Может быть, дискуссия с Вами мне поможет вылечиться от своей паранойи против российских властей...
Меня тоже беспокоит такая система цифрового контроля, о которой Вы пишете. Беспокоит в основном потому, что у меня огромное базовое недоверие ко всему, что делает наше правительство. Это недоверие появилось в конкретный момент и с тех пор растёт жуткими, напрочь нездоровыми темпами. Поэтому я сразу думаю: "они используют эти данные против меня". Как, зачем и кому я нужна? Не знаю. Страх безотчётный. Как только я усилием воли включаю логику, я понимаю, что это не сильно радостно, но ничего такого жуткого в этом нет, как Вы верно написали, куча всего уже отслеживается и это очевидно хотя бы по контекстной рекламе, если о большем не говорить. Сейчас, чтобы скрыться, уже надо очень напрячься. Причём в ближайших планах у меня нет намерения превращаться в преступника и скрываться от государства, а всё равно есть вот этот безотчётный страх и протест.
Но самый цирк начинается дальше. Когда я думаю, что поставят такие штуки по всему миру и во время моего отпуска меня будут отслеживать власти, например, Италии, Германии или Франции, мне пофиг. Вообще. Абсолютно. Пусть хоть по уличным камерам отслеживают моё лицо, могу даже рукой им помахать. Почему-то от них я не жду плохого, а от наших - не просто жду, а уверена, что мне будет очень плохо. Что такое это мифическое "очень плохо", я не знаю, но наши же все - жуткое зло, а значит, так и будет. Короче говоря, для меня наша власть - враги. В прямом смысле, не в метафорическом. И поэтому срабатывает шаблон: чем больше враг обо мне знает, тем сильнее сможет мне навредить. Я нахожусь в группе риска по COVID, у меня астма. То есть, с огромной вероятностью заражение кончится для меня смертью. И все равно если выбирать между риском умереть от коронавируса и тем, чтобы давать доп. информацию тем, кого я считаю врагами, я выберу риск болезни и смерти. Пишу и понимаю, что звучит, как полный бред. Но ощущения именно такие. И вот даже при том, что я осознаю всю бредовость своих чувств, избавиться от этих страхов и недоверия мне не удаётся.
