"Волынь" - польский фильм о "геноциде"
Святослав Хоменко
ВВС Украина
Мальчика лет десяти поднимают среди ночи взрослые и, судя по всему, пьяные мужики, которые пришли, чтобы сжечь его дом. Сонного и напуганного ребенка крепко обвязывают снопами пшеницы, а потом эти снопы поджигают.
Мальчик кричит от боли, а мужчины, став в круг, пинают ногами этот живой факел друг другу, пока ребенок внутри него не упадет, умерев в страшных муках.
Мужчины - украинцы. Они убили мальчика лишь за то, что он - поляк.
Примерно так выглядит один из кульминационных моментов фильма "Волынь", который в эту пятницу вышел на экраны польских кинотеатров, и который местные критики называют одной из лучших исторических картин в истории польского кино.
Уже сейчас понятно, что таких же положительных рецензий с украинской стороны фильм не дождется. А заявления наблюдателей и самого режиссера "Волыни" о том, что эта премьера может открыть дорогу для настоящего украинско-польского объединения, кажутся как минимум преждевременными.
"Геноцид"
О "Волыни" - фильме об этнических чистках времен Второй мировой, в результате которых погибли десятки тысяч людей, - начали говорить задолго до премьеры.
Историки из двух стран до сих пор не могут прийти к общему знаменателю в описании Волынских событий 1943 года, а в этом году им "на помощь" пришли политики. В июле польский Сейм своим постановлением признал события на Волыни "геноцидом, совершенным украинскими националистами".
Фильм
Image caption
Фильм "Волынь" вышел в кинопрокат Польши 7 октября
Все это происходило на фоне роста антиукраинских настроений в Польше - частично вызванных "героизацией Бандеры", которого здесь считают прямо ответственным за массовое уничтожение поляков, частично из-за общего "смещения вправо" польского общества после недавней смены власти в стране.
Поэтому вряд ли стоит удивляться, что ряд как польских, так и украинских экспертов перед премьерой опасались, что этот фильм способен ухудшить стратегические отношения между двумя странами.
Пикантности ситуации добавляло и то, что режиссером ленты стал Войцех Смажовский - один из самых заметных режиссеров современного польского кинематографа. Здешние кинокритики называют его стиль по меньшей мере оригинальным.
София Андрухович в колонке для издания "Збруч" выражается более откровенно: "Смажовский - режиссер, известный своим умением отображать темное дно человеческой души, понурость, безнадежность, ненависть и подлость".
Соответственно, фильм получился нелегким с визуальной точки зрения. На сентябрьском Гдынском кинофестивале, где лента демонстрировалась впервые, некоторые зрители в определенные моменты выбегали из зала, чтобы вернуться только тогда, когда самые натуралистичные сцены убийств и пыток закончатся.
Из идиллии в ад
Фильм начинается со сцены свадьбы девушки-польки и парня-украинца. Картины мирной жизни: свадебные песни поют на двух языках, все прекрасно понимают друг друга и живут в целом в согласии.
Юная полька Зося влюбляется в ровесника украинца, однако отец выдает ее за старшего и более богатого вдовца-поляка. Дальше - начинается война. В село входят "советы", впоследствии немцы, а потом - начинается ад. Банды УПА при поддержке местного населения нападают на польские села, к жестоким ответным действиям прибегают поляки.
Среди этого вихря смерти и взаимной ненависти Зося пытается уцелеть сама и спасти своих детей.
Этот посетитель премьеры говорит, что фильм сильный, но он разочарован
Image caption
Этот посетитель премьеры говорит, что фильм сильный, но он разочарован
Несмотря на то, что Войцех Смажовский во время написания сценария и съемок консультировался с польскими исследователями Волынских событий, сам он утверждает, что снятый им фильм является произведением искусства, а не учебником истории.
Оправдывает ли это ряд исторических неточностей, допущениях в фильме?
Например, одна из самых сильных сцен картины - освящение украинским священником топоров, серпов, вил и кос, которыми агрессивные украинцы вот-вот пойдут убивать своих польских соседей. Один из самых заметных польских исследователей Волынской трагедии Гжегож Мотыга признает: доказательств того, что подобные вещи имели место, нет. Но выглядят эти кадры действительно впечатляюще, и режиссера, который использовал их в фильме, учитывая эмоциональный шок, который они вызывают, в какой-то степени можно понять. Наверное.
Или, например, то, что "банды УПА" в фильме выглядят как явно большее зло по сравнению с гитлеровцами или, особенно, советскими оккупантами. В один момент Зося с ребенком на руках символически вклинивается в строй нацистов, и только это спасает ее от смерти от рук "бандеровцев".
Откуда ненависть?
Еще одна проблема фильма - отсутствие широкого исторического контекста, отсутствие объяснения, а что же именно привело к тому, что в Украине сегодня называют Волынской трагедией, а в Польше - геноцидом.
Волынь из первой части фильма - это идиллическое место, где украинцы, поляки и евреи живут в мире и без проблем роднятся, свадебные песни поют на двух языках. Если же где-то и раздается возмущение, мол, церкви закрывают или полякам достаются лучшие земельные наделы, - это обычная болтовня украинцев за очередной рюмкой водки.
Достаточно ли этого для зарождения волны ненависти, которая привела к десяткам тысяч жертв? Зритель, судя по всему, должен сделать вывод, что да.
Вопрос, который беспокоил и беспокоит наблюдателей по обе стороны границы между Украиной и Польшей: является ли "Волынь" антиукраинским фильмом?
Наверное, этого не хотел сам Смажовский. Режиссер признается, что искал сорежиссера с украинской стороны, но никто на его приглашение не откликнулся.
Проблемы испытывали создатели "Волыни" и в поисках украинских актеров для съемок в картине.
В польской прессе много дискутируют о последствиях фильма Смажовского
Image caption
В польской прессе много дискутируют о последствиях фильма Смажовского
"Я знаю нескольких замечательных украинских актеров, которых пригласили играть в этом фильме. Несмотря на жаркие симпатии к полякам, прочитав свои роли, они отказались, сказав, что это настоящая школа ненависти", - рассказала польскому Newsweek Оксана Забужко.
В результате - часть "украинцев" из фильма, в том числе "бандеровцев", говорят на украинском с очень заметным польским акцентом.
Карикатура на украинцев
В целом же украинцы в фильме за небольшими исключениями представлены чрезвычайно стереотипно, а порой даже карикатурно.
Формально баланс в "Волыни" соблюден. Видим мы здесь украинцев, у которых не поднимается рука на убийство польского соседа, и батюшку, который призывает любить ближнего.
Однако фактом также является то, что, за исключением нескольких гражданских жителей, украинцы в этом фильме являются дегуманизированный массой, которая убивает поляков, с радостью приветствует каждую новую власть, которая приходит в их село, или, например, держит красно-черные флаги у ночного костра, скандируя "Слава Украине - Героям слава!"
Кстати, даже польская пресса с тревогой замечает, что подобные сцены не могут не вызвать у многих поляков ассоциации с киевским Майданом.
Могли ли создатели фильма обойтись без одиозных - до гротеска - сцен?
"Смажовского интересовал все более массовый запрос польского общества на общенациональный трагический фильм", - написал об этом Юрий Андрухович.
Украинцы, похоже, стали жертвами этого запроса.
"Мост, а не стена"
Впрочем, режиссер утверждает, что его фильм будет работать на украинско-польское объединение.
"Этот фильм должен быть мостом, а не стеной ... Нам нужны хорошие отношения с украинцами, а украинцам - с нами. Через некоторое время этот фильм будет работать на очищение этих отношений", - говорит он, добавляя, что его "Волынь" направлена не против украинцев, а против национализма.
Доказательством добрых намерений Смажовского является и то, что он устроил предпоказ своей картины для польских экспертов по восточной политике и украинских дипломатов.
Волынь
Реакция последних на фильм была достаточно прохладной: посол Украины в Варшаве Андрей Дещица дипломатично заявил, что лента "не отражает всю картину процессов, которые происходили на Волыни".
Дещица добавил: есть все основания утверждать, что фильм этот будут использовать для разжигания вражды между украинцами и поляками "третьи силы", имея в виду Россию.
"Слава Украине" как "Хайль Гитлер"
И действительно, ряд наблюдателей по обе стороны границы сходятся во мнении: фильм о Волыни выходит на большой экран в исключительно неблагоприятное время.
Наверное, многие украинские обозреватели назовут "Волынь" очередным - после "геноцидного" постановления польского Сейма - польским "ударом в спину" стране, которая ведет гибридную войну с Россией. И для них слабым оправданием станет то, что работу над фильмом Войцех Смажовский начал еще в 2012 году, задолго до второго Майдана.
Воспользуется ли этим фильмом российская пропаганда? Кажется, у нее будут для этого все возможности.
Заявление известного духовного и общественного деятеля Тадеуша Исааковича-Залесского, который на одном из предпоказа "Волыни" заявил, что лозунг "Слава Украине!" звучит как "Хайль Гитлер!" и, исходя из увиденного в картине, имел на это полное право, - готовый темник для пропагандистской машины Кремля.
Впрочем, объяснить возможную связь "Волыни" с ее предполагаемым использованием для ухудшения межнациональных отношений третьими силами очень трудно.
"При чем тут Россия? Это наша история - наша и ваша. Мы должны знать правду, и не приплетайте сюда Россию", - типичная и обычно очень эмоциональная реакция зрителей "Волыни" на предположение о геополитическом значении фильма.
"Потому что Россия"
"До сих пор мы десятилетиями делали все, чтобы украинцы, не дай Бог, не подумали о нас плохо, чтобы их не уязвить. Мы носили их на руках, инстинктивно избегали всех тем, которые могли бы быть для них болезненными. Мы так делали, "потому что Россия"... Этот фильм помогает нам вырасти и по-другому посмотреть на нас самих и на наши приоритеты", - заявил по поводу "Волыни" известный польский публицист Петр Сквецинский, подтвердив тем самым опасения относительно того, что украинско-польские отношения, важные для обеих стран, сейчас находятся не в лучшем состоянии. А при новой власти в Польше, опасаются скептики, нечего и ожидать их заметного улучшения.
А вот украинский историк Ярослав Грицак уверен: после "Волыни" все худшее, что могло произойти в отношениях между Украиной и Польшей, уже произошло, и ущерб, причиненный этим отношениям, вовсе не является критическим.
Другое дело - как "Волынь" повлияет на положение украинцев, которые уже сейчас живут и работают в Польше. Зрители, которые выходят с фильма, уверяют, что польское общество четко разделяет болезненные события общей истории и нынешние реалии, поэтому отношение поляков к украинцам никоим образом не изменится.
Однако то, что справедливо для почти миллионного университетского Кракова, может быть не так очевидно для меньших городов и городков, особенно в бедной восточной Польше, географически близкой к Украине, на территории которой память о событиях на Волыни до сих пор является более болезненной, чем в других местах.
Возможен ли диалог?
А между тем, несмотря на в целом положительные отзывы о фильме со стороны кинокритиков, дискуссия о том, какие последствия будет иметь "Волынь" для украинско-польских отношений, полным ходом идет на страницах польской прессы.
"Для украинской стороны фильм, который бы правдиво отражал историю, должен быть чем-то вроде "Джанго" Квентина Тарантино с бойцами УПА в качестве рабов, которые требуют мести", - с грубой иронией говорит в интервью изданию Gazeta Wyborcza историк Гжегож Мотыга, который консультировал создателей "Волыни".
"Если мы должны говорить в таких категориях - господа против рабов - то мы не договоримся никогда", - лаконично отвечает ему в колонке в этом же издании известный публицист Павел Смоленский.
Президент Порошенко почтил память жертв Волынской трагедии во время визита в ВаршавуImage copyrightPRESIDENT.GOV.UA
Image caption
Президент Порошенко почтил память жертв Волынской трагедии во время визита в Варшаву
А политолог из Варшавского университета Адам Бальцер в статье для Gazeta Prawna откровенно идет против мейнстрима, называя фильм "потерянным шансом на реальное объединение с украинцами".
"Польский восторг по поводу "Волыни" как шедевра, который открывает правду, показывает, что мы не готовы к настоящему диалогу с украинцами. Мы считаем, что любая корректировка нашей интерпретации тех событий является ненужной, а результатом "диалога" должно быть безусловное восприятие нашей правды украинцами", - пишет он.
Гнетущий фильм
Так или иначе, а зрителей, которые выходят с премьеры "Волыни", узнать достаточно легко. Их взгляд устремлен в пустоту, они не горят желанием обсуждать только что увиденное ни с кем - даже с друзьями, с которыми пришли в кинотеатр, а уж тем более с киевским журналистом.
Одно из немногих исключений - пани Катажина. Она выходит из небольшого кинотеатра в центре Кракова и закуривает. Она - учительница польского, которая пришла на фильм со своими учениками-подростками.
"Что скажешь, Филипп?" - обращается она к одному из своих подопечных, который вышел из кинотеатра вслед за ней.
"Сильный фильм. Гнетущий", - немного растерянно отвечает он. Выдерживает паузу и робко говорит: "Пани Катажина, а угостите сигаретой. После такого фильма, пожалуй, можно".
"Иди домой, Филипп", - улыбается учительница, и Филипп уходит.
Она затягивается.
"Я разочарована фильмом. Это "черно-белая" картина, в которой украинцы слишком "черные", а поляки слишком "белые". Ее нельзя смотреть без очень хорошей базы знаний по истории", - говорит она и добавляет: судя по всего, с юными зрителями "Волыни" нужно будет дополнительно обсудить увиденное.
Пани Катажина затягивается еще раз и говорит: в ее лицее учатся несколько учеников из Украины, и она думала о том, чтобы устроить совместный поход в кино для них и польских сверстников. После того, как посмотрела "Волынь" сама, уверена: это - не самая лучшая идея.
.....
