... Как он мог вести переговоры, когда Европа непременно стала бы протестовать против такого нарушения Венского трактата, в силу которого Англия становилась отнюдь не собственником Корфу, а всего лишь протектором семи островов, и который навсегда установил карту территориального деления Европы? Появление этих газетных статей было действительно встречено протестами со стороны России и Франции.
Отметим en passant [между прочим. Ред.], что Венский трактат, единственный признанный в Европе кодекс международного права, представляет собой одну из самых чудовищных fictiones juris publici [фикций международного права. Ред.], когда-либо известных в летописях истории человечества. О чем говорится в первой статье этого трактата? О свержении Бонапартовской династии с французского престола на вечные времена; однако на нем восседает Луи-Наполеон, основатель Второй империи, признанный и именуемый братом всеми коронованными особами Европы, принятый ими с лаской и поклонами. Другая статья обусловливает, что Бельгия дарована Голландии на вечные времена; между тем вот уже на протяжении восемнадцати лет отделение Бельгии от Голландии является, в свою очередь, не только fait accompli [совершившимся фактом. Ред.], но и узаконенным фактом.
Далее, Венский трактат предписывает, чтобы Краков, присоединенный к Австрии в 1846 г., навсегда оставался независимой республикой; и последним, но не менее важным условием трактата является то, что Польша, включенная Николаем в состав Российской империи, должна быть независимым конституционным королевством, связанным с Россией только личной унией через династию Романовых. Таким-то образом лист за листом вырывался из этой священной книги европейского jus publicum [международного права. Ред.], и на нее ссылаются лишь тогда, когда это обусловлено интересами одной партии или слабостью другой.