Сципион Эмилиан

Rufina

Претор
Эмилиан же произнес против Азелла пять речей! Тут не может идти никакой речи о неуважении к процедуре; напротив, видно, что Эмилиан отнесся к делу более чем серьезно.
А куда ему было деваться, если уж он решил отвечать Азеллу? Как я понимаю, он произнес пять речей не за один раз, а на каждом заседании, потому как решение с первого-второго раза вынесено не было. Поручить продолжить отвечать другому, например Лелию, видимо, считал не нужным. Хотя очень интересно, к чему Азелл прицепился столь капитально. Была в Риме какая-нибудь статья, аналогичная нашей "за клевету"?
На мой взгляд, дело тут в том, что гракханцы образца 131-129 г. были не той партией, обвинения которой Эмилиан мог бы испугаться. В этом конфликте Эмилиан был на «правильной» стороне.
Сципион Старший с "правильной" стороны вообще не сходил, разве нет? Вот, хоть убей, не могу понять что такое страшное произошло или могло произойти со Сципионом Старшим (я имею ввиду физически), что никак не смог бы пережить Эмилиан?
Далее идут всякие психологические построения, которые в значительной мере висят в воздухе и не требуют непременного аргументированного опровержения. Их можно не воспринимать всерьез. :) Я просто делюсь своими впечатлениями об этом человеке и пытаюсь нарисовать картинку, которая объясняла бы его поступки.
Спасибо :)
Он хотел, чтобы его воспринимали как консерватора, блюстителя нравов и обычаев предков, охранителя государства, если и первого – то только среди равных. Он хотел делать все правильно и как положено.
(Это тоже мои личные построения
blush2.gif
) Возможно. Только мне кажется именно таково было его искореннее желание. Помнишь его разговор с Полибием? Смысл речей 18-летнего Сципиона был примерно такой: " Я очень хочу, чтобы меня считали достойным моего рода и моих предков, но люди видят иное". К тому времени Сципион уже принял участие в битве при Пинде и, видимо, решил, что его жизнь - карьера полководца, но понимал, что без народного (в широком смысле слова) признания ему не обойтись. И решил на гражданском поприще пойти самым традиционным путем (избегая, однако, судов, возможно ты права, в память о дедах). Это объясняет и то, почему аграрный закон, который, как ты пишешь "явился бы восстановлением древних обычаев, он позволил бы сократить расслоение населения, возродить класс мелких землевладельцев, когда-то составлявших основу римского государства и армии" не стал для него таким уж принципиальным. Возможно, он считал, что сражаясь под его командованием, солдаты всегда получат достойную награду и, зная это, пойдут за ним и все будет хорошо.
А если бы он поддержал гракханцев, то союз влиятельного полководца с народом неизбежно был бы истолкован как вызов власти сената и стремление захватить в свои руки контроль над государственными делами.
Да, только союз с гракханцами был невозможен по личным причинам, а поэтому в этом вопросе ни у кого не могло быть сомнений, чью сторону примет Сципион. Причем более-менее активную позицию он начал занимать только с 131 г.
 

Rufina

Претор
То, что я пишу по этим вопросам, имело и имеет большее отношение к сочинениям Цицерона, чем к реальным Сципиону с Лелием.
Но ведь добро в 133 г. все-таки победило, силы тьмы были рассеяны силами света, справедливость восторжествовала, порок был наказан, а добродетель вознаграждена... А вот со смертью Эмилиана – упс.
Красивая картина, Цицерону она бы понравилась, вот только аграрные законы остались в силе, а Назика, бедняга, в Азию уехал... Ну и где справедливость? :cool:
Но сначала хотела бы уточнить: ты сама-то как считаешь? Прислушивался Эмилиан к Лелию или нет? Считал ли Цицерон, что он прислушивался, или нет? На что конкретно мне искать ответ?
Трудно сказать...Сципион Старший был другом отца Лелия. Теоретически, могло оказаться, что Лелий был никаким не другом, в том смысле, как мы понимаем дружбу, а просто рыбой-прилипалой при знатном патриции, унаследовав amicitia от отца. Но так я не думаю. Лелий с Эмилианом были знакомы/дружны много лет, первое упоминание об их дружбе есть у Светония, относящееся ко временам, когда Сципион совсем еще молод. Возможно, в ту пору Сципион и прислушивался к советам Лелия, который был старше его на несколько лет. Но, думаю, что в компании, называемой "кружком Сципиона", Лелий, как и прочие играл роль ведомого. Даже из того, что пишет Цицерон у меня не сложилось впечатления, что у Лелия были какие-то задатки для того чтобы стать "серым кардиналом". Напротив, спокойный, "разумный" человек, уживающийся даже с Гальбой, недругом Сципиона; то, что самая известная речь его была о жреческих колегиях, где он выступал за сохранение старых правил кооптации, говорит о его интересах и приоритетах. Не знаю, к чему мог прислушиваться Сципион, скорее, Лелий следовал за Сципионом и готов был отстаивать его интересы (консульские выборы 141 г, выступление против законопроекта Карбона...) Но, думаю, Лелия Эмилиан уважал, люди не могут пребывать в течении многих лет в тесной связи без взаимного уважения, если, разумеется, они не связаны отношениями клиент - патрон.

А Цицерон - да, считал. Ему было приятно так думать, ты сама написала, чтоу Лелия с Цицероном было много общего. И таким мыслям вполне могли поспособствовать родственники и знакомые Лелия, с кем был знаком Цицерон.

Честно говоря, не знаю, какой ответ я хотела бы найти: про Лелия вообще известно не много, он не был видным политиком и занимал весьма скромное место в римской истории, и то, что можно найти в источниках, полне может оказаться повторением мнения Цицерона или отголосками "Истории" Фанния, который тоже не должен был бы обидеть тестя. Не знаю, по каким параметрам можно было бы судить о степени влияния Лелия на Сципиона.
Руфина, выкинь Трохачева на помойку. :diablo:
:blush2: Трохачев замечателен тем, что из его писанины невозможно понять кто, что, кого и кому. Не знаю, с какого языка он переводил, но с русским он точно не дружит.
mad.gif

Я просто искала цитату, говорящую об этом эпизоде. Насколько я помню, когда шла речь о провинции, сенат склонялся к тому, чтобы передать ее Лелию, действительно опытному военачальнику и всеми уважаемому человеку, способному самостоятельно успешно провести военную кампанию и заслужить триумф. Сципион же поддержал в этом вопросе своего брата, предложив себя в легаты, тем самым фактически расписавшись в "профнепригодности" Луция Сципиона, т.е., встав на сторону менее достойного. Думаю, Лелию было обидно.
А что там написано про триумфальную тогу? Сципион передал брату свою или Лелия?
Тут могу ошибаться, маловато я читала и про старшего Лелия, и про младшего. У меня сложилось впечатление, что старший Лелий все-таки был более самостоятельным полководцем, выполнял более важные и ответственные операции... а что делал младший Лелий в кампаниях Эмилиана, я даже толком и не знаю. Но, опять-таки, тут просто не знаю, если мне кто-то расскажет, буду благодарна.
smile.gif
По-моему, сведений о военной службе Лелия нет. Более того, Симон пишет, что Цицерон - единственный, кто говорил о командовании Лелия в войне с Вириатом, хотя Симон и не сомневается в этом сообщении. Полибий пишет что римлянин должен был прослужить пять лет до назначения младшим трибуном, и десять до назначения старшим. Где-то же Лелий должен был служить... Остается верить Цицерону по вопросу "общих походов".
Эмилиан ему явно нравится больше; думаю, тут дело все-таки в том, что Сципион Старший слишком сильно выдавался из общей массы и осознавал свою исключительность, - от этого Цицерону было неуютно.
А Помпей, которому Цицерон предлагал себя в качестве Лелия, не выдавался? А Цезарь?
Кстати, еще один фактор, почему Цицерону не давали покоя именно Эмилиан с Лелием. Цицерон знал о них и их окружении намного больше, чем о Сципионе Старшем и его современниках. Те были уже полулегенды, а об Эмилиане с Лелием еще живы были воспоминания, Цицерон лично общался с людьми, которые знали их, с их родственниками и друзьями...
Ты хочешь сказать, что Цицерон все же стремился воссоздать портреты реальных людей и в этом ему можно в этом доверять больше, чем тому, что он говорил в своих речах?

 

Rufina

Претор
О той, где Сципион как раз назвал оппонентов пасынками Италии. :)
Я уже ответила Эмилии, (правда, она не согласилась со мной) продублирую здесь:
Фраза же: «Я не был напуган кличем вооруженных врагов, устрашить ли меня вам, кому Италия — мачеха?», как передает ее Веллей или "Пусть молчат те, кому Италия не мать, а мачеха" (Vir. Illustr.), действительно, обидная, но я не назвала бы ее оскорбительной, как Плутарх. Мне кажется, Эмилиан имел ввиду что-то вроде: «Если вы не желаете думать о том, что будет дальше и о других людях, населяющих Италию, а заботитесь только о собственном брюхе, тогда молчите». Вторая же часть ответа, приводимая автором De viris illustribus «и потом добавил: «которых я продавал в рабство»» отрицается большинством исследователей, считающих эту фразу позднейшим включением.
Но вообще, конечно, диктатура должна, Вы правы, скорее предполагать внутриполитическую цель. М.б. Сципион надеялся ещё посильнее рассорить италиков с "демократами"? Отъезд консула в этом контексте может выглядеть как нежелание подливать масла в разжигаемый Сципионом огонь.
Хм, а диктатора-то должен консул назначать.
(Мне совершенно неочевидно (1) что на 137-133 Сципион был влиятелен в сенате и контролировал большиство (скорее наборот, меньшинство - все важные решения, включая нумантинские, были скорее против него, чем за),
Влиятелен - безусловно, а большинства, по-моему, у него никогда не было, может только сразу после взятия Карфагена. Но каким-то образом Эмилиану удалось заполучить оба консульских места в 136 году (выборы - в 137, после чего избранные консулы говорят в сенате в числе первых), так что думаю, что проиcходившее в эти годы в какой-то мере соответствовало его планам. Т.е. получается, что Сципион был как раз таки заинтересован в продолжении Нумантинской войны. Мне кажется (не помню, писала ли я об этом), что поведение сената после избрания Сципиона консулом во многом обусловлено недовольством его политикой в отношении Испании. Мол, сам кашу заварил, а теперь расхлебывай, как знаешь.
((2) что он был одним из тех "суровейших" сенаторов, которые добились непризнания договора (мне кажется, со стороны Сципиона было бы логичнее добиваться его признания как раз (то же и про Назику я думаю), хотя тут не уверен и готов, чтобы меня убедили :) ).
Я свое мнение уже высказала. А почему Вам так кажется? :)
(Другое дело, что и в судах Сципион не защищал ни Манцина, ни Гракха (я согласен с Симоном, что употреблённое Плутархом выражение говорит именно об этом). Т.о. Гракх мог, по-моему испытывать неприязнь - но скорее из-за неподдержки его в суде.
В каком суде? У меня сейчас нет под рукой Симона, но, по-моему, он пишет, что выдать Манцина и его штаб было решением сената, причем это были два раздельных законопроекта и они были представлены в народное собрание для голосования. Версия Плутарха, что выдача штаба не состоялась, потому что народ очень любил Тиберия Гракха, мне кажется несостоятельной. Возможно (но далеко не факт), что на отделении Манцина от его штаба и голосовании по этим вопросам раздельно стоял Сципион (консулы-то "его"). Кажется, Симон еще считал что Тиберий в последний момент свалил всю вину на Манцина.
(Это тоже, кстати, неочевидно, т.к. Гай Гракх при всём при том оказался всё-таки у Сципиона.
А почему нет? Должен же Гай был где-то служить, а служба под началом Сципиона была хорошей школой. К тому же их родство никто не отменял.
(А скажите, брак Тиберия с Клодией к какому году относится? До ссоры Сципиона и Пульхра за цензуру?)
Это точно не известно. У Тиберия и Клавдии было трое детей. Плутарх в 131 г. называет Красса тестем Гая Гракха, которому в то время было чуть больше двадцати, так что, теоретически, брак Тиберия тоже мог быть ранним и состояться в 140-х годах.
(Мне кажется, серьёзный политик, планирующий долго оставаться у власти, на такое пойти не мог, так как при том влиянии сената как в 130-х быстрый и неизбежный провал такой линии из-за того, что градус радикализации будет всё время расти (там есть вилка между судьбой Гая Г. и судьбой Мария, но оба варианта плохие).
Согласна. К тому же добавлю, что стать третьей силой в Риме, конечно, можно было попытаться ( а не это ли сделал Эмилиан, стараясь для италиков?), но это должно было только усилить кризис.
 

Rufina

Претор
К тому же добавлю, что стать третьей силой в Риме, конечно, можно было попытаться ( а не это ли сделал Эмилиан, стараясь для италиков?), но это должно было только усилить кризис.
У меня возник вопрос, возможно, глупый. Тот закон, по которому у триумвиров отбиралось право разбирать судебные тяжбы был принят? Судя по тому, что пишет Аппиан, был:

"он (Сципион - Р) просил поручить разбирать спорные вопросы не тем, кто производил раздел земли, так как тяжущиеся относились к ним с подозрением, но передать это дело другим лицам. Своими доводами, казавшимися справедливыми, он вполне убедил сенат. Право судебного разбирательства было предоставлено тогдашнему консулу Тудитану. Занявшись этим делом и увидев всю его трудность, Тудитан отправился в поход в Иллирию и свой отъезд выставил как предлог избавиться от судебных разбирательств. Производившие раздел земли бездействовали, так как никто не обращался к ним за разрешением спорных вопросов. Все это послужило источником ненависти и негодования народа против Сципиона, которого народ ревниво любил, много боролся за него против оптиматов, вопреки закону два раза выбирал его консулом. Теперь народ видел, что Сципион противодействует народу в угоду италийцам. Враги Сципиона, заметив это, стали вопить: Сципион решил совершенно аннулировать закон Гракха и собирается затем устроить вооруженную бойню."

О чем тогда шли споры, что происходило в сенате накануне смерти Сципиона и о чем он хотел говорить на народном собрании? Что могло изменить то, что Сципион эту речь не произнес?
И как вообще Сципион мог предложить какой-либо закон, если он не был магистратом?
 

Rufina

Претор
Помпей (я так понимаю, инициатива расторжения дружбы в критический для Помпея момент исходила от Сципиона), Лелий, Манцин, Тиберий Гракх.
По-моему, Лелия мы уже рассмотрели со всех сторон, как и Тиберия Гракха, про Манцина я Вам уже отвечала - друзьями Сципион с Манцином не были, как бы не наоборот.
Помпей... Я, к сожалению, мало знаю о Помпее, эпизод, который Вы, видимо имеете ввиду Плутарх описывает так:
"Гай Лелий, ближайший из его (Эмилиана - Р) друзей, искал консульства, и Сципион, желая ему помочь, спросил Помпея, не желает ли консульства и он; а Помпей этот, по слухам, был сыном флейтиста. Он говорил, что не ищет и сам готов помочь Лелию, обходя с ним и приветствуя избирателей; но когда они поверили и доверились ему, он их обманул - скоро они узнали, что он ходит по форуму и выставляется напоказ только для собственной выгоды. Все негодовали, а Сципион только рассмеялся ..."
Мне представляется, что Помпей поначалу был креатурой Эмилиана, затем решил пуститься в самостоятельно плавание, видимо, склонив на свою сторону часть людей, на кого рассчитывал Эмилиан и уведя у Лелия часть электората, что и вызвало недовольство "кружка". Думаю, что "расторжение дружбы" произошло несколько ранее данного эпизода, т.к. для своих целей Сципиону должно было быть все равно, кто из "его" людей займет курульное кресло. Может, даже Помпей, с его беспардонностью и настойчивостью подходил и больше, чем Лелий, если Сципион имел ввиду провести аграрную реформу. Но я больше склоняюсь к варианту, что на тот момент Эмилиана больше интересовали испанские дела. Помпей, как мне кажется, позиционировал себя в качестве нового Катона, вот только на военном поприще он тут же потерпел поражение. Но то, что ему удалось избежать наказания вместе с Манцином, говорит о том, что у него были очень влиятельные покровители в сенате. Интересно также и то, что после всего он оказался легатом в Испании при Фурии Филе, стороннике и чуть ли не друге детства Эмилиана. Валерий Максим приписывает эту инициативу Фурию, но мне представляется, что Помпей или был послан присматривать за консулом или же наоборот, чтобы консул надзирал за ним и держал подальше от Рима. И то, и другое говорит о немалом влиянии Помпея и, видимо, давно, враждебном его отношении к Сципиону.
 

Marcus Brutus

Римский гражданин
У меня возник вопрос, возможно, глупый. Тот закон, по которому у триумвиров отбиралось право разбирать судебные тяжбы был принят? Судя по тому, что пишет Аппиан, был:

"он (Сципион - Р) просил поручить разбирать спорные вопросы не тем, кто производил раздел земли, так как тяжущиеся относились к ним с подозрением, но передать это дело другим лицам. Своими доводами, казавшимися справедливыми, он вполне убедил сенат. Право судебного разбирательства было предоставлено тогдашнему консулу Тудитану. Занявшись этим делом и увидев всю его трудность, Тудитан отправился в поход в Иллирию и свой отъезд выставил как предлог избавиться от судебных разбирательств. Производившие раздел земли бездействовали, так как никто не обращался к ним за разрешением спорных вопросов. Все это послужило источником ненависти и негодования народа против Сципиона, которого народ ревниво любил, много боролся за него против оптиматов, вопреки закону два раза выбирал его консулом. Теперь народ видел, что Сципион противодействует народу в угоду италийцам. Враги Сципиона, заметив это, стали вопить: Сципион решил совершенно аннулировать закон Гракха и собирается затем устроить вооруженную бойню."

О чем тогда шли споры, что происходило в сенате накануне смерти Сципиона и о чем он хотел говорить на народном собрании? Что могло изменить то, что Сципион эту речь не произнес?
И как вообще Сципион мог предложить какой-либо закон, если он не был магистратом?

Навскидку, у Аппиана может идти речь о senatusconsultum, а не (только) о законе. Во-первых, Сципион убедил сенат, во-вторых, разбирательство передали лично конкретному консулу, чего по закону быть, я так понимаю, не может. САН так и говорит, что это было постановление сената. С другой стороны, если у комиссии была юрисдикция по закону Тиберия, как её мог отобрать сенат? Закон 111, который сохранился и считается вариацией на тему ранних законов, отдаёт юрисдикцию как-то типа "консулам и преторам", что уже как-раз по-законному. Я сильно подозреваю, что прямо вопрос о юрисдикции в законе Тиберия описан не был, так что она досталась триумвирам, так сказать, исходя из общей логики закона. Сенат же принял постановление, наверное, в том духе, что вообще-то iuris dictio триумвирам никто не передавал, потому что они не регулярные (?) и/или скорее не курульные (?) магистраты и что, соответственно, она должна осуществляться не ими, которые они её узурпировали, а уполномоченным на то магистратом/судом, а т.к. сфера новая и кому конкретно (городскому претору? претору иностранцев?? народу - земля-то его воопче-то???) иски должны подаваться, из старых законов непонятно, то ну вот давайте консулу передадим, всё рано он самый старший магистрат. Формально обязательной силы такое постановление сената не имело, конечно, так что, наверное, консул и застремался его исполнять, потому что вдруг потом окажется, что оно таки незаконно? - засудят ведь - и сбежал до выяснения. Народ тоже, наверное, начал колбаситься на тему с какого перепугу сенат такие вопросы у нас решает, которые вообще-то конституционные и должны законами определяться. А после бегства вопрос-то всё равно остался (если считать постановление сената законным, то пусть дела рассматривает второй консул, потому что юрисдикция у них одинаковая (второй консул - а вот фигушки, МНЕ сенат ничего такого не поручал!), если незаконным - пусть опять триумвиры, если вопрос-таки неясен, давайте уже закон примем, или гаруспиков что ли спросим...), вот Сципион и продолжал в чём-то там кого-то речами по нему убеждать.
 

Marcus Brutus

Римский гражданин
Хм, а диктатора-то должен консул назначать.
Мне кажется, на тот момент, учитывая прецедент Фабия (брат! тут про тебя спрашивают!) и то, как бодро стороны в 133 начали откапывать и использовать старые прецеденты, были мыслимы ЛЮБЫЕ варианты в треугольнике "народ-сенат-консул". Что, конечно, усложняет. :)
 

Marcus Brutus

Римский гражданин
Я сильно подозреваю, что прямо вопрос о юрисдикции в законе Тиберия описан не был, так что она досталась триумвирам, так сказать, исходя из общей логики закона. Сенат же принял постановление, наверное, в том духе, что вообще-то iuris dictio триумвирам никто не передавал, потому что они не регулярные (?) и/или скорее не курульные (?) магистраты и что, соответственно, она должна осуществляться не ими, которые они её узурпировали, а уполномоченным на то магистратом/судом, а т.к. сфера новая и кому конкретно (городскому претору? претору иностранцев?? народу - земля-то его воопче-то???) иски должны подаваться, из старых законов непонятно, то ну вот давайте консулу передадим, всё рано он самый старший магистрат.

Возможен и такой вариант - у триумвиров таки была юрисдикция по закону или что-то вроде неё по спорам с гражданами. Бобровникова правильно говорит, что юрисдикция это была довольно странная - триумвиры были вопреки одному из римских главнейших принципов iudex in propria causa, но, видимо, поскольку речь шла о возврате римскому народу его же земли, раздававшейся в posessio не по формальным договорам аренды, а решением народа, то нормальной судебной защиты у такого владения, может, и не было и триумвиры просто выступали как уполномоченные народа. А вот когда дело дошло до союзников, могло получиться, что в ЛЮБОМ споре с римской стороной член союзной общины по договорам с Республикой имеет право на due pocess of law которым суд триумвиров совершенно очевидно не был. И тогда на этом основании сенат по просьбе союзников разрешил этот юрисдикционный казус и передал эти споры (возможно, тоже не все вообще, а конкретно тех, кто жаловался) компетентному магистрату.
 

Marcus Brutus

Римский гражданин
Во-первых, Сципион убедил сенат, во-вторых, разбирательство передали лично конкретному консулу, чего по закону быть, я так понимаю, не может.

Вернее, такое бывало в 50-е, в эпоху полного беспредела, типа закона Ватиния о передаче Галлии Цезарю или закона Клодия об изгнании М.Цицерона, но это уже абсолютно против всяких Mos Maiorur и правил (Цицерон правильно называет такие законы "проскрипцией"), и чтобы Эмилиан пошёл на такое, и главное, чтоб ему это удалось - это совершенно невозможно по-моему.
 

Aelia

Virgo Maxima
У меня возник вопрос, возможно, глупый. Тот закон, по которому у триумвиров отбиралось право разбирать судебные тяжбы был принят? Судя по тому, что пишет Аппиан, был:

"он (Сципион - Р) просил поручить разбирать спорные вопросы не тем, кто производил раздел земли, так как тяжущиеся относились к ним с подозрением, но передать это дело другим лицам. Своими доводами, казавшимися справедливыми, он вполне убедил сенат. Право судебного разбирательства было предоставлено тогдашнему консулу Тудитану. Занявшись этим делом и увидев всю его трудность, Тудитан отправился в поход в Иллирию и свой отъезд выставил как предлог избавиться от судебных разбирательств. Производившие раздел земли бездействовали, так как никто не обращался к ним за разрешением спорных вопросов. Все это послужило источником ненависти и негодования народа против Сципиона, которого народ ревниво любил, много боролся за него против оптиматов, вопреки закону два раза выбирал его консулом. Теперь народ видел, что Сципион противодействует народу в угоду италийцам. Враги Сципиона, заметив это, стали вопить: Сципион решил совершенно аннулировать закон Гракха и собирается затем устроить вооруженную бойню."

О чем тогда шли споры, что происходило в сенате накануне смерти Сципиона и о чем он хотел говорить на народном собрании? Что могло изменить то, что Сципион эту речь не произнес?
И как вообще Сципион мог предложить какой-либо закон, если он не был магистратом?

Об этом достаточно подробно пишет Остин в "Сципионе Эмилиане", с. 239-240.

Все согласны с тем, что сенат своим решением не мог изменить аграрный закон Тиберия и лишить земельных уполномоченных судебной власти. Существуют следующие варианты объяснения описанной ситуации:
1) Версия Джира: постановление сената, о котором пишет Аппиан, было лишь предварительным и за ним должно было последовать голосование в народном собрании, которое так и не состоялось. Главное возражение против нее: судя по словам Аппиана, решение сената вполне имело юридическую силу и уже исполнялось.
2) Версия Габбы и Бильца: Сципион к моменту смерти уже добился принятия в народном собрании решения, которое лишало земельных уполномоченных судебной власти. Главное возражение против нее: Аппиан пишет, что решение было принято сенатом.
3) Версия самого Остина, а также Харди, Ласта и Скалларда: в связи с нарушением прав союзников, решение сената приостанавливало судебную власть земельных уполномоченных до тех пор, пока в закон Семпрония не будут внесены соответствующие поправки (разумеется, не сенатом, а голосованием народного собрания); до этого момента осуществлять судебное разбирательство должен был консул. Соответственно, голосование, которое должно было происходить в тот день, когда Эмилиан был найден мертвым, - это, вероятно, голосование о внесении поправок в закон Семпрония (или, как допускает Остин, даже о полной его отмене).

Что касается внесения закона. Эмилиан действительно был частным лицом и не имел законодательной инициативы. Ее имели консулы, преторы и трибуны. Вероятно, закон был внесен кем-то из них и они же, соответственно, своей властью предоставляли Эмилиану слово на созываемых ими народных собраниях и сходках. Аналогичным образом Цицерон в 66 г. выступал за закон Манилия, Помпей и Красс в 59 г. - за законы Цезаря и т.д.
 

Rufina

Претор
Marcus Brutus, спасибо! :)
Элия, спасибо! Постараюсь в ближайшем будущем добраться до Остина. :)
 

Aelia

Virgo Maxima
Надо отметить, что Цицерон в 66 г. был претором.
Да, Цицерона я неудачно привела в пример, но в любом случае, обычай давал председательствующему в собрании магистрату право предоставлять слово кому угодно по своему усмотрению.
 

Aelia

Virgo Maxima
А куда ему было деваться, если уж он решил отвечать Азеллу?

Извини, не поняла логики твоего ответа. :) Давай еще раз. Ты пишешь: поведение Эмилиана на суде (конкретно, отсутствие траура) должно было вызывать в памяти поведение на суде Сципиона Старшего и все его высокомерие. Я отвечаю: высокомерие Сципиона Старшего проявилось не столько в отсутствии траура (траур был традиционным, но все же носили его не всегда и не все), сколько в том, что он вообще не стал отвечать обвинителю и сорвал суд. Именно этим его поведение и запомнилось. Поведение Эмилиана было принципиально иным. Он не сделал никаких попыток сорвать суд и вообще сыграть на собственных исключительных заслугах, он честно прошел все положенные этапы судебной процедуры.

Хотя очень интересно, к чему Азелл прицепился столь капитально. Была в Риме какая-нибудь статья, аналогичная нашей "за клевету"?

Обычно считается, что за какие-то нарушения при осуществлении люстра. Хотя здесь есть проблема, т.к. непонятно, кто все-таки из цензоров совершал этот люстр. Ничего более конкретного, боюсь, сказать нельзя.

Сципион Старший с "правильной" стороны вообще не сходил, разве нет?

Сципион Старший был виноват уж тем, что был «слишком большой величины». Его огромная популярность в народе сама по себе воспринималась как угроза. Но ему, насколько я помню, никогда и не приходилось таким образом выбирать сторону. Перед ним не возникала дилемма: ты с народом или ты с сенатом?

Вот, хоть убей, не могу понять что такое страшное произошло или могло произойти со Сципионом Старшим (я имею ввиду физически), что никак не смог бы пережить Эмилиан?

Далее опять следуют всякие психологические постройки.
Бывают так, что люди боятся каких-то вещей гораздо сильнее, чем эти вещи на самом деле того заслуживают. Ясно, что для какого-нибудь Катона Старшего обвинения, предъявленные Сципиону Старшему – это полная фигня: разделаться с ними, плюнуть да забыть. Но мне кажется, что для Эмилиана это была далеко не фигня. Мне кажется, что ему очень тяжело далось осознание того, то чем выше ты поднимаешься, тем более шатко твое положение, чем больше твои заслуги перед государством, тем больше у тебя врагов, сегодня ты всеобщий любимец, а завтра ты одним мешаешь, а другим на тебя плевать. Думаю, Эмилиан был очень гордым и самолюбивым человеком, а такому человеку, поднявшись на вершину, падать с нее очень больно. Он боялся всего, что могло нанести хоть какой-то ущерб его достоинству, dignitas. А достоинство Сципиона Старшего во всех этих процессах, конечно, страшно пострадало, особенно после того, как осудили его брата. Плюс родной отец Эмилиана, который, как я предполагаю, дал-таки ему очень сильную установку на нравы и обычаи предков...

Возможно. Только мне кажется именно таково было его искреннее желание.

Мне кажется, что Эмилиан – это далеко не Катон Младший, который смотрел на форму, а не на суть дела. Думаю, что для Эмилиана главным было все-таки служение благу государства. И он, будучи умным и проницательным человеком, должен был уже видеть, что время и обстоятельства требуют каких-то новых путей. И он наверняка чувствовал, что его талант, ingenium, не вмещается в старые рамки и вполне может привести к конфликту с существующей системой. Отсюда его (предполагаемый мною) страх и колебания. Разве в соответствии с правилами он получал свои командования? Нет. Но, видимо, в военных делах он еще как-то готов был пойти на нарушение традиции (может – потому что там все было совсем плохо, может – потому что уж очень хотелось). Зато компенсировал это максимальной осторожностью в политике. В общем, мне не кажется, что он искренне считал, что быть правильным – это так уж здорово. Скорее, он считал, что быть правильным - это необходимая и вынужденная мера предосторожности. Тяжелый панцирь, который опасно сбросить.

Да, только союз с гракханцами был невозможен по личным причинам, а поэтому в этом вопросе ни у кого не могло быть сомнений, чью сторону примет Сципион. Причем более-менее активную позицию он начал занимать только с 131 г.

Честно говоря, не соглашусь. Гракхи были близкими родственниками Эмилиана; тот факт, что Гай служил у него под Нуманцией, доказывает, что разрыва между ними не произошло. И Тиберий действительно был убит незаконно. В каких бы отношениях Эмилиан ни состоял с Аппием и Муцианом, это никак не отменяет незаконности убийства священного и неприкосновенного народного трибуна. Более того, я думаю, что если бы, вернувшись из Испании, Эмилиан сделал шаг навстречу гракханцам, те бы приняли его с радостью; такой влиятельный союзник для них был бы манной небесной.
 

Marcus Brutus

Римский гражданин
3) Версия самого Остина, а также Харди, Ласта и Скалларда: в связи с нарушением прав союзников, решение сената приостанавливало судебную власть земельных уполномоченных до тех пор, пока в закон Семпрония не будут внесены соответствующие поправки (разумеется, не сенатом, а голосованием народного собрания); до этого момента осуществлять судебное разбирательство должен был консул.

Как-то это звучит... смело. :blink: Сенат имел право по Цецилиеву Дидиеву закону 98 в определёных случаях объявлять принятый закон недействительным, но это, даже если бы Ц-Д действовал тогда, не тот случай. SCU - это приостановление действия законов относительно права гражданина не быть лишённым жизни без апелляции к народу, это тоже не то. Больше я ничего о праве сената приостанавливать действие законов не помню (и не нашёл, у Линтотта в "Римской конституции" в разделе про полномочия сената, например). Ну то есть всё может быть, конечно, но просто не могу себе представить, чтобы сенат так подставился, а Гракх и Карбон это не использовали...

...ну то есть это был бы тогда один в один 91 год - Карбон сначала констатирует, мол, граждане, да эти люди в Курии совсем... э-э-э... страх потеряли, и патетически вопрошает - а зачем нам с вами вообще ТАКОЙ сенат, который на наши законы плюёт? На этом фоне Эмилиан, пусть бы он и был в этой истории Крассом Оратором, бы, мне кажется, совсем даже и потерялся. Впрочем, учитывая внезапные смерти Э и К, аналогия, может, и не такая плохая.
 

Aelia

Virgo Maxima
Красивая картина, Цицерону она бы понравилась, вот только аграрные законы остались в силе, а Назика, бедняга, в Азию уехал... Ну и где справедливость?

И все-таки: отцы-сенаторы соизволили пошевелиться и вытащить Назику из-под суда. Он уехал не в изгнание, а «с поручением», как полноправный и уважающий себя гражданин, и умер своей смертью. Конечно, лучше было бы, если бы его торжественно оправдали, но хоть что-то. По сравнению с Эмилианом, судьба Назики не так уж плоха.
Лелий с Эмилианом были знакомы/дружны много лет, первое упоминание об их дружбе есть у Светония, относящееся ко временам, когда Сципион совсем еще молод. Возможно, в ту пору Сципион и прислушивался к советам Лелия, который был старше его на несколько лет. Но, думаю, что в компании, называемой "кружком Сципиона", Лелий, как и прочие играл роль ведомого. Даже из того, что пишет Цицерон у меня не сложилось впечатления, что у Лелия были какие-то задатки для того чтобы стать "серым кардиналом".

Совершенно согласна. Я тоже это так себе представляю. Но Цицерон, мне кажется, считал, что Эмилиан советовался с Лелием по всем важным вопросам и прислушивался к его мнению.

Насколько я помню, когда шла речь о провинции, сенат склонялся к тому, чтобы передать ее Лелию, действительно опытному военачальнику и всеми уважаемому человеку, способному самостоятельно успешно провести военную кампанию и заслужить триумф. Сципион же поддержал в этом вопросе своего брата, предложив себя в легаты, тем самым фактически расписавшись в "профнепригодности" Луция Сципиона, т.е., встав на сторону менее достойного. Думаю, Лелию было обидно.

То, что ты рассказываешь, - это версия Ливия, а не Валерия Максима. У Валерия Максима консулы метали жребий и война с Антиохом досталась Луцию, а сенат захотел ее отнять. У Ливия жеребьевка не состоялась, и сенат отдал провинцию Луцию, потому что Публий выразил готовность пойти к нему легатом.
Ты думаешь, Лелию было обидно? Не знаю, не уверена. Мне кажется, он был нормальный человек и должен был понимать, что брат – это брат. А ты как думаешь: если бы Цицерон должен был бы так выбирать между Аттиком и Квинтом – он выбрал бы Аттика?

А что там написано про триумфальную тогу? Сципион передал брату свою или Лелия?

itaque clarissimorum cognominum alterum sumpsit, alterum dedit triumphique praetextum huius cepit, illius tradidit, ministerio maior aliquanto quam frater imperio.
Итак, один из славнейших когноменов он принял, другой отдал; претексту этого триумфа получил, [претексту] того [триумфа] передал, его служба была гораздо более великой, чем империй брата.

Сципион явно сопоставляется с братом; он передал ему свою тогу.
Полибий пишет что римлянин должен был прослужить пять лет до назначения младшим трибуном, и десять до назначения старшим. Где-то же Лелий должен был служить... Остается верить Цицерону по вопросу "общих походов".

Да это уж кому как повезет... Для того, чтобы зачесть год службы, нужно было явиться на призывный пункт. Но тебя могли и не взять. Во времена Лелия еще была не такая вольница, но уже лет через 50 реально очень мало кто из нобилей служил десять лет рядовым. Обычно они служили контуберналами, и далеко не так долго.

А Помпей, которому Цицерон предлагал себя в качестве Лелия, не выдавался? А Цезарь?

А Цицерону куда деваться с подводной лодки? Такое уж время ему выпало. Какие были Эмилианы, с такими и приходилось работать...

Ты хочешь сказать, что Цицерон все же стремился воссоздать портреты реальных людей и в этом ему можно в этом доверять больше, чем тому, что он говорил в своих речах?

Нет, немного другое. Если Цицерону нужно было – он прекрасно мог исказить факты в трактатах, точно так же, как и в речах. Просто, как мне кажется, благодаря знакомству с Крассом Оратором и Сцеволами для Цицерона весь этот кружок Сципиона Эмилиана как-то ожил, что ли, и оккупировал его мысли. Это были не безликие образцовые фигуры, как какие-нибудь Деции, или Цинцинатты, или даже Сципион Старший, а живые люди.
 

Rufina

Претор
У меня сложилось впечатление, что старший Лелий все-таки был более самостоятельным полководцем, выполнял более важные и ответственные операции... а что делал младший Лелий в кампаниях Эмилиана, я даже толком и не знаю. Но, опять-таки, тут просто не знаю, если мне кто-то расскажет, буду благодарна. :)
По-моему, сведений о военной службе Лелия нет. Более того, Симон пишет, что Цицерон - единственный, кто говорил о командовании Лелия в войне с Вириатом, хотя Симон и не сомневается в этом сообщении.
Прошу прощения, меня зациклило на Испании.
blush2.gif

Аппиан говорит об участии Лелия во взятии Карфагена:
Когда наступила зима, Сципион решил сперва уничтожить те силы карфагенян, которые имелись у них вне города, и их союзников, которые посылали им продовольствие. Разослав в разных направлениях своих командиров, он сам двинулся морем на Неферис против Диогена, бывшего после Гасдрубала начальником гарнизона в Неферисе, а Гая Лелия послал кругом по суше.
(App. Lib., 126)
Когда пришла весна, Сципион стал осаждать Бирсу, а из гаваней - так называемый Котон. Ночью Гасдрубал сжег ту часть Котона, которая была четырехугольной. Предполагая, что Сципион нападет еще раз, карфагеняне все внимание направили в эту сторону; тогда Лелий незаметно с другой стороны Котона поднялся на округлую его часть.
(App. Lib., 127)
 

Solitarius

Эдил
У Ливия жеребьевка не состоялась, и сенат отдал провинцию Луцию, потому что Публий выразил готовность пойти к нему легатом.
Ты думаешь, Лелию было обидно? Не знаю, не уверена. Мне кажется, он был нормальный человек и должен был понимать, что брат – это брат.

Мне кажется, что Ливий лукавит, когда пишет, что Лелий пользовался уважением в сенате и поэтому был заинтересован, чтобы дело было передано сенату, а не решалось жеребьевкой. Мне кажется, что Лелий должен был понимать, что в этом случае у него нет никаких шансов. Более того, я убежден, что вся эта история и затевалась только для того, чтобы войну с Антиохом получил нужный человек. Лелий конечно же все знал и делал Сципионам большое одолжение, соглашаясь на рассмотрения вопроса о провинциях в сенате.
 

Leon

Квестор
Всем здравствуйте!

Перечитывая Аппиана, наткнулся на интересный момент.
Аппиан. Римская история. События в Ливии.
130."...взяв оттуда молитвенные ветви, они просили Сципиона согласиться даровать только жизнь желающим на этих условиях выйти из Бирсы; он дал согласие всем, кроме перебежчиков. И тотчас вышло пятьдесят тысяч человек вместе с женами по открытому для них узкому проходу между стенами. Они были отданы под стражу, а все перебежчики из римлян, приблизительно девятьсот человек, отчаявшись в своем спасении, бежали в храм Асклепия вместе с Гасдрубалом, женой Гасдрубала и двумя его маленькими детьми".

Меня поразило колличество перебежчиков. Если в последние дни Карфагена их оставалось 900 человек, то изначально их было еще больше.
Кто вообще были эти люди? Как они дошли до жизни такой? Я априори не хочу считать их идиотами, которые рассчитывали на победу Карфагена. И даже если карфагеняне ценой героических усилий, добились бы что-то типа "почетного" мира и сохранили бы город, то одним из условий мира со стороны римлян была бы выдача перебежчиков.
Перебежав к врагу эти люди уже становились обреченными на скорую гибель.

И тогда возникает второй вопрос, что собственно делал со своей армией Эмилиан, если около тысячи человек решились на такой безнадежный шаг?
 

Aelia

Virgo Maxima
И тогда возникает второй вопрос, что собственно делал со своей армией Эмилиан, если около тысячи человек решились на такой безнадежный шаг?
Возможно, это были римские пленные, которые согласились воевать против Рима на стороне Карфагена.
 
Верх