Вид с Юга
Среди жителей Юга Италии немало тех, кто считает, что объединение с Севером для них означало не освобождение, а порабощение. Вековечная отсталость Юга, с их точки зрения, — миф. Именно в Неаполитанском королевстве были построены первые в Италии пароходы, железные дороги, здесь впервые появилось газовое освещение.
Почти сразу после объединения в сельских районах Юга начали формироваться — где стихийно, а где стараниями католических кюре и сторонников Бурбонов — повстанческие отряды. Дело в том, что при новой власти налоги возросли, мужчин стали призывать в армию (при Бурбонах она была волонтерской), местная промышленность, которую уже не защищали протекционистские тарифы, умерла.
В 1863 году на Юге было введено военное положение — теперь, чтобы расстрелять человека, достаточно было одного подозрения, что он принадлежит к «бандитам». Число жертв было огромным — около четверти миллиона, миллионы эмигрировали, отправившись искать лучшей жизни в Северной или Южной Америке.
Сопротивление удалось загнать в подполье: именно из него выросли потом знаменитые мафиозные кланы. При всем том на Юге, в отличие от Севера, мало кто мечтает о независимости: без северных дотаций регион сегодня обойтись не может.
Дело в том, что они изначально избрали для себя чрезвычайно формализованный путь, что бы если таки получится отделится, то ни одна юридическая собака бы к ним не подкопалась (хотя думаю, что всё равно подкопается). Грядущий референдум имеет региональный статус и даже если сторонники независимости на нём победят (а скорее всего так и будет), то это только даст основания нынешним Каталонским лидерам инициировать долгий конституционный процесс, который в результате когда-нибудь может быть и приведёт к независимости, но так или иначе на это уйдут годы.