Р Сайм о «первом заговоре Катилины» (“Sallust”, 1964).
[attachmentid=4699] [attachmentid=4700][attachmentid=4701][attachmentid=4702][attachmentid=4703]
[attachmentid=4704][attachmentid=4705][attachmentid=4706][attachmentid=4707]
Интересные моменты. которые прошли мимо нашего внимания.
1. Сайм пишет со ссылкой на Аскония (89), что в 66 г. Волкаций Тулл заблокировал кандидатуру Катилины еще на первых выборах, а Саллюстий в этом вопросе ошибается.
Вот это место у Аскония (комментарий к речи Цицерона «В тоге соискателя»)
(89) Te vero, Catilina, consulatum sperare aut cogitare non prodigium atque portentum est? A quibus enim petis? A principibus civitatis? qui tibi, cum L. Volcacio cos. in consilio fuissent, ne petendi quidem potestatem esse voluerunt.
Paulo ante diximus Catilinam, cum de provincia Africa decederet petiturus consulatum et legati Afri questi de eo in senatu graviter essent, supervenisse. Professus deinde est Catilina petere se consulatum. L. Volcacius Tullus consul consilium publicum habuit an rationem Catilinae habere deberet, si peteret consulatum: nam quaerebatur repetundarum. Catilina ob eam causam destitit a petitione.
Потом попробую перевести…
2. В 65 г. Торкват защищал Катилину от обвинения в вымогательстве. Cic. Sull. 81. “Более того, твой отец, Торкват, в бытность свою консулом, был заступником в деле Катилины, обвиненного в вымогательстве, – человека бесчестного, но обратившегося к нему с мольбами, быть может, дерзкого, но в прошлом его друга. Поддерживая Катилину после поступившего к нему доноса о первом заговоре, твой отец показал, что кое о чем слыхал, но этому не поверил.”
В целом мнение Сайма следующее. Ни о каком заговоре с целью государственного переворота, ни о каких планах устроить массовую резню не может быть и речи. Максимум, чего могли добиваться заговорщики – это устроить беспорядки, напугать консулов, сделать так, чтобы те надели кольчуги, испросили у сената охрану и таким образом продемонстрировали, что не являются «истинными консулами римского народа». Заговорщиками были Автроний и Сулла; под большим вопросом можно добавить Гнея Пизона, хотя после его смерти на него можно было безбоязненно вешать любых собак. Катилина не участвовал в заговоре (как пишет Сайм, если он и был в тот день вооружен, то для того, чтобы защищать Торквата); его имя было привнесено в эту историю Цицероном в ходе предвыборной борьбы 64 г., а в 62 г. Цицерон окончательно заменил Суллу на Катилину, так как взялся защищать Суллу за огромное вознаграждение. Имя Красса возникло в связи с Гнеем Пизоном, назначение которого в Испанию он пробил, а имя Цезаря – в связи с Крассом. Впоследствии этот «заговор» был раздут политическими врагами до неимоверных размеров.