Это Вы с чего сделали такой вывод? Мне лично очень комфортно в ЮВ Азии. В Китае - тоже. Мне тут, правда, недавно попеняли, что я не должна опираться на свои личные воспоминания и впечатления ( интересно, а на что?), но моя знакомая, прожившая в Таиланде несколько лет, вспоминает эти годы, как счастливейшие в жизни, в том числе и из-за отношения местных людей к "белым обезьянам".
Я про Китай-Японию-Корею. Проживать в этих странах иностранцу может быть вполне комфортно, но ассимилироваться невозможно. Сойти "за своего" и интегрироваться в ту жизнь, которой живут местные жители нереально. Мои представления об этом - из литературы и интернета, а не из личного опыта.
Про японцев, наименее расистски настроенных среди этих народов из А. Нотомб:
В дружественной Юмимото компании работал голландец двадцати семи лет по имени Пит Крамер. Не смотря на то, что он не был японцем, он достиг должности равной по статусу должности моей мучительницы. Поскольку его рост равнялся одному метру девяноста сантиметрам, я подумала, что он мог бы стать неплохой партией для Фубуки. И действительно, когда ему приходилось бывать в нашем офисе, она пускалась в неистовые брачные игры, беспрестанно теребя свой ремень.
Это был статный, хорошо сложенный молодой человек. Тем более он был голландцем: это наполовину германское происхождение делало простительным его принадлежность к белой расе.
...
К несчастью, было очень жарко. Голландец снял пиджак, и на его рубашке выступили широкие пятна пота вокруг подмышек. Я увидела, как Фубуки изменилась в лице. Она пыталась говорить как ни в чём не бывало, словно ничего не заметила. Но голос её звучал фальшиво, и чтобы выдавливать из себя звуки, ей приходилось вытягивать шею вперёд. Всегда такая красивая и невозмутимая, теперь она походила на вспугнутую куропатку.
Продолжая вести себя столь жалким образом, она исподтишка наблюдала за коллегами. Её последняя надежда была на то, что никто ничего не заметил, но, увы, невозможно было узнать, заметил ли кто то то же, что и она. По лицу японца вообще ничего невозможно понять. Лица служащих Юмимото излучали невозмутимую благожелательность, типичное выражение, свойственное им во время встреч с представителями дружественной фирмы.
Самым смешным было то, что Пит Крамер даже не заметил того, что стал объектом скандального происшествия и причиной потери душевного равновесия милой мадемуазель Мори. Её ноздри трепетали, и причину этого не трудно было угадать. Она хотела понять, был ли замечен подмышечный позор голландца.
И вот тут то наш симпатичный батав , сам того не подозревая, нанёс урон процветанию евроазиатской расы: заметив в небе дирижабль, он подбежал к окну. От этого быстрого перемещения по воздуху разлился душистый шлейф, а сквозняк разнёс запах по всей комнате. Не оставалось никакого сомнения, от Пита Крамера пахло потом.
Никто в огромном офисе не мог этого не знать. И никого не умилил детский восторг паренька при виде рекламного дирижабля, который регулярно пролетал над городом.
Когда пахучий иностранец удалился, моя начальница была бледна. Однако, ей предстояло худшее. Начальник отдела господин Саито первым кинул камень:
— Я бы не выдержал ни минуты дольше!
Таким образом, было разрешено позлословить. Остальные тотчас же подхватили:
— Да понимают ли эти белые, что от них пахнет мертвечиной?
— Если бы только объяснить им, как от них воняет, мы бы озолотились на продаже качественных дезодорантов на западном рынке!
— Мы могли бы помочь им пахнуть получше, но невозможно помешать им потеть. Такова их раса!
— У них даже красивые женщины потеют.
Они были очень довольны. Мысль о том, что их слова могли меня обидеть, никому не пришла в голову. Сначала мне это польстило: может быть они не считали меня за Белую. Однако, прозрение быстро снизошло на меня: если они не стеснялись моего присутствия, то просто потому, что со мной можно было не считаться.