Мне кажется, с подачи Гольция и Медиобарба, подхваченное затем историками, среди коих авторитетный Бьюри, и укрепилось в науке расхожее мнение, что Авита звали Марком Мецилием. Может, оно и так (в случае если имеются в пользу этого другие неизвестные мне свидетельства), да только "монеты" Медиобарба (ссылка на Гольция у меня не открылась) не очень-то в этом убеждают.
Возвращаясь к беседе об именах имп. Авита. Пожалуй, будет уместно привести полный перевод комментария Де Росси к той надписи, где упомянут Эпархий Авит:
Giovanni Battista De Rossi. Inscriptiones Christianae Urbis Romae septimo saeculo antiquiores. Romae, 1857-1861, vol. I, n. 795, p. 344-346.
http://reader.digitale-sammlungen.de/de/fs...000000000000003
Я скопировал её в катакомбах св. Агнессы на Номентанской дороге; огромная плита закреплена на стене лестницы, её видели на полу базилики Вингиус (Winghius, Philippe de Winghe), cod. Brux. P. 32, b, Альдус Младший (Aldus jun., Aldo Manuzio il Giovane), cod. 5241 p. 183, Сирмон (Sirmondus, Jacques Sirmond), cod. Paris. Suppl. Lat. 1240 p. 11, Дониус (Donius, Giovanni Battista Doni), cod. Maruc. A. 293 p. 22 и Суарес (Suaresius, Joseph Marie de Suarès), sch. Vat.
Издания: Бароний в дополнении к тому VI Анналов под 456 годом, сильно повреждено (откуда заимствует Муратори, 408, 5); Бозий (Antonius Bosius, Antonio Bosio), Roma subterranea novissima, 1651, p. 434 (откуда заимствует Аринги (Paolo Aringhi), II, p. 169, и Rein. XX, 90); Сирмон в примечании к Сидонию, Carm. VI, opp. I, 1192; откуда заимствует Георгий в примечании к Баронию под 456 годом, VIII, 184, Муратори 408, 6, и Гарцоний (Garzonius, Tommaso Garzoni) в примечании к хронике Идация, ed. de Ram. p. 234. У всех в третьей строке – AVITI, у Вингиуса – CON.
В этом году во всех фастах, а также в Веронском палимпсесте приводятся консулы Иоанн и Варан, назначенные на Востоке Маркианом Августом, исключая лишь фасты Идация, в которых читается: Avito Augusto consule[1].
Действительно, в предыдущем 455 году Авит был провозглашён императором на Западе, поэтому, по старинному правилу фаст, должен был назначить себе консулат в ближайшие январские календы; о том, что он этим не пренебрёг, ясно свидетельствуют фасты Идация и Сидоний Аполлинарий[2], римские же эпитафии 796, 797, называющие Авита владыкой и консулом (dominum et consulem) прекрасно это подтверждают[3]. Однако данная надпись называет не Августа или владыку (Augustum vel dominum) Авита, а какого-то неизвестного консула Эпархия Авита (Eparchium Avithum consulem); должна ли в таком случае эта надпись без сомнений относиться к тому Авиту, о котором сейчас мы говорим, и к 456 году, или будет лучше подыскать для него другое место в фастах и во временном ряду? Бароний, Сирмон, Муратори и другие понимают окончание этой эпитафии, как относящееся к Авиту, императору и консулу 456 года, с ними не согласен Гарцони (l. c.), который говорит, что «этот Авит – кто-то из суффектов, но не Авит Август, чьим номеном был не Эпарх (Eparchus), а Фл. Мецилий Авит (Fl. Maecilius Avitus), как это известно из монет у Медиобарба и что уже давно рассмотрел Моралес (Morales), lib. XI cap. 28, и даже великий Августин». Также и Тиллемон, который, правда, не то, чтобы соглашается с Гарцонием, но осторожно сомневается, движимый главным образом тем аргументом, что этому Эпархию Авиту не присвоено никакого титула, соответствующего положению Августа[4]. Однако мнение Гарцония не имеет никакого авторитета у сведущих в эпиграфике учёных, поскольку вся совокупность христианских надписей отказывает нам в возможности толковать их обозначения, как относящиеся к консулам-суффектам, и нет никакой причины, по которой какой-нибудь суффект, словно бог из машины, восстал бы из этого камня. Если бы безусловно внушающие доверие доказательства убеждали, что здесь не следует думать об Авите Августе, я бы обратился к Авиту, бывшему ординарным консулом в 209 году вместе с Помпеяном, и отнёс бы надгробную надпись пресвитера Геронция к этому году. В действительности, однако, сам вид памятника совершенно отвращает меня от такого рода мысли; и начертание букв, формула обозначения времени, весь характер эпитафии свойственны не началу третьего века, а, напротив, явно указывают на четвёртый или, скорее, пятый век. Вот пример букв, которые также Сирмону представляются характерными для пятого века:
Похоже, никем до меня на этом камне не было подмечено ошибочное написание AVITHI, которое я равным образом наблюдал на самих монетах Авита Августа[5]. Если в этих монетах он назван Мецилием, то это ничуть не препятствует тому, что, с учётом свидетельства данного памятника, он должен называться Мецилий Эпархий Авит; да и номен Эпархия отлично подходит Авиту, ведь по происхождению он был арверном; с другой стороны, Сирмон весьма кстати обращает внимание на то, что в то же самое время жил епископ арвернов Эпархий. Наконец, не должно казаться удивительным, что на этом камне не читается титул Августа, поскольку, как мне достоверно известно, утрачены некоторые буквы с правой стороны; впрочем, здесь вопреки обыкновению могло быть опущено наименование Августа и владыки (ср. надпись 731). Вследствие этого сохранит свою силу старое и единодушное мнение почти всех учёных; и никто, знакомый с эпиграфикой, не сомневался в годе этой эпитафии.
Теперь, после того как в результате этого исследования я надёжно установил имена Мецилия Эпархия Авита, следовало бы сказать о его роде, родственниках и предках, на которых указывают эти имена. Этому, однако, препятствует такая неясность истории благороднейших родов рушащейся империи, что в этой темноте и столь густом тумане едва ли возможно разглядеть хоть что-то. То, что о родственниках Авита сообщает Сидоний, никак не помогает объяснить имена, о которых я говорю; однако я бы сделал из этих сообщений вывод, что этот Авит не был связан ни родством, ни свойством с Флавием Авитом Маринианом, ординарным консулом 423 года[6]. Ведь Сидоний, перечисляя сиятельных предков Авита Августа и достоинства его семьи, ни единым словом не упоминает консулат Мариниана.
Теперь следует объяснить эпитафии этого года и то, каким образом отмеченное в них время должно быть связано с историей императора Авита. Все лучшие авторы исторических и хронологических трудов обычно утверждают, что Авит был лишён власти в 16 день до июньских календ[7]; поэтому данная надпись, которая в 14 день до июльских календ называет не законных консулов Иоанна и Варана, а Авита, и особенно следующая, которая в ноябрьские календы именует его «нашим владыкой» (dominum nostrum), кажутся скорее запутывающими, чем освещающими погодную историю римских событий[8]. Нет, однако, вообще ничего, что в этих самых эпитафиях выступало бы против подлинной исторической достоверности; скорее, они самым очевидным образом способствуют выявлению ошибки учёнейших мужей и исправлению анналов Римской империи. В самом деле, о том, что Авит был лишён достоинства в мае месяце в Плаценции, все, от Панвинио до Муратори, написали на основании одного свидетельства Анонима Куспиниана, однако слова Анонима были прочтены Панвинио неправильно, и в этом месте, как верно заметил Гарцони[9], должен быть восстановлен 16 день до ноябрьских, а не июньских календ, и теперь это ясно видно в лучшем издании его хроники, которым мы обязаны Ронкалли[10]. Это же чтение удостоверяют и прекрасно иллюстрируют городские эпитафии. Ведь на римских камнях Авит называется консулом и владыкой не только в июне месяце, но и в ноябрьские календы; отсюда становится очевидным, что в начале ноября римские граждане не знали о том, что произошло в Плаценции шестнадцатью днями ранее; это служит замечательным доказательством того, сколь велики были бедствия того времени и сколь велико было всеобщее потрясение в Италии.
ПРИМЕЧАНИЯ:
[1] Roncalli, Vet. Lat. Chron. II, 102.
[2] См. Sirmondum, opp. l. c.
[3] Та надпись, которую Муратори (409, 2) относит к этому Авиту, является языческой и вообще сюда не относится, как уже доказал Хагенбух (Hagenbuch, Epist. epigr. p. 30 и 40).
[4] Tillemont, Hist. des Emp.-Avite, VI, 270.
[5] См. Eckhel, Doctrina numorum veterum, t. VIII, p. 193.
[6] См. комментарий к надписи 635.
[7] См. Pagium, Crit. ad Baron. an. 456, § VI; Mur. Ann. d’Italia h. a. и повсюду в других местах.
[8] См. Georg. ad Baron. l. c. и Mur. 408, 6.
[9] Ad Idatium l. c. p. 234.
[10] L. c. p. 124.
Как видно, сам Де Росси не исключает из возможных имён Авита ни Eparchius, ни Fl. Maecilius.
Необходимо отметить, что о наличии легенды M. MAECIL. AVITHVS. (sic) P. F. AVG. свидетельствует не абы кто, а Иоганн Иосиф Иларий Эккель, основатель научной нумизматики (со ссылкой на описание Бандурия) - Iosephus Eckhel. Doctrina nummorm veterum, pars II, vol. VIII. Vindobonae, 1798, p. 193:
http://gallica.bnf.fr/ark:/12148/bpt6k851583j/f205.image
Ансельмо же Бандури:
- упоминает золотую монету с легендой DN FL MAECILLI AVITVS P F AVG – со ссылкой на Медиобарба;
- описывает несколько золотых монет с легендами DN AVITVS PERP AVG и т.п.
- описывает серебряную монету с легендой M MAECIL AVITHVS P F AVG, примечая, что монета является единственной, и он не помнит, чтобы видел такую в другом месте, и что она отсутствует у Медиобарба.
- описывает серебряную монету с легендой DN AVITVS P F AVG
Anselmi Banduri Numismata imperatorum Romanorum a Trajano Decio ad Palaeologos Augustos, t. II. Lutetiae Parisiorum, 1718, p. 583:
https://archive.org/stream/bub_gb_BRGdl9lSu...e/n597/mode/2up
А Де Росси прямо пишет, что он видел монету с написанием AVITHI: Accedit cacographia AVITHI a nemine ante me hoc in lapide deprehensa, quam in ipsis Aviti Augusti nummis pariter
observavi.
Отсюда следует сделать вывод, что монеты с легендой M MAECILIVS AVITVS действительно существовали; по крайней мере одну из них, серебряную, видел Бандури и, возможно, Эккель.
Интересно отметить, что Цезарь Бароний в своих «Церковных анналах» не упоминает Авита как Fl Maecilius:
https://archive.org/stream/annalesecclesias...ge/184/mode/2up
Анналы Барония издавались в 1588-1617 гг., книга же Хубрехта Гольца, Imagines et vitae imperatorum romanorum, в которой, вероятно, впервые со ссылкой на монеты упоминается Dn. Fl. Maecili. Avitus P. F. Aug., вышла в свет уже после его смерти в 1599 году.
Можно предположить, что если такой эрудит и антиквар, как Бароний, при издании своих Анналов не знал об именах Авита Fl. Maecilius, то впервые появились они, скорее всего, именно в трактате Гольца. А поскольку впоследствии Бандури видел как минимум одну из таких монет, то появилось не только упоминание о монетах, но и сами монеты.
Время тогда было такое – эпоха Возрождения, мода на античность. У продвинутых гуманистов появилась мода на мюнцкабинеты. Конечно, каждый уважающий себя коллекционер считает необходимым собрать всю коллекцию, в данном случае, например, монеты всех римских императоров. Ну и, конечно, любому гуманисту-антиквару было известно, что настоящее римское имя должно быть как минимум трёхчастным: преномен – номен – когномен. Поэтому как раз монеты, на которых указано единственное имя AVITVS, могли казаться поддельными, а на настоящих имя должно быть трёхчастным, остаётся лишь такие монеты отыскать. Что же, спрос рождает предложение: так и могли появиться монеты с легендой FL MAECILLI AVITVS и M MAECIL AVITHVS.
Хотя, кто знает, может быть эти подозрения и ложны; монеты-то пропали, что, с учётом числа прошедших в Европе со времён Гольца войн, революций и экспроприаций экспроприаторов вовсе не удивительно.
Мне так кажется, во всяком случае.
