Сулла-2
- Автор темы Lanselot
- Дата начала
amir
Зай XIV
А специально налаженная курьерская служба в это время приготовилась. Ей надлежало передавать главе пмртии - Марию - все свежие политические новости почти в реальном времени.
Поэтому писцы приготовились писать, а бегуны - бежать.
Впрочем, супруга Мария, Юлия, взяла на себя задачу отфильтровывать собщения, дабы они не повлияли негативно на здоровье её супруга.
Поэтому писцы приготовились писать, а бегуны - бежать.
Впрочем, супруга Мария, Юлия, взяла на себя задачу отфильтровывать собщения, дабы они не повлияли негативно на здоровье её супруга.
"Теперь Сулла не обидится, - подумал Квинт Помпей, пробираясь к своему креслу, - только вот, чего же он хотел-то? Чтобы я толкнул речь... А зачем? Вроде сегодня уже не мой месяц..."
Тут он замер. Какое-то смутное сомнение зашевелилось в его голове.
- Какой сегодня месяц? - спросил он у какого-то всадника.
- Февраль, - хихикая ответил всадник.
- Как февраль?
- Год-то високосный. Сегодня - 29 февраля!
- Matrem tuum! - вырвалось у Помпея. - Надо всыпать мальчишке Цезарю по первое марта! Будет знать, как с календарем шутки шутить!
"Ведь мне еще и собрание открывать, - грустно подумал он, направляясь к президиуму. - Как бы чего не переврать-то!"
Тут он замер. Какое-то смутное сомнение зашевелилось в его голове.
- Какой сегодня месяц? - спросил он у какого-то всадника.
- Февраль, - хихикая ответил всадник.
- Как февраль?
- Год-то високосный. Сегодня - 29 февраля!
- Matrem tuum! - вырвалось у Помпея. - Надо всыпать мальчишке Цезарю по первое марта! Будет знать, как с календарем шутки шутить!
"Ведь мне еще и собрание открывать, - грустно подумал он, направляясь к президиуму. - Как бы чего не переврать-то!"
Квинт Помпей присел на свой стул, и тут ему больно по ноге врезал Сулла.
- Иду, иду... - прошептал Помпей и поднялся.
Шум в здании сената стих.
- Отцы! - начал он. - Квириты! Я, как избранный народом консул, принес необходимые жертвоприношения, которые свидетельствуют о благосклонности богов. Кроме того, были и добрые знаки. Во-первых, когда я выходил из дома, по небу летели семь орлов. Во-вторых, меня чуть не сбили носилки с какой-то знатной матроной... И это, заметьте, в восемь утра! Куда торопилась эта женщина, точнее, от кого она торопилась? Впрочем, это к делу не относится... Носилки эти несли семь молодых эфиопов, и это - тоже хороший знак. В-третьих, у здания сената просили милостыню семь одноглазых ветеранов, кажется, Седьмого легиона!
Он обвел торжествующим взглядом толпу сенаторов.
- Это заседание, - продолжал он, - я созвал... для того, чтобы...
Он посмотрел на Суллу: тот делал какие-то знаки.
- ... чтобы поставить на повестку дня вопрос... о войне!
- Иду, иду... - прошептал Помпей и поднялся.
Шум в здании сената стих.
- Отцы! - начал он. - Квириты! Я, как избранный народом консул, принес необходимые жертвоприношения, которые свидетельствуют о благосклонности богов. Кроме того, были и добрые знаки. Во-первых, когда я выходил из дома, по небу летели семь орлов. Во-вторых, меня чуть не сбили носилки с какой-то знатной матроной... И это, заметьте, в восемь утра! Куда торопилась эта женщина, точнее, от кого она торопилась? Впрочем, это к делу не относится... Носилки эти несли семь молодых эфиопов, и это - тоже хороший знак. В-третьих, у здания сената просили милостыню семь одноглазых ветеранов, кажется, Седьмого легиона!
Он обвел торжествующим взглядом толпу сенаторов.
- Это заседание, - продолжал он, - я созвал... для того, чтобы...
Он посмотрел на Суллу: тот делал какие-то знаки.
- ... чтобы поставить на повестку дня вопрос... о войне!
Тактическую паузу Помпей использовал для пробуждения своей памяти.
"Война кого с кем? Кимвров и тевтонов грохнули... Союзников вроде тоже... Тогда кто? Карфагеняне?"
- В годы Сципиона Африканского, - неуверенно продолжил он, - мы особо не задумывались, с кем идти воевать. Шли и били морду первому попавшемуся врагу. А теперь - это серьезная политическая проблема! Вот я тут стою перед вами и распинаюсь не потому, что не помню, с кем мы должны воевать... А потому, что врагов много, а мы одни. Вот... вот... вот что думает по этому важному поводу, к примеру, принцепс сената Флакк?
Он улыбнулся собственной изобретательности и сел в свое кресло, где вскоре и уснул.
"Война кого с кем? Кимвров и тевтонов грохнули... Союзников вроде тоже... Тогда кто? Карфагеняне?"
- В годы Сципиона Африканского, - неуверенно продолжил он, - мы особо не задумывались, с кем идти воевать. Шли и били морду первому попавшемуся врагу. А теперь - это серьезная политическая проблема! Вот я тут стою перед вами и распинаюсь не потому, что не помню, с кем мы должны воевать... А потому, что врагов много, а мы одни. Вот... вот... вот что думает по этому важному поводу, к примеру, принцепс сената Флакк?
Он улыбнулся собственной изобретательности и сел в свое кресло, где вскоре и уснул.
Митридат потянулся и зевнул…Кельтский язык он теперь знал в совершенстве и даже приступил к унификации пантеона кельтских Богов. Между делом армия была собрана… Митридат был уникальным человеком. Он не любил римлян, не потому что те покушались на его царство, и не потому что те были властителями гигантских территорий, Митридат просто не любил людей, а римляне были людьми. В отличии от римлян, греков Митридат считал собаками, поэтому относился к ним более чем хорошо. Римлян он уважал больше, на беду последним. Митридат был очень доволен собой. Ни один яд не брал его, кроме разве что некоторых напитков славянских племён. К некоторым римлянам Митридат относился особенно плохо, к числу последних принадлежал и Маний Аквилий. Вызвано это было тем, что Митридат любил сицилийцев, факт в том, что уже сейчас Митридат обдумывал, как он будет пытать бывшего консула республики. Его размышления прервало донесение о том, что прибыли пять главных пиратов Средиземноморья. Все они были сицилийцы и были у них красивые имена, имена на Итальянском языке, который Митридат, разумеется, знал. Звали их Бонано, Гамбино, Дженавезе, Санталья, Профачи. Митридат уже заключил союз с ними теперь предстояло обговорить детали – процент от доли, время, место… Заняло это не так уж и много времени. За остаток дня было выпито полбочки вина, потом пиратов унесли на их корабли, а Митридат остался один. Всё шло по его плану. Римская республика должна была погибнуть…
amir
Зай XIV
Пока принцепс сената готовился к выступлению, ЦК популяров заключало между собой пари на тему кого он поддержит. Истиных радетелей о благе государства (то бишь их, популяров) или же антинародный режим оптиматов?
Впрочем, наиболее дальновидные склонились к мысли, что его речь будет весьма скользкой и нейтральной.
Впрочем, наиболее дальновидные склонились к мысли, что его речь будет весьма скользкой и нейтральной.
S
Sextus Pompey
Guest
Луций Валерий Флакк, консул 12-летней давности, назначенный принцепсом сената в прошлом году цензорами Луцмем Цезарем и Публием Крассом, поднялся со своего курульного кресла, поправил складки тоги, принял торжественный вид и начал произносить речь:
- Отцы-сенаторы! Вы все знаете, что происходит на востоке, благо наши консулы постарались снять достаточно копий с письма македонского наместника. Поэтому я не буду пересказывать вам его содержание, а скажу о том, что, по моему мнению, должны мы предпринять.
Флакк сделал небольшую паузу, чтобы придать больше значения своим следующим словам, и продолжил:
- Нет сомнения, что предательское нарушение договора о дружбе и союзе, варварское убийство римских граждан, вероломное изгнание из их собственных владений наших друзей – царей Никомеда Вифинского и Ариобарзана Каппадокийского – все эти преступления понтийского царя не могут остаться безнаказанными! Митридат должен получить воздаяние по делам своим! Легионы Рима должны выжечь ядовитое гнездо из Азии! Предлагаю немедленно направить на Восток одну из консульских армий, а командование над ней передать проконсулу Киликии!
В курии поднялся шум, но Флакк, подняв руку, добился тишины и вновь начал говорить:
- Нет, не думайте, что я выжил из ума! Я соображаю в восточных делах получше некоторых! Я прекрасно знаю, что наместник Киликии Квинт Оппий находится в понтийском плену. Именно поэтому новый главнокомандующий должен обладать этой должностью, дабы победами своими смыть позор, нанесенный магистрату римского народа! Вы спрашиваете меня, кто должен занять этот ответственный пост?.. Нет, не надо подсказывать!.. Мой коллега по консульству Гай Марий действительно выдающийся полководец… Но закон гласит, что в провинцию может быть отправлен только действующий магистрат… Так пусть же обязанность наказать царя Митридата примет на себя один из наших консулов – Луций Сулла или Квинт Руф!
Курия вновь огласилась выкриками – сторонники Мария негодовали, оптиматы бурно выражали согласие. Флакк дождался, пока гул прекратится, и продолжил:
- Уважаемому мною Гаю Марию я ни в коей мере не препятствую отправиться на эту войну. Пусть он в очередной раз поставит свои достоинства на службу республике! В качестве легатов будущему проконсулу Киликии пригодится не только он, но и другие опытные военачальники. Не сомневаюсь, что любой из нас с радостью войдет в штаб командующего. Вспомните, как великий Сципион, победитель Ганнибала, отправился легатом консула против царя Антиоха, как неоднократно уходили на войну под чужими ауспициями прославленные Луций Муммий и Эмилий Павел, Метеллы и Агенобарбы, как многие из нас были легатами в войне против марсов у консулов Цезаря и Рутилия и, потом, у Катона и Помпея Страбона. Так объединимся во имя угодной богам мести проклятому Митридату! Поставим на службу республике все, что она может от нас потребовать! И если республика прикажет нам идти на эту войну прстыми легионерами я первым запишусь в легион! Все для войска, все для победы! Они не пройдут! Митридат должен быть придушен!
Флакк, беснуясь и исходя пеной, продолжал выкрикивать шовинистские лозунги, но сенаторы уже не слушали их. Они тоже бесновались и орали, в едином патриотическом порыве забыв о своих партийных разногласиях. Оптимат обнимался с популяром, сторонник Мария держал за руки сулланца, вместе с ним принося общую клятву верности Риму и ненависти к понтийскому царю.
Когда шум умолк, Флакк предложил для голосования проект сенатусконсульта: «Пусть один из консулов по жребию возглавит армию и провинцию Киликию. Пусть он ведет войну против царя Митридата, его союзников и союзников его союзников. Пусть с ним отправятся 12 легатов по выбору самого проконсула и по утверждению этого назначения сенатом. Пусть назначенный проконсул Киликии получит право набирать новые войска из числа римских граждан и союзников римского народа. Пусть проконсулу Киликии в войне против понтийского царя подчиняются наместники провинций римского народа – Македонии и Азии – и вверенные им войска. И пусть государство не потерпит никакого ущерба».
После этого Флакк сел. Сенаторы вновь подняли шум, требуя голосовать немедленно. Но консул оглядел курию, смотря – не желает ли выступить кто-то еще…
- Отцы-сенаторы! Вы все знаете, что происходит на востоке, благо наши консулы постарались снять достаточно копий с письма македонского наместника. Поэтому я не буду пересказывать вам его содержание, а скажу о том, что, по моему мнению, должны мы предпринять.
Флакк сделал небольшую паузу, чтобы придать больше значения своим следующим словам, и продолжил:
- Нет сомнения, что предательское нарушение договора о дружбе и союзе, варварское убийство римских граждан, вероломное изгнание из их собственных владений наших друзей – царей Никомеда Вифинского и Ариобарзана Каппадокийского – все эти преступления понтийского царя не могут остаться безнаказанными! Митридат должен получить воздаяние по делам своим! Легионы Рима должны выжечь ядовитое гнездо из Азии! Предлагаю немедленно направить на Восток одну из консульских армий, а командование над ней передать проконсулу Киликии!
В курии поднялся шум, но Флакк, подняв руку, добился тишины и вновь начал говорить:
- Нет, не думайте, что я выжил из ума! Я соображаю в восточных делах получше некоторых! Я прекрасно знаю, что наместник Киликии Квинт Оппий находится в понтийском плену. Именно поэтому новый главнокомандующий должен обладать этой должностью, дабы победами своими смыть позор, нанесенный магистрату римского народа! Вы спрашиваете меня, кто должен занять этот ответственный пост?.. Нет, не надо подсказывать!.. Мой коллега по консульству Гай Марий действительно выдающийся полководец… Но закон гласит, что в провинцию может быть отправлен только действующий магистрат… Так пусть же обязанность наказать царя Митридата примет на себя один из наших консулов – Луций Сулла или Квинт Руф!
Курия вновь огласилась выкриками – сторонники Мария негодовали, оптиматы бурно выражали согласие. Флакк дождался, пока гул прекратится, и продолжил:
- Уважаемому мною Гаю Марию я ни в коей мере не препятствую отправиться на эту войну. Пусть он в очередной раз поставит свои достоинства на службу республике! В качестве легатов будущему проконсулу Киликии пригодится не только он, но и другие опытные военачальники. Не сомневаюсь, что любой из нас с радостью войдет в штаб командующего. Вспомните, как великий Сципион, победитель Ганнибала, отправился легатом консула против царя Антиоха, как неоднократно уходили на войну под чужими ауспициями прославленные Луций Муммий и Эмилий Павел, Метеллы и Агенобарбы, как многие из нас были легатами в войне против марсов у консулов Цезаря и Рутилия и, потом, у Катона и Помпея Страбона. Так объединимся во имя угодной богам мести проклятому Митридату! Поставим на службу республике все, что она может от нас потребовать! И если республика прикажет нам идти на эту войну прстыми легионерами я первым запишусь в легион! Все для войска, все для победы! Они не пройдут! Митридат должен быть придушен!
Флакк, беснуясь и исходя пеной, продолжал выкрикивать шовинистские лозунги, но сенаторы уже не слушали их. Они тоже бесновались и орали, в едином патриотическом порыве забыв о своих партийных разногласиях. Оптимат обнимался с популяром, сторонник Мария держал за руки сулланца, вместе с ним принося общую клятву верности Риму и ненависти к понтийскому царю.
Когда шум умолк, Флакк предложил для голосования проект сенатусконсульта: «Пусть один из консулов по жребию возглавит армию и провинцию Киликию. Пусть он ведет войну против царя Митридата, его союзников и союзников его союзников. Пусть с ним отправятся 12 легатов по выбору самого проконсула и по утверждению этого назначения сенатом. Пусть назначенный проконсул Киликии получит право набирать новые войска из числа римских граждан и союзников римского народа. Пусть проконсулу Киликии в войне против понтийского царя подчиняются наместники провинций римского народа – Македонии и Азии – и вверенные им войска. И пусть государство не потерпит никакого ущерба».
После этого Флакк сел. Сенаторы вновь подняли шум, требуя голосовать немедленно. Но консул оглядел курию, смотря – не желает ли выступить кто-то еще…
S
Sextus Pompey
Guest
Квинт Серторий выслушал речь принцепса не без удовольствия, но к массовым восторгам сенаторов не присоединился. Человек умный, Серторий прекрасно понимал, что речь эта была не настолько прямой и откровенно, как казалось с первого взгляда.
- А ведь имени наместника он так и не назвал... Да-а... И с Марием... Сомневаюсь, что он пойдет легатом к Сулле, а это означает... О, это означает многое, и в первую очередь то, что вопрос о командующем далеко не решен... Нужно ждать ответного удара от марианцев...
- А ведь имени наместника он так и не назвал... Да-а... И с Марием... Сомневаюсь, что он пойдет легатом к Сулле, а это означает... О, это означает многое, и в первую очередь то, что вопрос о командующем далеко не решен... Нужно ждать ответного удара от марианцев...
Lanselot
Гетьман
Сулла еле удерживался, чтобы самому не подпрыгнуть с кресла. Правда, не потому, что ему хотелось обняться с какой-то тварью из сенатского болота. Совсем наоборот! Но он чувствовал, что вот, сейчас, он находится в нескольких шагах от цели... Услышав же предложение Марию отправиться к нему легатом (он ведь был уверен, что войска поведет он! а кто же еще?!), он не удержался от веселой улыбки. Сулла прекрасно знал, что это совершенно невозможно, но даже помечтать о таком было приятно!
Lanselot
Гетьман
Зато Бибул-старший, приведший сегодня в Сенат сына, торжественно обнял его и сказал:
- Все, хватит тебе глупыми науками заниматься. Поедешь с Суллой.
Мальчик взвыл от восторга!
- А если Сулла не встанет во главе армии? - вьедливо спросил кто-то рядом.
- А кто же еще?! - откликнулся другой голос.
- Все, хватит тебе глупыми науками заниматься. Поедешь с Суллой.
Мальчик взвыл от восторга!
- А если Сулла не встанет во главе армии? - вьедливо спросил кто-то рядом.
- А кто же еще?! - откликнулся другой голос.