Aelia
Virgo Maxima
Нашла очень интересный пример пристрастности Тацита.
Tac. Ann. III 75.
В этом году скончались именитые мужи Азиний Солонин, примечательный тем, что его дедами были Марк Агриппа и Азиний Поллион, а братом — Друз, и к тому же предназначавшийся в мужья внучке Цезаря, и уже упоминавшийся мною Атей Капитон, который, предаваясь изучению права, достиг первостепенного положения в государстве, хотя дед его был в войске Суллы центурионом, а отец — только претором. Назначение его консулом было ускорено Августом, так что достоинством этой магистратуры он опередил блиставшего такими же дарованиями Лабеона Антистия. Ибо этот век породил два воссиявших на мирном поприще светоча. Но Лабеон, отличавшийся неподкупным свободолюбием, пользовался благодаря этому более громкою славой, тогда как уступчивость Капитона встречала большее одобрение властителей. Один, так как не пошел дальше претуры, возвысился в общественном мнении вследствие испытанной им несправедливости, другой, так как достиг консульства, возбудил против себя порожденную завистью неприязнь.
Что можно понять отсюда? Август возвысил лояльного к себе Капитона и дал ему консульство. А его соперник, честный и свободолюбивый Лабеон, вызвал недоверие императора; поэтому Август не дал ему консульства и тот так и остался преторием. Ужасная несправедливость.
В рассказе чувствуется какая-то странность, но именно такой вывод напрашивается из слов «один, так как не пошел дальше претуры, возвысился в общественном мнении вследствие испытанной им несправедливости».
А вот в "Дигестах" сообщаются некоторые немаловажные подробности.
Dig. I 2, 2, 47
After him the following were of the highest authority, namely, Ateius Capito, who followed Ofilius, and Antistius Labeo, who studied under all of them, he was also taught by Trebatius. Of these Ateius was Consul, but Labeo declined to accept the office which would have made him temporary consul when it was offered to him by Augustus.
Следующие за ним (Тубероном – А.) имели высочайший авторитет, а именно, Атей Капитон, следовавший Офилию, и Антистий Лабеон, который обучался у всех них и которого также учил Требаций. Из них Атей был консулом, но Лабеон отклонил должность временного консула (суффекта – А.), когда ее предложил ему Август.
Как выясняется, Лабеону была предложена должность консула, как и Капитону; он сам от нее отказался. «Несправедливость» же состояла только в том, что Август сделал Капитона консулом раньше Лабеона. Какой негодяй, скажите, пожалуйста! Прямо-таки тиран и душитель свободы.
Учитывая все художества Лабеона, вроде того, что он потребовал вернуть в сенат триумвира Лепида (и, заметьте, добился этого!); учитывая, что его отец был убийцей Цезаря, - следует удивляться тому, что он претуру-то получил…
Tac. Ann. III 75.
В этом году скончались именитые мужи Азиний Солонин, примечательный тем, что его дедами были Марк Агриппа и Азиний Поллион, а братом — Друз, и к тому же предназначавшийся в мужья внучке Цезаря, и уже упоминавшийся мною Атей Капитон, который, предаваясь изучению права, достиг первостепенного положения в государстве, хотя дед его был в войске Суллы центурионом, а отец — только претором. Назначение его консулом было ускорено Августом, так что достоинством этой магистратуры он опередил блиставшего такими же дарованиями Лабеона Антистия. Ибо этот век породил два воссиявших на мирном поприще светоча. Но Лабеон, отличавшийся неподкупным свободолюбием, пользовался благодаря этому более громкою славой, тогда как уступчивость Капитона встречала большее одобрение властителей. Один, так как не пошел дальше претуры, возвысился в общественном мнении вследствие испытанной им несправедливости, другой, так как достиг консульства, возбудил против себя порожденную завистью неприязнь.
Что можно понять отсюда? Август возвысил лояльного к себе Капитона и дал ему консульство. А его соперник, честный и свободолюбивый Лабеон, вызвал недоверие императора; поэтому Август не дал ему консульства и тот так и остался преторием. Ужасная несправедливость.
В рассказе чувствуется какая-то странность, но именно такой вывод напрашивается из слов «один, так как не пошел дальше претуры, возвысился в общественном мнении вследствие испытанной им несправедливости».
А вот в "Дигестах" сообщаются некоторые немаловажные подробности.
Dig. I 2, 2, 47
After him the following were of the highest authority, namely, Ateius Capito, who followed Ofilius, and Antistius Labeo, who studied under all of them, he was also taught by Trebatius. Of these Ateius was Consul, but Labeo declined to accept the office which would have made him temporary consul when it was offered to him by Augustus.
Следующие за ним (Тубероном – А.) имели высочайший авторитет, а именно, Атей Капитон, следовавший Офилию, и Антистий Лабеон, который обучался у всех них и которого также учил Требаций. Из них Атей был консулом, но Лабеон отклонил должность временного консула (суффекта – А.), когда ее предложил ему Август.
Как выясняется, Лабеону была предложена должность консула, как и Капитону; он сам от нее отказался. «Несправедливость» же состояла только в том, что Август сделал Капитона консулом раньше Лабеона. Какой негодяй, скажите, пожалуйста! Прямо-таки тиран и душитель свободы.
Учитывая все художества Лабеона, вроде того, что он потребовал вернуть в сенат триумвира Лепида (и, заметьте, добился этого!); учитывая, что его отец был убийцей Цезаря, - следует удивляться тому, что он претуру-то получил…
