Aelia
Virgo Maxima
Главы 21-25 в переводе Смыкова выкладывались на XLegio. Ссылку я потеряла, но сам текст сохранила, вот:
21. (1) Затем, когда он устроил все для того, чтобы римляне погибли, а их враги победили (ведь он выставил в качестве предлога, что находится у Сурены для наблюдения за ним), он вывел беспечных римлян в поход под тем предлогом, что все готово для победы, а сам напал на них вместе с парфянами во время сражения.
(2) Случилось же вот что. Парфяне выступили навстречу римлянам, скрыв большую часть своего войска (ведь местность была и кое-где холмистая, и леса там были). Увидев их, Красс - не тот, о котором идет речь, а младший, прибывший к своему отцу из Галатии - (3) самоуверенно полагая, что они были одни, повел на них свою конницу; когда они преднамеренно обратились в бегство, он, считая, что одержал победу и преследуя их, был уведен далеко от пешего строя и там, попав в окружение, разбит.
22. (1) Когда это произошло, пешие римляне не обратились в бегство, но отважно вступили с парфянами в бой, намереваясь отомстить за него. Однако они не совершили ничего такого, что было их достойно, из-за многочисленности неприятеля и его образа действий, а в особенности - из-за того, что стали жертвами козней Абгара. (2) Если они решали сомкнуть щиты, чтобы плотностью своего строя избежать выпущенных парфянами стрел, то набросившиеся на них копейщики своим натиском некоторых из них убивали, а некоторых совершенно рассеивали; если же они разъединяли строй, чтобы этого избежать, то их поражали стрелами. (3) В это время многие умирали, обезумев от страха от одного только прибытия копейщиков, и многие были истреблены конниками, оказавшись в безвыходном положении; а другие были повержены ударами копий или их уносили, пронзенных. (4) А метательные снаряды (βέλη), одновременно с этим падая на них часто и повсеместно, многих сражали смертельным ударом, а многих - делали небоеспособными. Покоя же они не давали всем: ведь они вонзались им в глаза, поражали руки и другие части тела, и, пронзая доспехи и лишая воинов этой защиты, принуждали их обнажаться перед новыми ранениями, (5) так что пока человек защищался от стрел или извлекал уже вонзившиеся в него, он получал одну за другой еще больше ран. Поэтому им было трудно двигаться, но трудно и оставаться в покое; ведь они не имели безопасности ни в том, ни в другом случае, но то и другое несло гибель, одно - так как они не могли это осуществить, другое - так как в этом случае их было легче изранить.
23. (1) Однако все это - лишь то, что они претерпели, сражаясь с одними только явными врагами: ведь Абгар не сразу напал на них. Когда же и он совершил нападение, тогда осроенцы и сами поражали их, обращенных к ним незащищенной стороной, сзади, и другим врагам дали возможность убивать их более легко. Ведь, когда строй разворачивался, чтобы оказаться с ними лицом к лицу, в тылу у него оказывались парфяне. (2) Они поворачивались назад, лицом к ним, а потом - вновь к осроенцам, и снова к парфянам. И они, приведенные из-за этого в еще большее замешательство, так как все время поворачивались то туда, то сюда, и при этом постоянно им приходилось глядеть на врагов, которые наносили им раны, бросались на свои собственные мечи, а многие и убивали друг друга. (3) Наконец они были сжаты на небольшом клочке земли до такой степени, что были вынуждены, так как враги постоянно атаковали их со всех сторон, прикрывать щитами тех, кто стоял рядом, свои незащищенные части тела, потому что больше были не в состоянии двигаться. У них даже не было надежного места, где можно было стоять, по причине множества трупов, которые были навалены и рядом с ними. (4) А на оставшихся в живых ужасающе действовали как жара и жажда (ведь стояла середина лета, а все это происходило в полдень), так и пыль (ведь, чтобы ее поднялось как можно больше, все варвары скакали вокруг них на лошадях), и многие умерли и из-за этого, даже будучи невредимыми.
24. (1) Римляне погибли бы совершенно, если бы копья у варваров у кого не погнулись, а у кого - не переломились, если бы тетивы у них не перетерлись вследствие постоянной стрельбы, если бы метательные снаряды не оказались израсходованными, а все мечи не затупились бы; самым же главным было то, что устали сами убивающие люди. (2) И вот тогда-то (ведь уже наступала ночь и им было необходимо ускакать верхом куда-нибудь подальше) парфяне отступили: ведь они никогда не располагаются лагерем поблизости от даже более слабых противников по той причине, что не копают никаких рвов для защиты, а также потому, что они были бы лишены возможности показать силу как своих лучников, так и конницы, если бы кто-нибудь напал на них в темноте. (3) К тому же в этот раз они не захватили живыми никого из римлян; видя, что те остаются в полном вооружении, и приняв во внимание, что никто из них не бросил свое оружие и не спасается бегством, неприятели посчитали, что у них еще есть силы и побоялись, что они совершат нападение.
25. (1) Затем Красс и все остальные, кто еще был в состоянии, двинулись в Карры, верность которых им была сохранена при помощи оставленных в городе римлян; но многие из раненых остались на поле битвы, не будучи в состоянии идти и не найдя средств передвижения, не имея даже поводырей (ведь остальные и сами-то едва шли). (2) Из них одни умерли от ран или сами лишили себя жизни, другие же были захвачены в плен на следующий день; а из тех, кому удалось уйти, многие умерли по пути и многие - позже, так как телесные силы их покинули, а получить надлежащую заботу в тех обстоятельствах они не могли. (3) Ведь павший духом Красс посчитал, что не может быть в безопасности даже оставаясь в городе, и потому задумал немедленное бегство. А так как он не мог уйти днем, не будучи уличенным в этом, он попытался тайно бежать ночью, но был выдан луной (ведь в это время было полнолуние) и не остался незамеченным. (4) Поэтому они дождались безлунных ночей и, выступив так во тьму, в страну чужую, да к тому же еще и враждебную, с сильным страхом, рассеялись в разные стороны; из них одни погибли, когда наступил следующий день, другие спаслись в Сирию вместе с квестором Кассием Лонгином, (5) а остальные, достигшие гор с самим Крассом, приготовились через них уйти в Армению.
Остальное переведем.
21. (1) Затем, когда он устроил все для того, чтобы римляне погибли, а их враги победили (ведь он выставил в качестве предлога, что находится у Сурены для наблюдения за ним), он вывел беспечных римлян в поход под тем предлогом, что все готово для победы, а сам напал на них вместе с парфянами во время сражения.
(2) Случилось же вот что. Парфяне выступили навстречу римлянам, скрыв большую часть своего войска (ведь местность была и кое-где холмистая, и леса там были). Увидев их, Красс - не тот, о котором идет речь, а младший, прибывший к своему отцу из Галатии - (3) самоуверенно полагая, что они были одни, повел на них свою конницу; когда они преднамеренно обратились в бегство, он, считая, что одержал победу и преследуя их, был уведен далеко от пешего строя и там, попав в окружение, разбит.
22. (1) Когда это произошло, пешие римляне не обратились в бегство, но отважно вступили с парфянами в бой, намереваясь отомстить за него. Однако они не совершили ничего такого, что было их достойно, из-за многочисленности неприятеля и его образа действий, а в особенности - из-за того, что стали жертвами козней Абгара. (2) Если они решали сомкнуть щиты, чтобы плотностью своего строя избежать выпущенных парфянами стрел, то набросившиеся на них копейщики своим натиском некоторых из них убивали, а некоторых совершенно рассеивали; если же они разъединяли строй, чтобы этого избежать, то их поражали стрелами. (3) В это время многие умирали, обезумев от страха от одного только прибытия копейщиков, и многие были истреблены конниками, оказавшись в безвыходном положении; а другие были повержены ударами копий или их уносили, пронзенных. (4) А метательные снаряды (βέλη), одновременно с этим падая на них часто и повсеместно, многих сражали смертельным ударом, а многих - делали небоеспособными. Покоя же они не давали всем: ведь они вонзались им в глаза, поражали руки и другие части тела, и, пронзая доспехи и лишая воинов этой защиты, принуждали их обнажаться перед новыми ранениями, (5) так что пока человек защищался от стрел или извлекал уже вонзившиеся в него, он получал одну за другой еще больше ран. Поэтому им было трудно двигаться, но трудно и оставаться в покое; ведь они не имели безопасности ни в том, ни в другом случае, но то и другое несло гибель, одно - так как они не могли это осуществить, другое - так как в этом случае их было легче изранить.
23. (1) Однако все это - лишь то, что они претерпели, сражаясь с одними только явными врагами: ведь Абгар не сразу напал на них. Когда же и он совершил нападение, тогда осроенцы и сами поражали их, обращенных к ним незащищенной стороной, сзади, и другим врагам дали возможность убивать их более легко. Ведь, когда строй разворачивался, чтобы оказаться с ними лицом к лицу, в тылу у него оказывались парфяне. (2) Они поворачивались назад, лицом к ним, а потом - вновь к осроенцам, и снова к парфянам. И они, приведенные из-за этого в еще большее замешательство, так как все время поворачивались то туда, то сюда, и при этом постоянно им приходилось глядеть на врагов, которые наносили им раны, бросались на свои собственные мечи, а многие и убивали друг друга. (3) Наконец они были сжаты на небольшом клочке земли до такой степени, что были вынуждены, так как враги постоянно атаковали их со всех сторон, прикрывать щитами тех, кто стоял рядом, свои незащищенные части тела, потому что больше были не в состоянии двигаться. У них даже не было надежного места, где можно было стоять, по причине множества трупов, которые были навалены и рядом с ними. (4) А на оставшихся в живых ужасающе действовали как жара и жажда (ведь стояла середина лета, а все это происходило в полдень), так и пыль (ведь, чтобы ее поднялось как можно больше, все варвары скакали вокруг них на лошадях), и многие умерли и из-за этого, даже будучи невредимыми.
24. (1) Римляне погибли бы совершенно, если бы копья у варваров у кого не погнулись, а у кого - не переломились, если бы тетивы у них не перетерлись вследствие постоянной стрельбы, если бы метательные снаряды не оказались израсходованными, а все мечи не затупились бы; самым же главным было то, что устали сами убивающие люди. (2) И вот тогда-то (ведь уже наступала ночь и им было необходимо ускакать верхом куда-нибудь подальше) парфяне отступили: ведь они никогда не располагаются лагерем поблизости от даже более слабых противников по той причине, что не копают никаких рвов для защиты, а также потому, что они были бы лишены возможности показать силу как своих лучников, так и конницы, если бы кто-нибудь напал на них в темноте. (3) К тому же в этот раз они не захватили живыми никого из римлян; видя, что те остаются в полном вооружении, и приняв во внимание, что никто из них не бросил свое оружие и не спасается бегством, неприятели посчитали, что у них еще есть силы и побоялись, что они совершат нападение.
25. (1) Затем Красс и все остальные, кто еще был в состоянии, двинулись в Карры, верность которых им была сохранена при помощи оставленных в городе римлян; но многие из раненых остались на поле битвы, не будучи в состоянии идти и не найдя средств передвижения, не имея даже поводырей (ведь остальные и сами-то едва шли). (2) Из них одни умерли от ран или сами лишили себя жизни, другие же были захвачены в плен на следующий день; а из тех, кому удалось уйти, многие умерли по пути и многие - позже, так как телесные силы их покинули, а получить надлежащую заботу в тех обстоятельствах они не могли. (3) Ведь павший духом Красс посчитал, что не может быть в безопасности даже оставаясь в городе, и потому задумал немедленное бегство. А так как он не мог уйти днем, не будучи уличенным в этом, он попытался тайно бежать ночью, но был выдан луной (ведь в это время было полнолуние) и не остался незамеченным. (4) Поэтому они дождались безлунных ночей и, выступив так во тьму, в страну чужую, да к тому же еще и враждебную, с сильным страхом, рассеялись в разные стороны; из них одни погибли, когда наступил следующий день, другие спаслись в Сирию вместе с квестором Кассием Лонгином, (5) а остальные, достигшие гор с самим Крассом, приготовились через них уйти в Армению.
Остальное переведем.
