть такое предположение:
Если он действительно хотел идти походом в Италию, то для него правильнее было бы не объявлять себя императором где-нибудь в провинциальном Суассоне, на что никто в мире особо и внимания не обратил бы (а если бы и обратил, то в лучшем случае назвал бы его очередным местным царьком), а довести поход до конца и завершить его пышной коронацией в Риме или в Равенне. Кроме того, любой объявивший себя императором мятежник дает своим врагам повод обвинить себя в жажде власти. А так - Эгидий не принял титул августа, значит - и во властолюбии не замечен

Но если он хотел идти походом в Италию (как и Марцеллин), значит мечты о троне были у обоих.

Но примеру Авита он не последовал, побоялся. Так что его тирания не такая уж полноценная, раз не было похода на Рим.

Может, он просто не успел?

 

[Aurelius Sulpicius]

Но примеру Авита он не последовал, побоялся. Так что его тирания не такая уж полноценная, раз не было похода на Рим.

Ну так Эгидий и начинал свою деятельность как наместник им. Майориана - а "тираны" с самого начала противопоставляли себя императорам, находившимся в Риме.

Безусловно, сейчас невозможно представить, как поступил бы Эгидий, если бы Майориан не был бы свергнут и убит, но есть хотя бы некоторая вероятность, что он мог продолжать поддерживать римского императора, не стремясь к независимости. Отказ от идеи принятия императорского титула на себя косвенно это подтверждает.

 

[Aurelius Sulpicius]

Это было присуще не только Эгидию и Марцеллину.
Можно отметить, что комит Бонифаций, в 427 году отказавшийся признавать правительство Галлы Плацидии и захвативший власть в Африке, однако же не объявил себя императором.

Все, кто провозглашал себя императорами в правление династии Феодосия Великого, априори были узурпаторами, так что неудивительно, что Бонифаций не стал принимать императорский титул.

В случае с Эгидием у меня есть такое предположение:
Если он действительно хотел идти походом в Италию, то для него правильнее было бы не объявлять себя императором где-нибудь в провинциальном Суассоне, на что никто в мире особо и внимания не обратил бы (а если бы и обратил, то в лучшем случае назвал бы его очередным местным царьком), а довести поход до конца и завершить его пышной коронацией в Риме или в Равенне. Кроме того, любой объявивший себя императором мятежник дает своим врагам повод обвинить себя в жажде власти. А так - Эгидий не принял титул августа, значит - и во властолюбии не замечен

Но если он хотел идти походом в Италию (как и Марцеллин), значит мечты о троне были у обоих.

Вполне логично - извлечь максимум выгоды из нецарственного статуса.

Может, он просто не успел?

Все может быть.

 

[aeg]

Эгидий, в случае удачного похода на Рим, мог бы сделать императором Сиагрия, а сам занять место Рицимера, то есть стать патрицием и военным магистром Запада.

Самому бы ему трудно было удержаться в Италии, как и Авиту.

 

[Aurelius Sulpicius]

Эгидий, в случае удачного похода на Рим, мог бы сделать императором Сиагрия, а сам занять место Рицимера, то есть стать патрицием и военным магистром Запада.

Самому бы ему трудно было удержаться в Италии, как и Авиту.

Ну, меня всегда удивляло, почему удачливые узурпаторы делали императорами сыновей.

Логичнее ему было поступить как Максимину - провозгласить императорами сразу и себя, и сына.

Другое дело, что принятие императорского титула в таких условиях нужно было бы согласовывать с Константинополем, а в ту эпоху это было непросто. Может, это тоже один и мотивов, почему Эгидий не принял императорский титул?

Кстати, счастливое отличие Эгидия от Авита в том, что у него была своя собственная база - и имущественная, и военная. Правда, значительно дальше от Рима.