На эту тему меня подбила книга Сергея Кара-Мурзы "Антимиф",
представляющая "коммунистическую" версию "России, которую мы
потеряли". Дело в том, что мне довелось поучаствовать а развали-
вании СССР -- правда лишь настолько, насколько это было возможно
для рядового активиста уличных мероприятий и начинающего автора
статей для самиздатовских газет.
Я подрывал СССР не из корыстного расчёта, а из-за большого чув-
ства неприязни. То есть, в основе моего поведения лежало именно
чувство, а уже поверх него наслаивались какие-то рациональные
умопостроения, которые я теперь не очень-то хорошо и помню.
Причины же чувства были в основном таковы:
1. Мне очень не нравилось то, что меня принуждали ходить на
демонстрации трудящихся 1 мая и 7 ноября.
2. Мне очень не нравилось то, что меня принуждали ходить на
символические дежурства "добровольной народной дружины"
несколько раз в год.
3. Мне очень не нравилось то, что меня принуждали ездить на
уборочные работы в колхоз и жить там в антисанитарных
условиях.
4. Мне очень не нравилось обитать в общежитии с перспективой
получить отдельное жилище лишь в отдалённом будущем.
5. Мне очень не нравилось то, что необходимость стоять в очереди
на жильё делала меня практически крепостным и лишала возмож-
ности сменить предприятие, попробовать научную карьеру и
т. д., не говоря уже о переселении в более симпатичное место.
6. Мне очень не нравилось то, что на хорошие книги приходилось
становиться в очередь в библиотеке, не говоря уже о том,
чтобы их просто купить, в то время как полки книжных магази-
нов были заставлены творениями всяких лояльных бездарей.
7. Мне очень не нравилось то, что вызывающие наибольшее любопыт-
ство книги были недоступны вообще. А про существование дру-
гих, ещё более заслуживающих любопытства книг, как позже
выяснилось, я даже не мог получить понятие.
8. Мне очень не нравилось то, что съездить за границу было для
меня практически невозможно. Да, многие ездили, но я в кате-
гории ездящих никак не попадал.
9. Мне очень не нравилось то, что в СМИ искажённо представляли
или замалчивали то, что касалось сопоставления условий жизни
на Западе и в СССР.
10. Мне очень не нравились всякие технические и организационные
несовершенства вокруг, преодолению которых мешала только
ущербность правящего слоя.
11. Мне очень не нравилось социальное расслоение и то, что его
замалчивали, а ещё больше то, что я сам в число привилегиро-
ванных не попадал и попасть вряд ли мог.
12. Мне очень не нравилось то, что, совершая частную ознакоми-
тельную поездку в какой-нибудь город (Москву, Ленинград и
т. п.), я практически не имел возможности воспользоваться там
гостиницей и был вынужден ночевать в неприспособленных для
этого местах.
13. Мне очень не нравилось то, что марксизм-ленинизм подносился
как вершина развития мысли, а на самом деле представлял собой
довольно узкую догму, которая тормозила сложную мыслительную
детельность в обществе.
14. Мне очень не нравилось моё однообразное питание, особенно
недостаток в нём цитрусовых, бананов, киви, манго и т. п.
15. Мне очень не нравилось то, что за высказыванием взглядов,
расходившихся с официальной догмой, вполне могло последовать
близкое знакомство с КГБ, не чреватое ничем хорошим.
16. Мне очень не нравилось то, что я со своим профилем способнос-
тей и творческих интересов оказывался по существу не востре-
бованным и что в учреждения, в которых мне хотелось работать,
надо было ПРОЛЕЗАТЬ, вдобавок преодолевая проблему иногород-
ней прописки.
17. Мне очень не нравилось то, что власть носилась со всякими
спортсменами, тогда как люди типа меня, делавшие реальную
сложную работу, котировались как второсортный "человеческий
материал".
18. Мне очень не нравилось то, как осуществлялись выборы депута-
тов в пресловутые Советы, когда выбирать было не из кого,
самовыдвигатья было невозможно, но участвовать в имитации
выборов я был, тем не менее, обязан.
Выиграл ли я от падения СССР? В следующих аспектах я выиграл
несомненно:
1. Всяких книг у меня навалом (кстати, если бы не хронический
книжный голод в молодости, я бы их теперь столько не нахва-
тал).
2. Я посмотрел Европу.
3. У меня теперь есть худо-бедная возможность пропагандировать
свои взгляды.
4. Я теперь регулярно ем киви и мандарины, а также всякую вкус-
ную гадость типа копчёной колбасы. А на бананы и манго меня
уже даже не тянет.
5. Я не хожу на демонстрации, дежурства "добровольной народной
дружины", субботники.
6. Я смотрю такое кино, какое хочу.
Остальное плохо по-прежнему. Даже ситуация с квартирой: после
того, как получили все ветераны, инвалиды, сироты, спортсмены и
пр., нашлось, наконец, что-то и для меня, но теперь квартирная
проблема -- у моих киндеров, а значит, она снова моя.
Нет, я сознаю, что дать всем возможность смотреть "любое кино"
и есть копчёную колбасу без ограничения означает порчу народа. Но
ведь таким, как я, -- способным к самосдерживанию -- могли же
давать без опасения!