Частотная обратная зависимость не может остановить этот процесс на микроуровне, поскольку с повышением частоты встречания пассионариев повышенность риска для каждого из них не растёт - напротив, поскольку Вы постулировали их способность к кооперации, то с повышением их числа риски для них падают.
Вы знаете, человек, в отличие от животного, иногда опасен сам себе. Вы курите?
Следовательно, "пассионарный перегрев" есть система с мощной положительной обратной связью, и он может быть остановлен только демографической катастрофой - уничтожением самого социума вместе с подавляющим большинством его населения.
"Пассионарный перегрев" - не система, а состояние и не генетики, а социума. Абсолютно не обязательно, чтоб демографическая катастрофа была сопряжена с уничтожением этого социума, достаточно, чтоб истребили друг друга пассионарии.
Да уж определенно. Но карта Гумилёва исключает геологические механизмы - на ней импакты линейны.
Что-что? Простите, когда вы начинаете сыпать терминами вместо того, чтоб аргументировать свою точку зрения, у меня возникает ощущение, что вы определенно "читали что-то популярное". Профессионалы обычно не пользуются такой дымовой завесой.
Способность "извлекать из окружающей среды больше энергии" - чисто позитивный признак, поэтому см. выше.
Вы пытаетесь рассмотреть человека либо с позиций чистой генетики, а это невозможно. Жизнь человеческого общества все же отличается от жизни популяции животных. Старт этносу дает мутация, затем уже начинается социальная жизнь.
Это Вы меня прочитали, а не что-то толковое. Меня читать - это уже хорошо, конечно, но совершенно недостаточно.
Это Вам так напоминает только потому, что Вы невнимательно читаете то, на что отвечаете.
Вот эти две цитаты меня потрясли. Пардон, я читаю или нет? И кого же это я читаю, доставляя себе столько пользы?
Для специалитов в этих областях свобода манёвра огромна - потому что они знают о чём фантазировать уже не нужно. Они "фарватер" знают. Соответственно - они быстро выбираются в своих предположениях "на простор". А профаны фарватера не знают, барахтаются посреди давно пройденных специалистами мелей, и утыкаются в них при каждом резком движении. Так понятней?
Исчерпывающе. Только этот фарватер сплошь и рядом оказывается шорами, и на простор эти специалисты никак не выбираются, напротив, замыкаются в своей узкоспециальной области, исключающей любые открытия, кроме тех, которые интересны еще двум десяткам ученых, занимающихся той же проблемой. Зато на их лавры никто не покушается. Человеческое общество можно изучать, только синтезируя разные науки, что и проделал Лев Николаевич, синтезировав естествознание и гуманитарные науки. Вот этот метод научного поиска плодотворен. Почему? Потому что настоящий ученый обогащает людей новыми знаниями о мире, делает мир сложней в их глазах. Вот, собственно, человек, который притязает на научную деятельность, должен к этому стремиться, но это не всем по силам.
