thor
Эдил
Ну а теперь про Шлихтинга. А.И. Малеин писал в предисловии к изданию записок оного «интуриста» об истории их появления: «Происхождение издаваемого впервые целиком "Сказания" обстоятельно выяснено проф. Е. Ф. Шмурло в сборнике "Россия и Италия." В 1570 г. папа Пий V и Венецианская республика вознамерились привлечь московского царя к антитурецкой лиге. Посредником между папой и республикой, с одной стороны, и Иваном IV, с другой, был избран польский нунций Портико. И вот, когда он собирался уже ехать в Московию для переговоров с царем и для обращения его в католичество, в Польшу явился бежавший из московского плена некий Альберт Шлихтинг и насказал сперва устно, а потом и письменно таких ужасов про жестокость Ивана, что у нунция пропала всякая охота к поездке. Он немедленно послал доклад Шлихтинга, написанный им для Сигизмунда Августа, в Рим, и там это сообщение произвело также сильное впечатление. Пий V написал Портико следующее: "Мы ознакомились с тем, что вы сообщали нам о московском государе; не хлопочите более и прекратите сборы. Если бы сам король польский стал теперь одобрять вашу поездку в Москву и содействовать ей, даже и в атом случае мы не хотим вступать в общение с такими варварами и дикарями". Таким образом всякая мысль о переговорах с Московией была оставлена…» (Новое известие о времени Ивана Грозного. Л., 1934. С. 3).
Обратившись к упомянутому сборнику Е.Ф. Шмурло (Россия и Италия. Сборник исторических материалов и изследований, касающихся сношений России с Италией. Т. 2. Вып. 1. СПб., 1908. С. 227-236), можно почерпнуть немало интересных деталей относительно неудавшейся миссии Портико. Идея послать в Москву папского посланника зародилась в 1570 г. в Венеции и Риме в преддверии большой войны с османами. И совет дожей, и папа были весьма не против того, чтобы Иван Грозный вступил в сколачиваемую их усилиями антиосманскую Лигу (ну как тут не вспомнить опасения Сигизмунад Августа относительно того, что московит может быть включен в эту лигу?). Сам Портико не был в особом восторге от поручаемой ему миссии, так что кардиналу Рустикуччи пришлось увещевать нунция и напомнить ему о его долге служить Богу и его наместнику на земле (опять же весьма примечательный факт!). Правда, в самом Риме прекрасно осознавали, что застарелая вражда между Москвой и Варшавой может воспрепятствовать планам Святейшего престола, ибо в Варшаве всякие попытки кого бы то ни было установить контакты с Москвой вызывают подозрения относительно того, не буду ли эти контакты обращены во вред интересам РП. Однако уж больно соблазнительной была возможность привлечь Ивана к союзу (тем более, что вряд ли в Риме или в Венеции не знали о том, что предпринятая в 1569 г. экспедиция османов под Астрахань провалилась и существенно осложнила отношения Москвы и Стамбула). Так или иначе, Сигизмунд упорно сопротивлялся отправке этой миссии. В конце концов он поддался давлению Рима (тем более что Портико попытался представить планирующуюся миссию как новую попытку обратить Ивана в католичество) и согласился более не препятствовать миссии Портико. И надо же, именно в этот момент и появляется наш Шлихтинг с его сочинением, после чего Портико отказался от миссии и отписал в Рим такое, что и там папа пришел в ужас и согласился с мнением нунция.
Обратившись к упомянутому сборнику Е.Ф. Шмурло (Россия и Италия. Сборник исторических материалов и изследований, касающихся сношений России с Италией. Т. 2. Вып. 1. СПб., 1908. С. 227-236), можно почерпнуть немало интересных деталей относительно неудавшейся миссии Портико. Идея послать в Москву папского посланника зародилась в 1570 г. в Венеции и Риме в преддверии большой войны с османами. И совет дожей, и папа были весьма не против того, чтобы Иван Грозный вступил в сколачиваемую их усилиями антиосманскую Лигу (ну как тут не вспомнить опасения Сигизмунад Августа относительно того, что московит может быть включен в эту лигу?). Сам Портико не был в особом восторге от поручаемой ему миссии, так что кардиналу Рустикуччи пришлось увещевать нунция и напомнить ему о его долге служить Богу и его наместнику на земле (опять же весьма примечательный факт!). Правда, в самом Риме прекрасно осознавали, что застарелая вражда между Москвой и Варшавой может воспрепятствовать планам Святейшего престола, ибо в Варшаве всякие попытки кого бы то ни было установить контакты с Москвой вызывают подозрения относительно того, не буду ли эти контакты обращены во вред интересам РП. Однако уж больно соблазнительной была возможность привлечь Ивана к союзу (тем более, что вряд ли в Риме или в Венеции не знали о том, что предпринятая в 1569 г. экспедиция османов под Астрахань провалилась и существенно осложнила отношения Москвы и Стамбула). Так или иначе, Сигизмунд упорно сопротивлялся отправке этой миссии. В конце концов он поддался давлению Рима (тем более что Портико попытался представить планирующуюся миссию как новую попытку обратить Ивана в католичество) и согласился более не препятствовать миссии Портико. И надо же, именно в этот момент и появляется наш Шлихтинг с его сочинением, после чего Портико отказался от миссии и отписал в Рим такое, что и там папа пришел в ужас и согласился с мнением нунция.
