В Беларуси сложилась устойчивая система социальных отношений,
которая, если не изменятся внешние условия, способна существовать
в принципе чуть ли не вечно. Эту систему можно назвать чиновни-
чьим государством. Изменения внешних условий, которые могут
привести к её разрушению, -- это изменения в Западной Европе, или
в России, или в глобальном масштабе.
Небольшие потрясения только идут этой системе на пользу, потому
что поддерживают у её лидеров навыки борьбы за власть.
Система никогда не станет настолько отвратительна, чтобы
вызвать МАССОВОЕ возмущение, и всегда будет иметь достаточно
ресурсов для пропагандистской обработки граждан и для подавления
очагов конкурентного влияния, представляющих сколько-нибудь
значительную угрозу.
Небольшой процент проявляющихся среди молодёжи пассионариев,
недовольных таким положением дел, частью эмигрирует, частью
уничтожается, частью выбирает неполитические способы делания
карьеры, частью (очень незначительной) пропускается в верхний слой
(если проявляет готовность разделить его пороки).
"Профессиональных борцов" с этой системой по существу устраи-
вает её неуничтожимость, потому что означает постоянство их
заработка (пусть и не очень большого, но на другой они зачастую
не способны).
Не очень мощный и очень зависимый от государства частный сек-
тор, существующий в таком обществе, вполне устраивает чиновников,
потому что представляет для них скрытый источник дополнительного
дохода, причём иногда очень немалого.
Чиновничество, имея в среднем больший легальный доход, чем ос-
тальное население, имеет два дополнительных нелегальных источника
дохода: 1) взятки от частного сектора, 2) разворовывание государ-
ственного и общественного имущества. Далее, чиновники "крышуют"
своих родственников, подвизающихся в бизнесе, и это тоже увеличи-
вает "семейный доход". Тем, у кого нет чиновничьей "крыши", в
чиновничьем государстве преуспеть в качестве частного предприни-
мателя затруднительно.
Повсеместная практика умеренного взяточничества и воровства
чиновников выгодна для самой "верхушки" чиновничества тем, что
даёт убедительное основание отправить в тюрьму любого из "своих",
если он начнёт чем-то этой "верхушке" угрожать. Регулярный
небольшой "отстрел" воров и взяточников позволяет поддерживать
дисциплину в чиновничьих рядах и, кроме того, положительно
воспринимается массой населения.
Слабая "демократическая" оппозиция будет существовать в
подобном обществе столько, сколько будет существовать денежная
подпитка её из-за границы. "Верхушке" эта оппозиция полезна тем,
что 1) позволяет слегка попугивать чиновничий аппарат возможнос-
тью смены власти (это сплочает, дисциплинирует), 2) позволяет
демонстрировать хороших себя на фоне "демократических уродов",
продающихся загранице.
Основной массе населения "демократическая" оппозиция выгодна
тем, что заставляет "верхушку" что-то делать для народа.
Оппозиция делает ставку на молодёжь, потому что у той самое
неблагоприятное соотношение между жизненной энергией и жизненным
опытом. Поскольку молодёжь худо-бедно воспроизводиться даже в
вымирающем обществе, худо-бедно воспроизводятся и сторонники
оппозиции. Набив несколько шишек, молодые люди обычно начинают
больше разбираться в ситуации и оставляют оппозиционную дея-
тельность, но на смену им подрастают новые. Небольшая часть
молодых оппозиционеров переходит в "профессиональные борцы" с
режимом, чередующие короткие отсидки в тюрьме с поездками в
Европу за счёт принимающей стороны.
...
"Белорусский" вариант социального устройства для бюрократии
выгоднее "демократического" или советского: при "демократии" ли-
беральная свора недопотребивших интеллектуалов слишком энергично
разнюхивает, кто сколько украл, и поднимает большой шум, чтобы
набить цену собственной никчемности и оттянуть ресурсы на себя,
а при советской системе отсутствует частный сектор -- основной
источник сверхдоходов чиновничества. Поэтому европейская
бюрократия наверняка где-то даже завидует белорусской (или по
крайней мере должна бы завидовать).
...
Никакого прочного идеологического обоснования такая социальная
система иметь не может, но она в нём не очень нуждается: треску-
чей пропаганды расплывчатого патриотизма обычно бывает доста-
точно.
Ничего специфически белорусского в такой системе нет: есть
только местные второстепенные нюансы. Основной массе населения
эта система выгодна, потому что, среди прочего, означает меньшие
издержки общества на политику, которая этой массе всё равно
малопонятна и не особенно интересна.
О том, почему неправильно называть этот верхний слой элитой.
"Теория элит" разрабатывалась частью по заказу "элит", частью из
стремления привлечь их благосклонное внимание. На самом деле
никаких элит ("избранных", "лучших") нигде нет, а есть только
морально и физически деградирующие "верхушки", приобретающие
власть обманом (через псевдовыборы и т. д.) или прямым захватом.
